#властный редактор (СИ) - Силаева Ольга

— Факт остаётся фактом: ты встретил её и бросаешь меня!

— А как насчёт того, что ты почти зарубила мне проект? — поинтересовался Кирилл. — И, будем честны, кинула людей, которые ничего тебе не сделали?

— Я совершила ошибку, — мгновенно сказала Марина. — Наверное, мне стоило вести себя иначе. Предупредить тебя заранее. Подготовить замену. Да, я вела себя неидеально, мной владели эмоции, но я уже подписала эксклюзивный договор, и не могу повернуть назад, хотя, возможно, и хотела бы. Прости.

Она сделала шаг вперёд.

— Пожалуйста. — В голосе Марины послышались умоляющие нотки. — Неужели ты меня не простишь?

Она смотрела на него, и у неё дрожали ресницы. Брошенная невеста, прекрасная в своей нежной слабости. Чёрт. По всем канонам и законам жанра вот прямо сейчас должно было состояться примирение, поцелуй и пощёчина ненавистной сопернице. Впрочем, вряд ли Марина опустится до пощёчины. Просто вежливо предложит мне забрать от Кирилла вещи и дописать роман где-нибудь ещё.

Но это же был Кирилл. Мой Кирилл. Который никогда, ни за что так не поступит.

Кирилл открыл рот, и моё сердце пропустило удар.

Глава 39

Он покачал головой.

— Я отказываюсь обсуждать эту тему.

— Почему?

— Потому что отказываюсь, — очень спокойно сказал Кирилл. — Окончательно.

— Кирилл…

— Наша помолвка расторгнута. Я бы хотел, чтобы никаких сомнений по этому поводу ни у кого не возникло.

— Родителям ты тоже сообщишь? — Голос Марины дрогнул. — Сестре? Всем нашим друзьям? Что ты бросаешь свою невесту, что другая увела у неё жениха?

Беременная девушка, сидящая на диванчике, давно отложила журнал и как заворожённая смотрела на нас.

Словно спектакль, мелькнуло у меня в голове. Нет, Марина переживала, разумеется. Всякая была бы на эмоциях на её месте, особенно если она и впрямь ждала ребёнка, но, но…

Я писатель. Если червячок сомнения внутри меня говорит «не верю», я переписываю к чертям всю сцену. И, раз он грызёт меня сейчас, что-то определённо не так.

Вот только что?

Кирилл ничего не сказал. Просто протянул руку, и Марина молча сняла и положила в неё кольцо. Бросила взгляд на Сергея. По её щекам текли слёзы.

— Проводи меня, пожалуйста, — сдавленным голосом произнесла она. — Я не очень хорошо себя чувствую.

Она подхватила бумажную папку. Сжала её в руке.

— По-моему, — негромко сказал Кирилл, — мы не договорили.

— Мы договорили, — очень холодно сказала Марина. — Я беременна от тебя, и больше мне нечего тебе сказать.

— И анализ крови это, разумеется, подтверждает?

— Я не готова с тобой об этом говорить. Сейчас — не готова.

Кирилл устало провёл рукой по лбу.

— И сколько мне ждать, по твоему? Месяц? Три? Тебе не кажется, что это не самый рациональный поступок?

— А бросать свою невесту, конечно же, разумно и правильно, — с горечью сказала Марина. — Ведь ей совсем не больно.

Угу, мрачно подумала я. Особенно когда она кричала ему «чтоб ты сдох» в трубку.

Марина с самого начала это планировала, поняла я. Встретиться с Кириллом, выполнить часть его требований, чтобы он ничего не написал о ней, умолять, чтобы не бросал её — но продолжать держать его на крючке по поводу беременности.

Возможно, она даже не делала анализ крови. Возможно, она обманула даже в этом.

Вот только… нет. Настолько холодная и расчётливая женщина не могла не просчитать все шаги. А на случай, если её цикл и впрямь дал сбой, она должна была знать сама, беременна ли она или нет, потому что знание — это контроль. А такие женщины, как Марина, контроль из рук не выпускают.

Анализ был в папке, поняла я. Настоящий, на случай, если Кирилл бы не стал разговаривать с ней без него. Естественно, результат бы ему не показали, но сам анализ — да.

И шагнула к Марине.

— Можно посмотреть?

… Ноутбук, который Марина вырвала у меня из рук. Несколько нажатых клавиш — и вся моя работа летит к чёрту…

Я не забыла.

И вырвала из её рук папку.

В голове мелькнула мысль, что я поступаю, как она, и это неправильно, чёрт подери, так поступать нельзя, есть же элементарная этика, нельзя опускаться до такого…

Но на другой чаше весов лежало слишком многое, чтобы колебаться.

Анализ, как я предполагала, лежал на самом верху. Я не стала вглядываться в результат — Марина рванулась ко мне, и я не успела бы.

Просто передала листок Кириллу.

— Думаю, теперь наш разговор действительно закончен, — произнёс Кирилл. Он не спеша сфотографировал листок и вернул Марине, на лице которой теперь было холодное неприкрытое бешенство. — Осталась только одна деталь.

Он насмешливо улыбнулся Сергею.

— Мне очень хотелось поприсутствовать при событии, которое сейчас произойдёт, — произнёс он. — Именно поэтому я и согласился на встречу.

Кирилл поднёс телефон к уху.

— Заходите, господа.

— Что происходит? — резко сказала Марина.

— Курьер пиццерии опознал Сергея, передающего ему фотографии. Наш общий друг отлично замаскировался, но, когда он сел за руль и сдвинул капюшон, курьер увидел его в зеркало над сиденьем водителя. Такая мелочь, правда?

Двое молодых людей вошли в отделение. Оба были без формы. Один из них коротко кивнул Кириллу, и оба подошли к Сергею.

— Думаю, — задумчиво сказал Кирилл, — кое-кто будет проходить свидетелем. Как минимум. Удачи, Марина.

Он обернулся ко мне.

— С твоего бывшего тоже спросят.

Я открыла рот. И никаких показаний с меня? Впрочем, заявление с моей подписью наверняка уже лежало, где нужно.

Кирилл обхватил меня за плечи.

— Идём. Думаю, тебе ещё придётся пообщаться со строгими людьми при исполнении, но не сейчас.

Он улыбался. У меня перехватило дыхание от этой улыбки.

Неужели всё было в порядке?

Или…

Я похолодела. Он не сказал мне о результатах анализа. Я бы на его месте выпалила бы тут же.

Неужели?..

Я побледнела. Но Кирилл уже вёл меня прочь из отделения, и я успела лишь оглянуться на Марину.

— Никто тебя не напечатает, — прозвенел её голос. Она откинула светлые волосы с шеи и холодно, многообещающе улыбнулась. — Я об этом позабочусь.

Позаботится. В этом я не сомневалась.

Но прямо сейчас мне было наплевать.

Лифт остановился перед нами почти сразу же, но Кирилл удержал меня за руку.

— Не этот.

— Это ещё почему?

— Он занят.

— Там всего два человека… — начала я, двигаясь вперёд, но вторая рука обхватила меня поперёк груди.

— Вот и замечательно. А мы подождём следующего.

Я вздохнула.

— Вредина.

— Твой вредина, ежонок. Не забывай.

Я подняла на него счастливое лицо.

— Расскажи мне, — шепнула я. — Что там написано?

— Где?

Лицо Кирилла было совершенно невинно.

Я вывернулась из его рук.

— Результаты анализов! Скажи мне!

— А если не скажу?

Я возмущённо фыркнула.

— Ты. Сообщишь. Мне. Немедленно, — отчеканила я. — Иначе я…

— Что? Сольёшь финал? Отдашь книжку пиратам? Приделаешь герою деревянную ногу?

— А вот приделаю, — мстительно сказала я. — И не только ногу. Показывай.

Кирилл вздохнул.

— Не скажу, что это очень уж мне приятно.

И тут приехал лифт. Пустой.

На этот раз глаза Кирилла сверкнули, и он без разговоров потянул меня внутрь.

— Давай сюда тест! — запротестовала я.

Двери лифта закрылись, и Кирилл сунул мне под нос экран телефона.

— Гляди.

Меньше пяти. «Неберем.», темнела приписка внизу.

У меня задрожали ноги, и я прислонилась к стене лифта. Ффух.

Марина не была беременна. У неё не будет ребёнка от Кирилла. Он был свободен.

Облегчение. Безмерное облегчение. Счастье.

Пальцы Кирилла коснулись моего подбородка.

— Ежонок, — шепнул он. — Хочу тебя прямо сейчас.

Он прижал меня к стене, целуя жадно и горячо, и я обвила его шею руками, целуя его в ответ до самозабвения. Кирилл протянул руку к кнопкам, не прекращая поцелуй, и кабинка резко вздрогнула. Мы остановились.