Барбара Тэйлор Брэдфорд - Все впереди

У меня не было ни малейшего сомнения, что я сделаю это девятнадцатого.

Так тому и быть.

Я встала и вышла из кабинета, прошла по коридору в прихожую, где хранились мой плащ и теплые сапоги. Раньше этим утром Анна попросила меня прийти в конюшни, и сейчас мне казалось, что время для этого подходящее. Не дойдя до прихожей, я почти столкнулась с вездесущей Норой, которая несла поднос.

— Мэл! Я как раз несу вам миску супа.

— Мне на самом деле не хочется, Нора, я не голодна, спасибо. К тому же я собралась на улицу.

— Нет, вы не пойдете, — сказала она, загородив дорогу, — пока что-нибудь не съедите. — Она смотрела на меня. — Вы целыми днями ничего не едите. Чай, кофе, кусочек гренка. Что это вам дает? Вы съедите этот суп.

— Хорошо, — покорилась я.

Не следует тратить силы на споры с ней. К тому же в ее взгляде было упорство, которое в последнее время я очень хорошо узнала. Мне также пришло в голову, что в случае необходимости она сможет физически помешать мне уйти, пока я не съем этот суп.

Она слегка смягчилась.

— Где будете есть?

— На кухне, — сказала я.

Не говоря ни слова, она повернулась и зашагала к длинному коридору, ведущему в кухню.

По тому, как она держалась, я могла заключить, что я ее рассердила, даже обидела, и это меня очень взволновало. Ни за что на свете я не хотела бы обижать Нору. Она была хорошая женщина, и она тоже горевала и скорбела. Она до самозабвения любила близнецов и испытывала глубокую симпатию к Эндрю. Она, Эрик и Анна приехали в Нью-Йорк на похороны и с тех пор выглядели подавленными.

Стараясь смягчить свою резкость, я сказала, садясь за стол:

— Извините, Нора, я не хотела вас обидеть.

Она поставила поднос на кухонный стол передо мной и положила руку мне на плечо. Она начала говорить, но голос не повиновался ей, и она поспешила прочь, не дав мне сказать ни слова.

Хотя стояла середина января, было не очень холодно и пока еще было мало снега. Ровная площадка перед домом была лишь слегка им присыпана, а на лужайках лежал неглубокий снежный покров, но на холмах, спускающихся к сараям, пастбищам и пруду, он был толще.

Эрик расчистил тропинку между сугробами у склонов двух холмов и посыпал ее солью и песком. Я шла по этой тропинке, направляясь к коттеджу Анны. Я почти уже дошла, когда она вышла из конюшни, повернулась и, увидев меня, помахала рукой.

Я помахала в ответ и прибавила шаг.

Тепло, как обычно, поздоровавшись со мной, она сказала:

— Это по поводу… пони, Мэл. Вы сказали, что я могу с ними делать, что захочу, и… ну, у меня есть покупатель.

Я нахмурилась.

— Покупатель? Что вы хотите сказать, Анна? — спросила я, пристально глядя на нее.

— У меня есть человек, который хочет их купить, — быстро ответила она, и в ее мягких карих глазах промелькнуло смущенное выражение.

— О, я не могла бы их продать! — воскликнула я. — Никогда!

Должно быть, мой голос прозвучал жестко, потому что она покраснела и пробормотала:

— Должно быть, я не поняла.

Я протянула руку и ободряюще дотронулась до нее.

— Нет-нет, Анна, вы все правильно поняли. Я сама неясно выразилась. Сожалею, что резко с вами сейчас говорила. Когда я вам разрешила делать с ними, что хотите, я имела в виду, что вы их кому-нибудь отдадите. Я никогда не продам Пиппу и Панчинеллу.

Ее лицо озарилось улыбкой.

— У меня есть подруга, которая их хотела. Она о них будет хорошо заботиться, Мэл, и ее дети тоже будут за ними ухаживать. Это прелестный подарок, спасибо.

Я кивнула:

— Вы о чем-то еще хотели бы поговорить?

— Нет, это все, — ответила Анна.

— Я пойду и взгляну на пони, попрощаюсь с ними, — пробормотала я себе под нос и пошла к конюшням. У Анны хватило такта не идти со мной.

Я пришла к стойлам и вытащила из кармана морковку для Панчинеллы, а потом и для Пиппы. Покормив их, погладив по голове и поласкав, я прошептала:

— Идите в новый дом. И доставьте тем детям такое же удовольствие, какое вы доставляли моим.

Я медленно поднялась по склону холма к дому.

Поднявшись к вершине, я села под яблоней. Она выглядела такой голой, такой осиротевшей в это время года, а весной и летом она покрывается нежными белыми цветами и листвой. «Прекрасное дерево», — всегда думала я про него.

Это было одно из моих излюбленных мест в «Индейских лужайках» Эндрю называл его «маминым уголком», потому что как только у меня выдавалось несколько свободных минут, я приходила сюда — отдохнуть, подумать, почитать, иногда порисовать, а чаще просто посидеть и помечтать. Постепенно они стали считать это место и своим тоже — и Эндрю, и дети. Если меня нигде не могли найти, обычно я оказывалась именно здесь, и им тоже хотелось здесь посидеть.

Под этим деревом я рассказывала близнецам волшебные сказки и читала им, а иногда мы здесь устраивали пикники на траве. Это всегда было тенистое и прохладное место, даже в самые жаркие летние дни; и это было самое уютное место, какое я только знала.

Сюда мы приходили с Эндрю, чтобы побыть вдвоем, особенно в жаркие вечера, когда небо было черным и на нем блестели звезды. Обнявшись, мы сидели вдвоем, говоря о будущем, или просто молчали, и нам было хорошо.

Как мы любили ходить под эту яблоню…

Я закрыла глаза, отгородившись от зеленовато-голубого неба и январского света, прогоняя набежавшие слезы.

24

— Мэл, тут приехал грузовик, грузовик доставки, — сказала Нора, наклоняясь надо мной и трогая за плечо.

Я резко села, жмурясь.

— Жаль, что разбудила вас. Я знаю, что вы почти не спите последние дни. Но рабочий требует, чтобы вы расписались, и хочет знать, куда надо нести сейф.

Вскакивая, я сказала:

— Сюда. Я хочу поставить его здесь, Нора, внутри моего платяного шкафа.

— Ох, — ответила она, бросая на меня удивленный взгляд. — Зачем вам понадобился сейф, Мэл?

— У меня есть вещи, которые я хочу в него положить, — ответила я. — Личные бумаги, драгоценности, документы.

Это была ложь, но мне надо было ей как-то ответить.

— Вам бы лучше спуститься и поговорить с ним, — пробормотала она, протягивая мне бумаги, которые она держала.

Я последовала за ней в коридор и вниз по лестнице; мне стало спокойнее от того, что компания по изготовлению сейфов доставила мне заказ вовремя. Я заказала сейф несколько недель тому назад и сразу же послала чек, терпеливо дожидаясь исполнения заказа.

Грузовик подогнали к задней двери, а водитель стоял посреди кухни, когда мы с Норой вошли.