Мэгги Дэвис - Атласная куколка

— Джексон Сторм — коммивояжер? С ретроспективой работ парижского модельера, о которой уже лет тридцать-сорок никто ничего не слышал? — В голосе Брукси звучало недоверие. — Вне графика синдиката? Во время недели моды в Париже? Ты меня разыгрываешь!

— Все получится.

Сэмми и сама понимала, когда позволяла себе задуматься, насколько безумна ее идея. Но она уже приняла решение, что не станет сидеть в Париже сложа руки и дожидаться, когда настанет пора отправляться домой. Во-первых, у нее хватало организаторских способностей. А во-вторых, она решила, что больше не позволит манипулировать собой. Сейчас все упиралось в то, чтобы привлечь на свою сторону Брукси.

— Клод Лувель была великим модельером. — Саманта встряхнула юбку от костюма и бросила ее в ту же кучу, что и простенький жакет. — Можешь назвать это историческим фактом.

— Это следует назвать сумасбродством, — решительно заявила Брукси. — На организацию шоу в Париже уходит не меньше года, Сэмми. Боже ж мой, Джек Сторм, человек, всю жизнь занимающийся модой, должен это знать!

— Год уходит на то, чтобы подготовить все от начала до конца: разработать новые модели, сшить и выбросить на рынок! — поправила Сэмми. — Платья Клод Лувель уже готовы. Кроме небольшой чистки и ремонта, надо только подготовить сценарий и организовать сам показ. — Она нагнулась, чтобы поднять платья, которые Брукси сбросила со стула. — Все, что нам необходимо, — это список приглашенных и график синдиката.

Брукси изумленно уставилась на Сэмми.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь, Сэмми? Ты говоришь, что Джек Сторм хочет втиснуться в график показов коллекций в Париже в июле! С какой-то невероятной ретроспективой, где-то между Карденом и Жи-ванши, Сен-Лораном и не знаю кем еще? — Она скептически хмыкнула. — Что он должен изобрести, чтобы заставить публику вообще прийти в Дом моды Лувель? Бесплатное угощение? Приз на входе: получение в течение целого года всего, что производится с маркой «Сэм Ларедо»? — Брукси вскочила. — Ты понимаешь, насколько сумасбродна вся эта затея? Не могу поверить, что это затеял Джек Сторм! Что за всем этим кроется?

Брукси вдруг замерла посреди комнаты и уставилась куда-то в пространство, пораженная совершенно новой мыслью.

— Если все провалится, он может закрыть Дом моды Лувель и заявить, что это просто рекламный фокус?

Сэмми тихонько вздохнула:

— Это будет ретроспектива работ великолепного старого мастера. Пока я не могу ничего добавить.

Конечно, это не было ложью, но не было и чистой правдой. Однако Брукси незачем знать, что Джек Сторм ретроспективу не благословил.

— Что касается Клод Лувель, возможно, она никогда не была великим модельером, но какое это имеет значение? Кто сейчас помнит… э, Мэгги Руф? Ши-парелли? — Она напряженно старалась вспомнить имена кутюрье прошлого. — Или… э… Майнбохер?

— Шипарелли помнят многие. Пару лет назад, когда открывали Форум Центрального рынка, устроили большой ретроспективный показ ее работ.

Сэмми понимала, насколько необходима ей Брукси. Без помощи журналистки эту затею не осуществить. К тому же она не знала, кого в Париже можно нанять в последнюю минуту для подготовки шоу. Брукси была совершенно права, напомнив о сроках. Просто чудо, если им удастся все подготовить за несколько недель.

— Я тебе заплачу. — Сэмми подняла черный атласный пеньюар.

«Никогда не вдавайся в объяснения, — когда-то учил ее Джек, — просто называй цену».

— Я хочу нанять тебя для подготовки ретроспективу в качестве консультанта по вопросам рекламы, координатора и агента по связям с общественностью — все, что обычно принято в таких случаях.

Саманта уже успела заглянуть в Парижский банк, уточнила, сколько осталось на счете денег, и знала, что конкретно может предложить Брукси.

— Тысяча долларов за список приглашенных и копию графика показов, утвержденные синдикатом. Брукси едва не поперхнулась.

— Тысяча долларов? — Минуту она взвешивала предложение, потом отрицательно покачала головой: — Сэмми, я не могу достать в синдикате список приглашенных. Ты что, думаешь, я из ЦРУ? Это же секретная информация.

Саманта склонилась над рабочим столом, повторно сортируя уже отобранную одежду.

— О'кей, тысяча двести за список. — К этому она была готова. — И еще тысяча — за все остальное: составление пресс-релизов, подбор манекенщиц, поиск сценариста для шоу.

Брукси снова уставилась в пустоту.

— К июлю? Без помощи команды из Нью-Йорка? — Она уже начинала втягиваться в авантюру. — Послушай, Сэмми, а что, эта Клод Лувель действительно так хороша? Я имею в виду, есть ли смысл смотреть на все эти тряпки? В список приглашенных синдикатом включены журналисты практически всех важнейших газет Америки, плюс «Вог», плюс «Харперс», плюс вся французская пресса и другие средства массовой информации, международные службы… Это серьезное мероприятие. Джек Сторм может попасть впросак.

— Она действительно так хороша, поверь мне. — Сэмми выпрямилась и оттолкнула в сторону кипу платьев. — К тому же какая разница? Ты сама сказала: Ретроспектива, организованная Джексоном Стормом, не более чем мероприятие, рассчитанное на привлечение внимания публики. Даже если бы платья Клод Лувель прогнили насквозь — а это не так, — ты не хуже меня знаешь, что для продвижения бизнеса необходима рекламная шумиха, статьи в газетах, суета. Эта ретроспектива, что бы из нее ни вышло, заставит весь мир говорить о Джексоне Сторме из Нью-Йорка. Ну а если все провалится, Джек всегда может сказать, что он просто хотел выказать уважение истории парижской моды, и мы сдадим костюмы в музей. — Она взглянула Брукси прямо в глаза. — Ты участвуешь или нет?

— Э-эх! — Брукси по-прежнему сомневалась, глядя в пол. — Ничего из этого не получится: слишком мало времени, слишком сумасшедшая идея. Черт, Сэмми, почему бы тебе просто не позвонить Сторму и не сказать, чтобы он бросил эту затею? Ну нельзя же настолько терять рассудок!

— Моделирование одежды и торговля ею вообще сплошное сумасшествие.

Брукси резко подняла голову, так что взметнулись торчащие во все стороны оранжево-рыжие лохмы, и пожала плечами.

— Полторы тысячи за список приглашенных и две тысячи за все остальное, — решительно заявила журналистка.

Это было несколько больше, чем планировала Сэмми, но все-таки приемлемо. Она протянула руку, чтобы закрепить сделку рукопожатием, и сказала:

— Я выпишу тебе чек.

Наконец-то. Теперь им предстояло набросать план предстоящей работы. Сэмми не выпускала Брукси из дизайнерской до тех пор, пока почти не прошло обеденное время.

Они прервались и поднялись в квартиру Сэмми, чтобы съесть по бутерброду. Обе настолько устали, что ели молча, напряженно думая над тем, что еще предстоит сделать.