Изабель Вульф - Тревоги Тиффани Тротт

– Я ухожу, – сказала я Питеру слабым голосом. – Пока.

– О – ха, ха, ха! До свидания, Тиффани! Я позвоню вам!

– Да. То есть нет, не звоните, – сказала я, сломя голову бросаясь к вращающимся дверям.

Какая же ты дура, говорила я себе, шагая по Пиккадилли. Какая дура набитая! Ведь если бы я не зашла в «Ритц», то не увидела бы Довольно Успешного с этой шикарной брюнеткой. Черт. Черт. Черт. И черт дернул Питера Фицхэррода оказаться там, заговорить со мной и задержать меня, потому что в противном случае я могла бы выйти, тогда бы я не увидела Довольно Успешного с другой женщиной и не разрушила бы свою жизнь. А теперь мне нужно идти на прием, когда у меня вообще нет настроения, потому что все, чего я хочу, – это пойти домой, броситься на кровать и завыть.

Я шагала по Джермин-стрит, мои высокие каблуки стучали по тротуару, звук рикошетировал, словно пистолетные выстрелы, от стен окружающих зданий. К тому времени, когда я повернула на Дюк-стрит, сердцебиение утихло и я почувствовала, что немного успокоилась. Хотя была в подавленном состоянии. Ужасно подавленном. Но он женат. Я повторяла это снова и снова, как мантру. Так что он мне ни к чему. Он просто ищет кого-то на стороне. И нечего так переживать. Действительно, Тиффани, возьми себя в руки. Ты идешь на прием. Интересно, получил ли он мою открытку? Интересно, что он подумал? Интересно, давно он знает эту красивую женщину? А что, если он ее любит? Надеюсь, он не показал ей открытку. А потом я мучила себя мыслями о Довольно Успешном и его Великолепной Подруге, лежащих в постели, обнаженных, в его роскошной квартире в Олбани, представляя, как они после обладания друг другом смеются над моей дурацкой открыткой, перед тем как препроводить ее в элегантную кожаную мусорную корзину, которую они купили во время романтического уикенда в Венеции.

Я поднялась по лестнице Восточного индийского клуба, большого белого оштукатуренного здания на углу Сент-Джеймс-сквер. Отыскала там дамскую комнату, плеснула холодной воды на пылающее лицо, подкрасила губы блеском, а потом нашла гостиную на первом этаже. Там оказалось около двух сотен человек, которые болтали друг с другом, будто были знакомы всю жизнь. Возможно, так и есть, размышляла я. У меня не было настроения вести пустые разговоры с совершенно незнакомыми людьми, жуя при этом канапе. Но тут, к счастью, я встретила Джонатана.

– Тиффани, как приятно вас видеть! – воскликнул он. – Я очень рад, что вы смогли прийти. А это Сара – но вы ведь встречались раньше, не так ли?

– Да, мельком, – сказала я, стараясь перекричать гул голосов.

– Верно. Мы встречались на вечеринке в Драйтон Гарденз, – подтвердила она оживленно. – Вы были с…

О господи, пожалуйста, не надо – пожалуйста, не напоминайте о Филе Эндерере.

– …с тем архитектором. Он был одержим гольфом, да? Ни о чем другом не говорил. Я не помню, как его звали.

– И я не помню – ха, ха, ха! – сказала я. – Боюсь, это все в прошлом. – О господи, какой ужасный вечер. Я собиралась на него с радостью и надеждой, а все пошло наперекосяк. – Итак, скажите, когда же великий день? – спросила я, сияя, как неоновая реклама.

– В марте, – ответила она, – девятого марта. Мы пошлем вам приглашение.

– О нет, я не это имела в виду – то есть я спросила вовсе не для того, чтобы вы меня пригласили, ха, ха, ха!

На самом деле я это спросила, чтобы поддержать разговор. Стараясь переменить тему. Господи, теперь она решит, что я напрашиваюсь на приглашение.

– О нет, Тиффани, мы действительно хотим, чтобы вы пришли, – сказала она искренне. – Джонатан рассказал мне о том, как вы дали ему полезный совет на вечеринке «Встречи за столом». Он сказал, что благодаря вам он «прозрел». – Она рассмеялась. – Вы не представляете, как я вам благодарна! Конечно, мы будем рады видеть вас на нашей свадьбе.

– О, спасибо… Я люблю свадьбы. Особенно чужие. – Я взяла бокал шампанского с подноса; два глотка – и уровень моего стресса чуть понизился, скажем так, от ионосферы до стратосферы. Так, кто здесь есть? Я решила обойти зал. Я не ошиблась: публика шикарная.

– …мы провели с Хардами прошлый уикенд…

– …Ребекка все еще в Бенендене…

– …ну, у нас в Кенсингтоне…

– …нет, мы поедем в Сомерсет…

– …и тогда наш младший сын в Итоне…

– …маленькое кафе возле Бордо…

– …нет, нет, не норфолкские Хайам-Гамильтоны, а саффолкские, да…

– …знаете, конюший ее мужа…

О господи – Памела Роач! Что она здесь делает?

– Что ты тут делаешь? – спросила она с нахальным удивлением.

– Я пришла без приглашения, – ответила я, осматривая ее «полный английский макияж» и платье, похожее на палатку. – Как и ты.

На самом деле ничего такого я не сказала.

– Меня пригласили. Я знаю Джонатана. А ты? – спросила я.

– А я училась в школе с Сарой. Два года. Правда, не видела ее много лет, но, когда прочитала в «Таймс» объявление о помолвке, подумала, не позвонить ли и не поздравить ли ее…

О, старая тактика.

– …и когда я спросила, будет ли прием, она была так добра, что сказала: «Обязательно приходи». Очень мило с ее стороны.

– Да, – согласилась я, – мило.

Господи, как бы мне удрать? Я осторожно оглядывала зал, высматривая выход, и мой взгляд натолкнулся на довольно красивого парня. Он был один. Высокий, приятной наружности, в темно-сером костюме. Памела проследила за моим взглядом.

– Пальчики оближешь, да?

– Кто? А, этот. Э-э, да. Думаю, да.

Мне наплевать, даже если бы это был Пирс Броснан. Я люблю Довольно Успешного.

– У него очень милая подружка, – добавила она мстительно, улыбаясь мне своей жабьей улыбкой. – Пойду попудрю нос. У тебя есть визитка? – спросила она. – Ты мне так ее и не прислала.

– Нет, у меня с собой нет, – соврала я. – Снова забыла. Ну, надо бы пройтись по залу.

– Еще встретимся, – сказала она.

– Да.

Не дай бог.

Фу! Как было бы хорошо, если бы здесь была Кейт, подумала я. Но я вспомнила ее совет на «Встречах за столом»: «Просто улыбайся». Итак, я стала осторожно пробираться через толпу, улыбаясь всем сразу и никому в отдельности. Это действительно срабатывает. Или, по крайней мере, срабатывает для кого-то, но на сей раз не для меня. Кажется, ни один человек не захотел со мной поговорить. Так что я решила изучать живопись – стены были увешаны портретами усатых бенгальских уланов и викторианских вице-королей. Я бродила вокруг, всматриваясь в их лица: «Сэр Артур Фэйр, первый британский комиссар в Бирме, присоединил к Британии Сингапур… Генерал-майор Стрингер Лоуренс, Создатель Индийской армии… Сэр Джорж Поллок, участвовал в походе на Кабул после афганской резни…»

– Толстушка Тротт!