Изабель Вулф - Мучения Минти Мэлоун

– Что ж, мне пора домой, – сказала я. – Надо вызвать такси.

Но Джо не потянулся к телефону. Он стоял и смотрел на меня. Просто смотрел и все. Но я знала, что пути назад нет. Поэтому подошла к телефону и стала набирать номер. Вдруг Джо накрыл мою руку своей ладонью и опустил трубку.

– О, Минти, – произнес он и коснулся моего рта губами. – О, Минти. – Джо взял мое лицо в ладони, потом расстегнул блузку и повел меня по тесному коридору.

Через минуту в темноте его спальни мы скинули одежду и дали волю своим желаниям.

– О, Минти, – бормотал он. – О, Минти. – Он все время повторял мое имя. Это было здорово. Именно то, в чем я так нуждалась. Он был мне нужен. Такой... милый. – О, Минти, – опять произнес он.

– Доминик, – выдохнула я.

– Что?! – Джо вскочил с кровати со скоростью спринтера, и комнату залил безжалостно яркий свет. Я резко выпрямилась, схватившись за простыню.

– Что ты сказала? – спросил Джо. Он был чернее тучи.

– Ничего, – промямлила я.

– Нет, сказала! Ты назвала меня Доминик.

– Нет.

–Да.

– Что, правда?

–Да.

Господи, какой кошмар!

– Ой. Ну... прости, – я начала впадать в панику. – Случайно вырвалось. Я не нарочно. Слушай, извини. Мне правда очень жаль. Пожалуйста, Джо, не сердись. Но было слишком поздно. Он уже надел трусы и натягивал через голову свитер.

– Я же тебя предупреждал! – бросил он, кинувшись из спальни в гостиную. – Я же говорил: у тебя слишком много лишнего багажа. Тонны, тонны, воз и маленькая тележка. – Он схватил трубку и принялся набирать номер. – Алло, вызов такси? Альберт-стрит, 160, пожалуйста, до Принсез-роуд. Первый этаж. – Он вернулся в спальню и натянул джинсы. – Разумеется, ты еще не готова, – продолжал он. – Ты все еще одержима этим ублюдком. И ради бога! Можешь сходить по нему с ума сколько угодно. Дело твое. Только меня в это не вмешивай.

Декабрь

Происшествие с Джо добило меня окончательно. Мне было гадко, потому что я сама все испортила. Едва мы стали близки. В ту самую минуту, когда я поняла, как он мне нравится, как он мне нужен. И на работе все прахом пошло. Джо был неправ, утверждая, что я по-прежнему схожу с ума от Доминика. Ничего подобного. Я просто допустила промах, вот и все. Такое может случиться с каждым. Минутный провал в памяти. Я сожалела о нем всем сердцем. Вот и теперь, стоило мне взять книгу, лежавшую на прикроватной тумбочке в комнате для гостей, где теперь жила я – я, а не Эмбер! – и взглянуть на его фото, как меня опять одолели угрызения совести. Наутро после того случая я позвонила ему, мучаясь раскаянием и жутким похмельем, вся как на иголках, но он включил автоответчик. Я оставила сообщение, однако Джо не перезвонил. Расстроившись, я собралась, было звонить еще раз, но передумала. Я сама вырыла себе яму и продолжала рыть. Должно пройти время, и тогда, быть может, он сам объявится. С тех самых пор я пребывала в жуткой депрессии, то и дело срывалась – не то, что Эмбер, которая, наконец, обрела душевное спокойствие. И если меня отбросило на шаг назад, кузина, похоже, продвинулась на три гигантских скачка вперед.

– Я ощущаю безмятежность, – выдала она сегодня утром. Мы прогуливались по супермаркету «Сейнз-бериз» в Камдене. – Понятия не имею почему, но впервые после разрыва с Чарли я наполнена позитивной энергией, расслаблена и ощущаю внутреннее сияние.

– Везет некоторым, – горько позавидовала я. О скандальном происшествии с Джо я решила ей не рассказывать.

Она направилась к прилавку с деликатесами.

– Я будто снова стала самой собой, Минти. Обрела свое прежнее «я». Весь мир открыт передо мной. С тех пор как мы поменялись комнатами, работа над книгой идет прекрасно. Меня переполняет оптимизм и творческая энергия. Я действительно ощущаю... Полфунта сыра фета, пожалуйста. Да, я так счастлива, Минти. Я обрела спокойствие...

– Извините, фета кончился, – сообщила продавщица отдела деликатесов. – Может, возьмете кусок копченой моцареллы?

– Копченой моцареллы? – Эмбер окинула ее ледяным взглядом, будто продавщица предложила ей кусок копченого попугая.

– Да, – кивнула продавщица, – копченый сыр моцарелла, восемь фунтов за кило.

– Но я не хочу копченой моцареллы, – процедила Эмбер. Она еле сдерживала злобу, ее нижняя губа дрожала.

«Боже, – подумала я, – неужели она сейчас устроит сцену? Ведь речь идет всего лишь о сыре!»

– О'кей. Мы возьмем копченую моцареллу, – объявила я продавщице, пытаясь говорить твердо, но спокойно, не проявляя агрессии, как нас учили на семинаре.

– Нет, черт возьми! – огрызнулась Эмбер.

– Почему же? – возразила я. – Люблю моцареллу.

– Минти, не понимаю, как можно быть такой бесчувственной! – зашипела Эмбер, и в глазах у нее появились слезы. Господи, что происходит?

– Эмбер, – тихо произнесла я, оттащив ее от прилавка с деликатесами. – Ради бога, в чем проблема?

– Проблема в том, Минти... – начала она. Слезы ручьями струились по щекам. – Проблема в том, – снова попыталась объяснить она и всхлипнула. – Проблема в том, что копченая мо... моцарелла... любимый сыр Чарли!

– Ой, – вымолвила я.

– Любое напоминание о нем как нож по сердцу. И эта ужасная женщина заставляла меня взять копченую моцареллу, а ведь я просила сыр фета, и даже ты не понимаешь...

– Я же понятия не имела!

– Ну, ты лучше всех меня знаешь, – всхлипывала она. – Ты обязана была знать, что Чарли всегда любил салаты с моцареллой, а не с сыром фета. И не просто с моцареллой, – уточнила она почти в истерике. – Не с крошащейся, водянистой, противной резиновой гадостью в вакуумной упаковке. Нет! С копченой! Обязательно с копченой!!! Теперь ты понимаешь, Минти? Теперь до тебя дошло?

– Мне кажется, ты перегнула палку, – ответила я. Эмбер яростно толкала перед собой тележку. – Ты могла бы просто сказать: «Нет, спасибо, мы возьмем эдам».

– Все намного сложнее, – скулила она, направляя тележку к полкам с консервами. – Как ты не понимаешь, – она остановилась и взяла банку ананасов кусочками в сиропе, – чтобы пережить разрыв, требуется очень много времени. Целая вечность, – она толкнула тележку и всхлипнула. – Вечность! – О боже, на нас вытаращился весь супермаркет. – Я никак не могу забыть Чарли, – рыдала Эмбер, пулей проносясь мимо прилавка с горячительными напитками. – Это очень длительный процесс, Минти. Я должна оплакать наш разрыв.

– Знаю, – раздраженно буркнула я.

– Тебе не понять!

– Почему же, я как раз прекрасно понимаю, – мой голос звучал резко. Мы завернули к замороженным продуктам. – Ты, похоже, забыла, что жених бросил меня в день свадьбы.

– Подумаешь! – пренебрежительно отмахнулась она. – Тебе куда легче. У тебя веселый и простой характер.