Кэти Келли - Прощай — прости

— Да, определился. Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через все это, но ты должна понять, Эшлин, — начал он осторожно.

О Господи, она сейчас заплачет, а ведь ей удавалось держать себя в руках.

— Я не хочу об этом говорить, — сказала Эшлин и отвернулась от него, чтобы вынуть из машины посуду. — Проследи, чтобы им не давали «колу» перед сном, хорошо? — Она опять не смогла заставить себя сказать «Дженнифер». — Когда ты их привезешь?

— В шесть. Нормально? — спросил он.

— Нормально. — Она по-прежнему стояла к нему спиной.

— Нам нужно поговорить, Эшлин.

— Да, нужно, только не сейчас.

— Значит, до завтра. Я оставлю свой номер телефона на случай, если тебе потребуется со мной связаться.

Она услышала, как он ищет ручку в банке из-под варенья, где она держала всякие мелочи.

— Я подожду детей на улице. Пока, Эшлин.

Она со злостью захлопнула дверцу посудомоечной машины и выпрямилась. Мальчики махали ей с заднего сиденья «сааба», на сияющих мордашках не было и следа грусти. И она махала им так же радостно, с застывшей на губах улыбкой. Когда они уехали, Эшлин почувствовала себя полностью разбитой. Что же она будет делать до шести часов вечера воскресенья?

— Поужинай с нами, — по телефону уговаривала ее Фиона пятью минутами позже.

— С удовольствием, — сказала Эшлин. Хорошо, что Фиона не может видеть, как она рыдает в кухонное полотенце. Ей совсем не хотелось есть, к тому же, когда в последний раз она ужинала у Финиганов, с ней был Майкл. Однако что угодно было бы лучше, чем перспектива провести вечер в пустом доме один на один с воспоминаниями.

Ужинали тем, что Фиона любила больше всего, то есть тем, что не нужно было готовить. Копченый лосось и ржаной хлеб.

Чуть позже хозяйка торжественно внесла блюдо с бифштексами из ресторана неподалеку, а также брокколи и печеной картошкой, которую, надо отдать ей должное, приготовила сама.

— Дорогая, все было очень вкусно. — После ужина Пат завалился в кресло. Он устал, играя в гольф.

А женщины устроились за обеденным столом, поедая шоколадный мусс, который оказался далеко не таким аппетитным, как обещала упаковка.

— Надеюсь, ты когда-нибудь научишь меня готовить, — сказала Фиона, раскуривая сигарету и глубоко затягиваясь.

— Ты и так умеешь, Фи, И прекрасно знаешь, что по кулинарной книге можешь готовить не хуже других. Просто тебе становится скучно в процессе, и ты забываешь о духовке, пока блюдо не будет окончательно испорчено. Так или иначе, нет никакого смысла в том, чтобы учиться идеально готовить. Могу за это поручиться. — В ее голосе таилась горечь. — Прости, я не хотела жаловаться.

— Не извиняйся, — ответила Фиона.

— Ширли Конран говорила, что жизнь слишком коротка, чтобы фаршировать шампиньоны. Жаль, что я поняла это так поздно, — вздохнула Эшлин.

— Она также говорила, что предпочитает лежать на кровати, а не пылесосить под ней, — рассмеялась Фиона. — Мне нравится эта мысль.

— Теперь я тоже так думаю, — сказала Эшлин с улыбкой. — Жизнь действительно слишком коротка, чтобы растрачивать ее по пустякам, особенно если ты работаешь и воспитываешь двоих детей. Я наконец-то убрала сегодня у мальчиков в комнате и могу поклясться — она выглядела так, словно в ней не наводили порядок месяц. Просто не представляю, каким образом им удалось так намусорить за несколько дней!

Они поболтали, выпили кофе и отправились на кухню убрать посуду, оставшуюся после ужина. Около одиннадцати — Пат уже похрапывал у телевизора — Эшлин решила, что пора прощаться.

— Спасибо, Фи, — сказала она с чувством. — Не уверена, что смогла бы вынести этот вечер в полном одиночестве.

— Ну да, тут ты получила море развлечений, — рассмеялась Фиона. — Разогретый в микроволновке ужин и спящий хозяин. О чем еще можно мечтать?

Этой ночью Эшлин спала очень неспокойно, ни свет ни заря вскочила в холодном поту и поняла, что уже не сможет уснуть. Завтра она, без сомнения, будет дрыхнуть без задних ног, не обращая внимания на будильник. А сегодня, когда есть возможность валяться в кровати хоть целый день, она не могла спать. Значит, времени на уборку стало еще больше. Когда в начале седьмого раздался звонок в дверь, все вокруг буквально сверкало. Она открыла, и мальчики ворвались в дом, таща по полу рюкзаки. Майкл даже не зашел, просто помахал ей на прощание из машины.

— Дорогие мои, я так соскучилась! — сказала она, еле сдерживая слезы, и крепко обняла сыновей.

Пол, не обратив внимания на маму, направился прямиком на кухню. Но Филипп все-таки обнял ее в ответ, прежде чем последовать за братом.

— Как провели время? — спросила она как можно более беззаботно. «Пожалуйста, скажите мне, что она напоминает толстую старую корову, а дом их походит на выгребную яму», — молилась она про себя.

— Дженнифер хорошая, — сообщил Пол с тактичностью инспектора дорожного движения. — У нее есть эта крутая машина, «Ниссан 100 Экс Ти-бар». Черная. И она клево играет в видеоигры.

Эшлин почувствовала себя приниженной. Приниженной и никчемной. Чертовой бабе удалось не только увести у нее мужа, но и каким-то непостижимым образом очаровать ее мальчиков. Надо было все-таки настроить их против этой крысы.

— Она не умеет готовить, мам. — Филипп преданно смотрел на нее.

— Ага, мы хотим есть. — Пол открыл дверцу холодильника.

«Хлеб и вода устроят?» — хотела сказать рассерженная Эшлин, но не смогла. В конце концов, это же не их вина.

— Я приготовлю что-нибудь. А пока расскажите мне, как она выглядит? Как дом?

Книги на тему «Как развестись с комфортом» скорее всего не советуют использовать десятилетних сыновей в качестве информаторов, но грех упустить такую возможность. Она должна узнать хоть что-нибудь!

— У нее классная гаражная дверь. Когда нажимаешь кнопку в машине, она поднимается, — с энтузиазмом начал Пол.

«А еще где-то должна быть кнопка вызова чужих мужей», — мрачно подумала Эшлин.

— Ну а дом хороший?

— Нормальный, телек большой.

Отлично. А чего еще ожидать от десятилетних мальчишек? Разве плесень их заинтересует? А Эшлин хотела знать: современный или классический стиль, тяжелые занавески и медные спинки кровати или соковыжималки «Филипп Старк» и льдисто-белые диваны?

— Там есть оранжерея, — вызвался помогать Полу брат. — И фонарики на заднем дворе.

«Для званых ужинов, наверное», — подумала Эшлин, освобождая замороженную пиццу от упаковки, чтобы сунуть ее в духовку.

— Картошки нет. Будете тушеную фасоль?

— Да! — ответили хором дети.

Господи, видимо, еда там была действительно ужасной. Такого энтузиазма фасоль еще никогда не вызывала. Открывая банку, Эшлин в сотый раз прокляла тупой консервный нож и поклялась себе в ближайшее время купить новый. Она высыпала все содержимое банки в кастрюлю и начала сердито помешивать его деревянной ложкой. Ей скоро дадут пожизненный дисконт на консервированную фасоль.