Отец на час. Работает спецназ - Лина Коваль

Перед тем как уйти к ребятам, просит меня вытянуть сложенные лодочкой ладони.

Я послушно исполняю.

- Вот так вот! Делжи, мамочка!... - шепчет и помещает в них свои ладошки.

- Что это?

- Это солнечный зайчик. Влад мне каждое утло его передавал, чтобы я одна не глустила.

Я чувствую подкатывающий к горлу ком и качаю головой:

- А ты как же?...

- Я уже взхрослая, - гордо произносит она и поправляет волосы.

- Какая-какая? - удивленно переспрашиваю и прислушиваюсь.

- Взхрослая, - Маша приподнимает подбородок, и я, конечно же, обнимаю ее и всё-таки плачу.

Потому что она правда взрослая, а мне от этого очень страшно, грустно и… нестерпимо одиноко.

А потом я еду на работу вместе с солнечным зайчиком и думаю, что, наверное, была слишком резка… Непростительно резка с ним!...

Ренат Булатович вывалил на меня, неподготовленную и взбудораженную похищением, информацию о роли Влада в операции спецслужб, а я восприняла ее в штыки. Нахамила и отказалась выслушать, ещё и оскорбила тем, что собралась выписать премию за «ответственный подход к делу и услуги личного характера».

Он, надо признаться, долго терпел, а потом задетое мужское эго не выдержало: вернувшись домой, собрал собаку, свои вещи, попрощался с детьми и… просто уехал.

Уехал.

Первая половина дня в офисе проходит как обычно: в скучных совещаниях и нелепых отчетах от регионов, а потом я бросаю все дела и еду за детьми в школу. Сама. Потому что научилась правильно расставлять приоритеты.

- Обязательно надо ходить на эту борьбу? - спрашиваю у сына, погладывая в зеркало.

Это все влияние Влада - я не дура, понимаю. Пробежки, занятия спортом, теперь вот секция борьбы.

- Я думала, ты вернешься в танцы, Лео. Даша до сих пор не может подобрать партнера.

- Да не, мам. Танцы - это для девчонок.

- Она тебе нравилась…

- Если женщина нравится, необязательно заниматься тем же, что и она.

- Как интересно…

- Даша и так будет со мной, я решил. А если мужчина решил - так и будет.

Я закатываю глаза и останавливаюсь возле Дворца игровых видов спорта.

- Ну иди… мужчина, - оборачиваюсь с легкой улыбкой.

Он медлит и неожиданно просит:

- Мам…. в общем, можно, я завтра в Нижний Новгород поеду? Пожалуйста!

- Зачем?

- Ну… там рыбалка. Настоящая и мужская… Мне очень-очень хочется… Можно, мам?...

Я отворачиваюсь и судорожно тереблю оплетку руля.

Не знаю, шанс ли это все вернуть, но то, что Влад общается с Леоном, как-то обнадеживает. Хотя, возможно, он просто человек такой… порядочный. Порядочный человек, который так со мной поступил. Врал месяцами…

- Мам, отпустишь? - не сдается сын.

- Отпущу, - решаюсь. - Иди уже, а то мы в бассейн опоздаем.

Леон выпрыгивает из машины и хлопает дверью, а я снова встраиваюсь в плотный поток. Чувствую себя тревожно, потому что габариты новенького джипа пока не ощущаю, это придает особую остроту каждой поездке.

- Мама, я тут решила, - говорит Эльза, перед тем как выпорхнуть на улицу. - Больше не буду квадробером.

Отдает мне замызганный ободок с ушками.

- А кем будешь?... - разворачиваюсь и ожидаю чего-нибудь похлещё.

Какие там новые увлечения у молодежи?... Одно страшнее другого.

- Никем, - Эльза надевает рюкзак, и я вдруг замечаю, что ее черные, выжженные краской волосы почти отросли.

Какая она, оказывается, у меня красивая!... Ладненькая! Совсем девушка уже.

- Как так - никем?

- Влад говорил, что в жизни важно быть собой и не играть никакие роли. Я подумала, это правильно. - Дочь закрывает дверь.

- Правильно, - жалобно всхлипываю, глядя ей вслед. - Это очень правильно!

Глава 49. Федерика

- Суд постановил: исковые требования Побединского Николая Ивановича к бывшей супруге Побединской Федерике Теодоровне считать безосновательными. Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке, - ровным голосом произносит судья Третьякова и уходит.

Просто не верится, что все закончилось!...

Мы с Кирой переглядываемся и бросаемся обниматься, а Коля выглядит крайне недовольным и тихо переговаривается со своим адвокатом.

Правда, не знаю, на что именно он рассчитывал? Все, что ему полагалось, я давно отдала с лихвой.

- Поздравляю, Рика, - говорит Андрей, когда мы выходим из душного зала заседаний.

- Благодарю.

После совместного заточения наши отношения лучше не стали, но я хотя бы перестала видеть в бывшем однокурснике врага.

Просто люди бывают разными. Каждый живет исходя из своего порой травматичного и неприятного опыта. Андрея бросила жена, и он посчитал, что может вмешиваться в мою жизнь, настраивая сына против. Меня же когда-то обманывал бывший муж, и я восприняла информацию о роли, которую играл Влад, работая в моей семье, слишком близко к сердцу.

В последнее время тоска по нему стала нестерпимой, поэтому я решилась на поездку в Италию. Вернее, дети меня уговорили.

- Святые небеса. Куда делся его живот? - спрашивает Осипова, провожая взглядом Попова. - Кто лопнул этот шарик?...

- Кира, - смеюсь, приобнимая подругу. - А ты, по-моему, к нему неравнодушна!

- Вот ещё, - фыркает она, но стыдливо краснеет. И как я раньше не замечала? - Лет двадцать его терпеть не могу… Брр… Как подумаю, аж плохо становится.

- Самые долгие твои отношения, получается? - подмигиваю.

- Ой, не порти мне настроение. Ну ты хоть рада?...

- Конечно, рада, - обнимаю подругу ещё раз. - Спасибо тебе большое. Столько нервничала из-за всего этого. Слава богу, все закончилось.

- Ну ты так не обольщайся. Уверена, нам ещё предстоит апелляция. Побединский ещё сыграет гаммы на наших нервах.

- Я устала переживать по этому поводу, - направляюсь к машине.

- А по какому не устала? Выглядишь не очень, подруга!... И где твой бравый валет? Давненько его не видела, - оглядывается по сторонам.

- Если ты про Влада Алексеевича, то он у меня больше не работает.

- Так вот с чем связан твой траур?... - кивает на мои черные брюки и такую же блузку.

- Скажешь тоже. Сплюнь, дурочка.

- Может, отметим наш выигрыш?

- Не могу, мы сегодня улетаем, - загадочно улыбаюсь.

- Куда это?

- Решила навестить родителей. Летом съездить не получилось. Сама знаешь, то одно, то другое. Пришлось, правда, выдернуть детей из школы, но ничего - наверстают. Они так просились.

- Ну тогда счастливого полета, Побединская. Родителям и итальянцам привет!...