Невеста на один день - Лорен Лэндиш

свою работу. – Я пытаюсь разрядить обстановку, потому что не до конца улавливаю смысл.

– Зачем – не важно, – отвечает мне Босс, после чего обращается к ХП: – Важно только то, что ты это сделал.

Босс снова направляет пистолет, выплескивая свой гнев на притихшего ХП. Что-то позади Босса привлекает мое внимание, и только опыт удерживает меня от реакции на вспышку рыжего цвета, которую я вижу за ящиком на одной из полок.

Гребаное дерьмо! Это Поппи.

Что она делает? Я велел ей оставаться на месте и позволить мне закончить работу. Теперь мне придется спасать двух людей, ХП и Поппи.

– Коннор, ты отлично поработал, и это твой шанс подняться по карьерной лестнице. Сегодняшнее задание, как ты, наверное, догадываешься, было… проверкой. Убери посредника, и в бу-дущем ты будешь работать непосредственно на меня. Звучит неплохо? – Босс поднимает пистолет, и я понимаю, в чем заключается тест. Нужно либо застрелить ХП, либо избавиться от тела. Любой из этих вариантов продемонстрирует мою верность.

ХП что-то бормочет по-испански, но не двигается. Лично я не желаю его смерти по множеству причин и хотел бы предотвратить это, если возможно.

– Я ценю комплимент моей работе, хотя и не уверен насчет всей ситуации. – Я машу рукой от пистолета в сторону ХП. – Вот это – не самый лучший способ начинать близкое сотрудничество.

Пока я разглагольствую, Поппи подкрадывается сзади к Боссу и безмолвно шевелит ртом: «Продолжай говорить».

ХП смотрит на меня круглыми от удивления глазами, и я определенно слышу, как он говорит по-испански «Perra loca». Я согласен с ним, Поппи – сумасшедшая сучка. Но она моя сумасшедшая сучка, и это моя работа – предупреждать ее. Я смотрю на нее, пытаясь взглядом сказать, чтобы она отвалила и убиралась отсюда. В ответ она показывает большой палец вверх и делает еще два шага на цыпочках в нашу сторону.

Она что, пытается меня спасти?

К счастью, боги благоволят дуракам и рыжим, а поскольку Поппи – и то, и другое, Босс ее не замечает.

– Я понимаю твои колебания, но мне важно показать, чего я требую от своих людей. Я серьезно отношусь к преданности.

– Я заметил, – отвечаю я, стараясь привлечь внимание Босса, чтобы он не услышал Поппи.

Но я не удивляюсь, когда все идет не по плану. Обходя ящик, возле которого стоит Босс, она спотыкается о собственные ноги и падает прямо на открытое пространство.

Босс поворачивается и наставляет на нее пистолет.

– Кто ты такая, черт подери?

– О! – восклицает Поппи, полностью игнорируя пистолет, нацеленный ей в грудь, и принимая вид глупой овцы. – Я искала туалет и, кажется, немного заблудилась. – Она подносит руку ко рту, словно сообщая сверхсекретную информацию. – Вы не знаете, где женский туалет? Клянусь, я не проживу больше нескольких минут, если срочно не схожу по-маленькому. Так моя бабушка говорила. Она считала, что это более женственно, чем сказать, что тебе нужно отлить. А вообще странно, ведь мы все ходим в туалет, так зачем нужны кодовые слова?

Она продолжает нести ахинею, подходя все ближе и ближе, как будто даже не видит пистолета. Но это настолько необычно, что срабатывает, и Босс почему-то не стреляет в нее.

– Что ты несешь? Стой на месте. И заткнись.

Поппи останавливается, как будто только что поняла, во что ввязалась. Сняв очки, она протирает линзы, затем надевает их обратно, дважды взглянув на Босса.

– Святое дерьмо. – Ее глаза расширяются, и она закрывает рот руками. – Это что, пистолет? Я во что-то вляпалась? Я не хотела мешать, извините. Мне просто нужно было пописать. – Она смотрит на потолок, отступая назад. – Прости, большой брат.

Она пятится, ударяется задницей о стол, отчего все на его поверхности дребезжит, а ваза, стоящая в нескольких футах от нее, разбивается.

– Стой на месте, женщина, – кричу я в последней попытке уберечь Поппи. Может быть, если Босс поверит, что она заблудшая посетительница аукциона, он отпустит ее. Я надеюсь, что это правда, хотя и знаю, что вероятность этого ничтожна.

Когда Босс бросает на меня взгляд, Поппи пользуется моментом и хватает ближайший тяжелый предмет – статую, которую меня якобы послали украсть. Тяжелая фигурка вмиг превращается в адскую дубину, и как только Босс отворачивает, она прилетает ему прямо в висок.

Босс падает на пол, как будто это в него стреляли, а Поппи начинает прыгать вверх-вниз, словно она выиграла соревнование по ударам молота на ярмарке.

– Я сделала это! – Ее восторженный крик напоминает Дашу Путешественницу, такой громкий и нелепый, учитывая то, что она только что сделала. – Сработало лучше, чем я думала! Я спасла тебя! С помощью женской изобретательности и… сисек! – Она показывает на грудь статуи, гордясь собой, пока я пребываю в полном замешательстве. – Что ты так смотришь? Ты меня не спас, так что я решила сама спасти твою задницу.

Поппи насмехается, держа импровизированное оружие так, как будто для женщины совершенно естественно регулярно пользоваться такими предметами, как биты и древние каменные статуи.

– Конечно, так и было.

Живот скручивается, страх потерять ее превращается в горячую, жидкую ярость, когда я смотрю на все еще ошеломленного Босса. На Поппи, мою женщину, наставили пистолет, а я ничего не смог с этим поделать. Я не смог ее спасти.

Стыд тяготит мою душу.

Она – яркий свет, в котором нуждается мир, а он чуть не потух до срока. Из-за меня.

Но я могу все исправить. Быстро подойдя к распростертому телу Босса, я подбираю пистолет с бетона, а затем выхватываю статуэтку из рук Поппи, не желая, чтобы она и меня ударила по голове. ХП, который понимает, что каким-то образом в последний момент ему подарили жизнь, смотрит на меня в шоке.

– Коннор?

Я смотрю ему в глаза, доверяя чутью.

– Валим отсюда. Сейчас же. – Глаза ХП сужаются, и я знаю, о чем он думает. Я разозлил очень ценного, очень жестокого человека.

– Не вопрос, – отвечаю я, засовывая пистолет за пояс. – Нам есть о чем потолковать.

Мы выходим через заднюю дверь, обходим здание сбоку и забираемся в мой пикап. Поппи сидит сзади, а ХП – на пассажирском сиденье, потому что я еще не готов доверить ему место за своей головой.

Как только мы выезжаем с парковки, я хватаю телефон и набираю номер Хантера.

Несмотря на наш последний разговор, он отвечает с первого же звонка.

– Уже соскучился?

Времени на любезности и манеры нет. Дерьмо попало в вентилятор, официально и серьезно.

– Нужна подмога в аукционном доме. Босс без сознания в подсобке. Вы его узнаете. Шейн Харрис.

Тон Хантера мгновенно становится серьезным:

– Какого?.. Что ты наделал?

– Не я, Поппи, – отвечаю я, глядя в зеркало заднего вида. Поппи все еще выглядит довольной собой. – Она трахнула его по башке этой гребаной статуей!

Хантер неожиданно разражается смехом.

– Она обожает бить вещи, а?

– Ты о чем это?

– А ты у нее спроси. Забавная история вышла.

Я смотрю на Поппи, а она улыбается, как будто в мире нет ничего плохого, хотя сама только что испортила все, над чем я работал несколько месяцев. И чуть не подстрелила себя в процессе!

– Поппи и ХП со мной. Босс уверяет, что он разговаривал с полицией.

Голос Хантера становится таким жестким, что я удивляюсь, как он вообще сумел разжать челюсть, чтобы мне ответить.

– Хреново.

– Да, – соглашаюсь я. – Буду на связи.

Я вешаю трубку и бросаю взгляд на ХП, который смотрит на меня в замешательстве. Обычно он командует, но планирование – это моя работа, вплоть до стратегий выхода. Даже тогда, когда они такие фиговые.

Глава 24

Поппи

Коннор, повесив трубку, выглядит разъяренным.

Я никогда не думала, что ярость может настолько сексуально выражаться на его лице – да на чьем бы то ни было. Я думала, что гнев делает людей страшными. Но нет, Коннор выглядит так, будто может прикончить дракона, а потом приготовить его на костре, чтобы весь город пировал.

Возможно, я смогу вписать это в книгу? Хотя… у меня не фэнтези, так что случайное появление дракона может насторожить читателя. Но, может быть, городское барбекю? Чувак, одетый в клетчатый фартук, стоит у гриля и держит лопатку. Хм… как-то не очень сексуально. Не важно, думаю я, вычеркивая идею из мысленного списка. На самом деле я сейчас хочу одного – сорвать этот костюм и получить немного мяса Коннора.

– Поппи.

– Коннор, – отвечаю я, все еще довольная собой.

– Почему Хантер считает тебя агрессивной? – спрашивает он, встречая мой взгляд в зеркале заднего вида.

– А? – Мне требуется секунда, чтобы оставить позади сценарий с барбекю и вернуться к сцене, где Коннор настолько сильно стискивает зубы, что мышцы его челюсти выпирают. –