#властный редактор (СИ) - Силаева Ольга

— Конечно, — твёрдо сказала я. — Только сделаю пару звонков… ну, и… посмотрю почту…

Кирилл вздохнул.

— С тобой всё понятно. Перед сном отберу.

— Спасибо, — тихо сказала я.

— Не за что, ежонок. Ты моя девушка, в конце концов.

Я почувствовала, как зажигаются мои глаза.

Его девушка. Это звучало… именно так, как нужно.

Его девушка. Его.

Я расплылась в глупой счастливой улыбке. Которую тут же стёрла с лица, заметив ехидный взгляд Кирилла.

— Что?!

— Ты потрясающе выглядишь, когда убираешь колючки и отпускаешь себя на волю, — мягко сказал он. — И в постели тоже.

— У меня хороший учитель.

— Да, — задумчиво сказал Кирилл, — пожалуй, ко мне на мастер-класс стояла бы очередь.

Мы вместе рассмеялись. А потом Кирилл, бросив на меня многообещающий взгляд, вышел, и я наконец осталась одна.

Кому бы позвонить?

А потом я поняла.

Вере.

Мы должны были с ней поговорить. Если моя подруга, единственная, кто согласилась меня приютить, будет считать меня охотницей за деньгами её брата, я же не выдержу.

Хотя, конечно, за миллионом я охочусь только так, поправила себя я. Но это же совсем другое.

Гудки в трубке. Иконки мессенджера на экране.

— Привет, — произнесла Вера. Голос звучал холодно.

— Привет, — просто сказала я. — Мы встречаемся с твоим братом. Он расстался с Мариной, и она не ждёт от него ребёнка, если вдруг что.

— Хорошо.

Голос Веры вновь прозвучал холодно и сухо.

— Ты сильно на меня злишься? — упавшим голосом сказала я.

— Ты изменилась. Не пустила ребят, когда они приехали к тебе в гости. Потом эти фотографии, потом Марина сказала, что ты сбила её с ног, когда вы катались на лыжах. А сегодня ты вырвала у неё из рук тест на беременность.

— Она выложила эти фотографии! И она в меня врезалась! Что до ребят, они…

— Слишком много всего, Лир, — тихо сказала Вера.

Я вздохнула. Чёрт. Мне её всё-таки не переубедить.

— Наверное, — так же тихо сказала я. — Но что, если всё было не так? Если Кирилл познакомился со мной после того, как расстался с Мариной, и она начала мне мстить? Неужели ты не можешь допустить, что это ей Слава слил мои фотографии, и выложили их по её просьбе? И неужели было бы здорово, если бы она несколько месяцев морочила твоему брату голову и врала бы, что беременна?

Пауза.

— Что до ребят, они вломились за ворота без моего согласия, — сказала я. — И без согласия Кирилла. Выгнал их он, хотя я была только за. Я понимаю, что вежливо было бы пустить любых гостей, даже незваных и неприятных, но давать кому-то вытирать о себя ноги тоже ведь не хочется.

Вера хмыкнула.

— Да уж. Андрей с Костей и ангела до ручки доведут. Помнишь, как Костик пытался ухаживать за мной на пятом курсе, и чуть не вынес дверь аудитории, где мы с Марком целовались?

Мы вместе захихикали.

— Я дружу с Мариной, — произнесла Вера негромко. — Давно. И мне трудно поверить, что те фотографии могла выложить она, или скрывать от Кирилла тест на беременность, или… — Вера запнулась. — Я не знаю. Но мне сложно совсем тебе не верить. Я поговорю с братом.

— Я очень его люблю, — тихо сказала я. — Настолько, что подарила ему игрушечный паровозик, засыпаю с ним в обнимку и готова выслушать от тебя любые суровые нотации, лишь бы у вас с ним из-за меня не было ссор.

Вера засмеялась, и в этот раз её смех прозвучал куда теплее.

— Да уж с ним мы как-нибудь разберёмся.

Я выдохнула. У меня был шанс. Может быть, мы даже останемся подругами.

Хотя зная Кирилла, он просто не даст никому другого выбора. Ни мне, ни Вере.

Но я была рада, что позвонила уже сейчас.

— Я ужасно хочу продолжать с тобой дружить, — просто сказала я. — Если Кирилл тебя убедит, что я на стороне Света, позвони мне, когда вернёшься.

Вера снова засмеялась.

— Хорошо. И… слушай… если это твой бывший слил фото… мне ужасно жаль.

— Ага, — вздохнула я. — Увидимся. Хорошего тебе солнца и моря.

— И тебе хорошо отдохнуть. Ещё целых три дня, верно?

Ага, подумала я, повесив трубку. Ещё целых три дня.

Я вымыла посуду и выключила свет на кухне. А потом решительно направилась в гостиную. К ноутбуку.

В конце концов, дневная норма дневной нормой, но мы на то и писатели, что у нас ненормированный день.

Тем более что разговор с Верой здорово поднял мне настроение, а когда тепло на душе, то куда больше веришь в себя. И текст это чувствует: танец становится ближе, интимнее, честнее. Словно прижимаешь к себе возлюбленного и шепчешь ему самые важные слова, а он отвечает тебе, становясь продолжением твоего тела.

Финишная прямая. Дождь на плаще Кирилла Вяземского, одинокий стакан виски на барной стойке и слёзы Ирины у окна.

Роман, который мне захочется перечитать. Когда-нибудь.

Но сейчас я очень устала. И мне страшно, что если я вернусь и пойду перечитывать, я потеряю самое главное: уверенность в своих силах. Единственное, что у меня есть, как у писателя. Такое хрупкое. Такое сильное. Маленькое зёрнышко, которое Кирилл взял в ладони и согрел.

И вот сейчас, с прежним ехидством подумала я, из него вырастет такая финиковая пальма, что только держитесь!

А потом я пропала. Нырнула в текст, и больше меня не было нигде.

Пару раз я всё-таки отвлеклась, сходив на кухню: в горле пересохло, а в холодильнике оказалась упаковка живого кваса.

Когда я приканчивала третью бутылку, потирая глаза, на лестнице появился Кирилл. Я зевнула: устала я изрядно.

— Что? — сонно спросила я. — Пора в постель?

— Я бы сказал, что скоро пора вставать, — задумчиво сообщил Кирилл. — Ежонок, ты время видела?

Я посмотрела и охнула.

Половина третьего ночи. Шестое января.

— Я бы давно отправил тебя спать, но ты уж слишком поймала волну. — Кирилл улыбался. — Как, получилось батальное полотно?

Я бросила взгляд на счётчик знаков.

Четыреста тысяч. Меньше, чем за две недели.

— Ничего себе, — выдохнула я.

Крис тихо засмеялся.

— Понятно. Но это в первый и последний раз, ежонок. Ночью надо спать. Со мной.

— Ночью хорошо, — негромко сказала я. — Темно, гаснут все звуки, и я одна во всём мире. Как в каюте корабля, когда вокруг океан, а наверху звёзды.

— Романтика тебе не поможет. Закрывай ноутбук и иди сюда.

Я послушалась, и Кирилл тут же подхватил меня на руки.

— Восемь часов сна, — сообщил он. — Сумасшедший бурный секс с самым лучшим парнем в мире. А потом ты вкалываешь весь день, и может быть, получаешь бонус.

— Манговый сорбет, который мы будем есть голыми?

— И не только есть.

Я потёрлась носом об его плечо.

— Кажется, у нас выдастся очень скучное шестое число.

— Уверен, своим героям скучать ты не дашь.

Сердце на миг сжалось. Ирина, моя Ирина в романе…

Ей было одиноко сейчас. Очень.

Но со мной такого не произойдёт, успокоено подумала я, пока Кирилл нёс меня в спальню. Ни с ним, ни со мной. Никогда.

Глава 41

Меня разбудил телефонный звонок.

«Я помню, как мы расстались в первый раз», — весело запела Тейлор Свифт.

Слава, сонно подумала я. Решил со мной пообщаться напоследок? Что же, сейчас я ему устрою.

— Привет, — сообщила я трубке. — Как тюрьма, как макароны? Или они только на ужин?

Слава презрительно засмеялся.

— За что? За то, что дал пару фотографий приятелю?

— С целью отомстить, — уточнила я. — И нагадить.

— Ну, пусть доказывают. А вот кредит на тебе остаётся. Весь.

Я устало закрыла глаза.

— Кто его на меня повесит? На нищую девчонку без жилья?

— Ну, на меня теперь его точно никто не повесит, — безмятежно произнёс Слава. — Я заключил досудебное соглашение с парнем, чью машину я разбил. Всё, моя зарплата уйдёт на выплаты, подчистую.

— А кормить тебя кто будет? Мамочка?

— Угадала.

Потрясающе.