Келли Джеймс-Энгер - А ты уловила флюиды?

Трейси грустно улыбнулась:

– Я тоже не хотела тебя расстраивать.

– Ах, Господи Иисусе, ведь это было неизбежно! Правда, должен тебе сказать, что ты поступила правильно. Между нами что-то разладилось. Не знаю что. Когда ты рядом с любимым человеком, который тоже любит тебя, все получается естественно и само собой, так ведь? Тебе даже в голову не приходит, что может найтись кто-нибудь, кто тебе больше подойдет.

Трейси неожиданно почувствовала укол ревности. Мимо прошла молодая пара, и она подождала, пока те удалятся.

– Вот как? Значит, ты встречаешься с кем-то еще?

– В общем, да, У меня за это время сменилась пара подруг.

– Я знаю кого-нибудь из них?

Должно быть, в ее голосе послышалось напряжение, потому что Том подозрительно взглянул на нее:

– Ну да. Иногда мы встречаемся с Джулией, да еще раза два случалось погулять кое с кем – подруги старых знакомых и так далее.

– А… – Трейси переплела пальцы и взглянула на Тома снизу вверх. – Наверное, так лучше.

– Однако я скучаю по тебе, Трейс. – Том взял ее руку в свою и ласково сжал. – Быть с кем-то вместе так долго, как мы с тобой, – это совсем другое дело.

– Знаю. – Она сморгнула, стараясь не плакать. – Я тоже по тебе скучала. Том, Том, мне так жаль! Я должна была рассказать тебе о своем состоянии намного раньше. Вдруг вместе нам бы удалось найти какой-нибудь выход.

Том откинулся на спинку скамьи, отпуская ее руку.

– Может, и так. Впрочем, я начинаю думать, что все случилось к лучшему. Двое людей могут любить друг друга – и притом друг другу не подходить.

– Наверное.

Трейси посидела неподвижно – и, наконец, не удержалась. Потянувшись, она склонилась ему на грудь и нащупала его правую руку. Так она всегда поступала, когда хотела, чтобы Том ее обнял. Он засмеялся и обхватил ее руками, привлекая к себе.

– Знакомое ощущение.

Они молча посидели так несколько минут. Трейси слушала, как поют птицы, как шумят проезжающие машины, в шелест шин порой вклинивался свист прокатившегося велосипеда или скейтборда. Она чувствовала, какой Том большой и сильный, вдыхала запах его одеколона «Драккар». Трейси закрыла глаза, стремясь продлить мгновение, потому, что знала – оно вот-вот кончится.

Том наклонился к ее уху:

– Ты этого хотела?

Трейси молча кивнула. Том склонился ниже и поцеловал ее в щеку. Она развернулась и встретилась с ним губами. Что задумывалось как невинная ласка, быстро превратилось в нечто более страстное.

На миг прервавшись, они изумленно смотрели друг на друга. Зрачки Тома расширились, глаза сверкали, щеки раскраснелись. У него был слегка ошарашенный вид, как всегда, когда он возбуждался.

– Трейси, я…

Вот все, что ему следовало сказать. Трейси поднялась, и они поспешили домой к Тому, забыв о словах. Она даже не успела понять, насколько странно ей снова здесь оказаться, – едва за ними закрылась дверь, Том грубо обнял бывшую невесту.

Их секс ничем не напоминал прежний опыт – сейчас они занимались любовью откровенно, яростно, почти жестоко. Том даже не озаботился снять с нее кофту и блузку. Он сразу вцепился в ее брюки, расстегивая их, пока она возилась с его ремнем. Спустив джинсы и белье до колен, возбужденный до крайней степени, он высвободил из брюк и трусиков ногу Трейси и резко вошел в нее.

– Господи! – хрипло простонал он, пораженно гладя на нее. С каждым толчком он входил все глубже. Трейси почувствовала, как он отрывает ее от пола, – она и забыла, какой Том сильный, – и в какой-то миг она подумала, что ей никогда не достичь оргазма в такой позиции. Трейси была немало изумлена, обнаружив, что ошиблась.

Глава 33

СНОВА ПОДРУГИ

«В мире свиданий никогда не бывает дождя, только ливень», – подумала Кейт. Куда умчались те дни, когда она в одиночестве размышляла, найдется ли красивый, честный, интересный парень, приятный в постели и хотя бы с минимальным чувством юмора, который бы ее полюбил? Теперь вокруг нее увивался Эндрю, умоляя пойти с ним в Институт искусств, – обманщик Эндрю, который раздобыл билеты на выставку искусства доколумбовой эпохи; Нед, предлагающий поужинать вместе у него дома (Кейт знала подтекст подобных приглашений и держалась от Неда на расстоянии, еще не зная, готова ли она спать с кем-то новым); и, конечно же, у нее имелась новая и усовершенствованная версия Майка, который предлагал снова «встречаться», раздумывая о создании семьи. Ситуация несколько странная, если не сказать больше.

Зато, в конце концов, она помирилась с Трейси. Трейси позвонила на прошлой неделе.

Пауза. Потом…

– Привет. Это я.

Кейт на мгновение прикрыла глаза.

– Что же, здравствуй, «я».

Такова была их старая общая шутка. Потом обе подруги заговорили разом:

– Кейт, извини меня, пожалуйста…

– Трейси, я так рада, что ты позвонила… И они расхохотались.

– Чур, я первая, – сказала Трейси. – Я вела себя как идиотка и хочу извиниться.

– Нет, Трейс, идиотка из нас я! Я так много раз хотела позвонить тебе, а потом пугалась – вдруг ты еще злишься.

– Я знаю! – смеясь, отозвалась Трейси. – Каждый раз, когда я думала, что мы с тобой поссорились навеки…

– Я хотела удавиться, – закончила за нее Кейт.

– Ладно, тогда давай просто решим, что я была стервой, и забудем об этом.

– Дело не только в тебе, – возразила ее подруга. – Я очень волновалась из-за работы и, должно быть, выплеснула на тебя раздражение. Ах, Боже мой! У меня столько новостей! Ты даже не представляешь, кто позвонил мне на прошлой неделе!

– Кто?

– Нет уж, по телефону я не буду рассказывать, – поддразнила ее Кейт. – Это предмет для личного разговора.

– Хорошо, так что ты сейчас делаешь?

– Вообще-то работаю над ходатайством, но оно подождет до пятницы. Ты ко мне или я к тебе?

– Давай лучше я приеду. Все равно я до смерти хочу выбраться из дома. Квартирка такая маленькая, что у меня от нее клаустрофобия.

Трейси появилась через полчаса, неся с собой пакет. В пакете лежали бутылка шардонне, коробка обезжиренных маисовых чипсов и большая бутылка острого мексиканского соуса.

– Я решила, что можно побыть плохими. Правда, не слишком плохими. И вот еще что у меня есть. – Трейси извлекла пинтовую упаковку мороженого «Гааген дане чоколэт чипе»,[37] которое Кейт всегда обожала.

– Ты мое сокровище!

Подруги обнялись, снова принялись было извиняться, и опять расхохотались.

– Больше никогда, – пообещала Кейт. – Лучше мне рассориться с десятком парней, чем еще раз с тобой.

– Взаимно!

Они просидели за разговором почти до двух ночи, а потом Трейси заснула на раздвижной кушетке Кейт. В конце концов, им ведь пришлось наверстать упущенное за без малого три недели.