Изабель Вульф - Тревоги Тиффани Тротт

– Да. Ладно, ладно.

О господи, как же мне хотелось, чтобы она замолчала.

– И все-таки… – продолжала Лиззи, театрально воздев указательный палец и снова склонив голову к плечу —… было множество мужчин, которые могли бы на тебе жениться – если бы ты захотела. Взять, к примеру, Алана из теннисного клуба. Он от тебя без ума, ты сама говорила.

– Да. Если бы он не был таким плешивым…

– И тот статистик из страхового общества.

– О, тот. В нем все человеческое было заморожено.

– И тот бухгалтер, Мик, он любил тебя. Что в нем было не так?

– Мне он не нравился. И точка.

– И Питер Фицхэррод хотел с тобой встречаться.

– Я сказала, что подумаю.

– Не говоря уже о Ките, – заключила она. – Почему ты не вышла замуж за Кита, Тиффани?

– Потому… потому что… он был…

– Заботливый, добрый, интересный, красивый, чрезвычайно деликатный и вполне подходящий, – сказала она с торжеством.

– Нет. Потому что, если бы я действительно хотела выйти за Кита, я могла бы это сделать, ведь он собирался на мне жениться, но я не хотела выходить за него, потому что, хотя я и в самом деле любила его и считала, что он чудесный, и допускала, что у нас много общего, но у меня все же не было ощущения, что это хорошо, потому что мы слишком похожи и довели бы друг друга до сумасшествия, хотя теперь я действительно иногда сожалею об этом и думаю о том, как бы мы жили, если бы поженились, и как было бы здорово иметь пятерых детей, и как бы мы их назвали, и если Порция бросит его, а я не найду кого-нибудь и он все еще будет интересоваться мной, в чем я, честно говоря, сомневаюсь, ведь так много времени прошло, тогда я могла бы попытаться выйти за него, разве это не понятно?

– О, все очень понятно, Тиффани. Понимаешь, есть мужчины, которые готовы жениться, но ты этого не хочешь. И причина, почему ты этого не хочешь, в том, что они доступны, что они совершенно подходящие мужчины, которые готовы на все, чтобы жениться на тебе! Так вот, ты их отвергаешь и стремишься к никчемным мужчинам, которые боятся жениться. И Довольно Успешный тоже вписывается в эту схему. Потому что, Тиффани, дело в том, что у Довольно Успешного есть жена.

– Сама знаю.

– И таким образом, он не может на тебе жениться.

– Это я знаю тоже.

– И все же он тебе нравится.

– Нет, не нравится. Вообще-то нет. Не очень.

– И ты все еще думаешь о нем.

– Нет, не думаю – вряд ли когда-нибудь думала.

– Ты думаешь, Тиффани. Ты думаешь о нем все это время. Почему?

– Почему?

– Да, почему ты думаешь о нем?

– Почему я думаю о Довольно Успешном?

– Потому что у него есть жена, вот почему! Таким образом, вот еще один бесполезный, неподходящий мужчина, который никогда на тебе не женится, – прекрасно! И кроме того, – продолжала она, – готова поспорить, что если бы с его женой что-нибудь случилось…

– Лиззи, пожалуйста, не говори так – я бы никогда не пожелала этого ни ему, ни кому-либо другому.

– Да, но если, предположим, она, скажем так, сойдет со сцены и он вдруг станет доступен, гарантирую, что ты тут же потеряешь к нему интерес, – продолжала она. – Потому что он нарушит твою маленькую игру. Знаешь, психология – это самый занимательный предмет, – добавила она. – Я подумываю о том, чтобы пройти курс. Вообще-то я хотела бы заняться этим серьезно и стать консультантом.

– Боже милостивый! То есть я хотела сказать – хорошо.

– Да, и знаешь, Тифф, думаю, я могла бы получать какие-то деньги за такие советы, – сказала она, закурив послеконсультационную сигарету. – У меня есть эмоциональная предрасположенность. Я хочу сказать, ведь я тебя раскусила, да? Если Довольно Успешный вдруг станет Довольно Одиноким, ты перестанешь о нем думать!

Перестану? Перестану? Именно этот вопрос я задавала себе, когда шла мимо дверей «Ритца» на прием Джонатана. «Ритц»! Его место обитания! Обитания. Господи, может, он там вот сейчас?

И возможно, интервьюирует еще какую-нибудь незадачливую женщину, предлагая положение подружки на неполную занятость. Отвратительно Жестокий. Довольно Свинский. Держу пари, что он там. Мерзавец. Интересно, он получил мою открытку? Проходя мимо отеля, я не смогла устоять и решила заглянуть туда хоть одним глазком.

Я прошла с бьющимся сердцем через вращающиеся двери со стороны Арлингтон-стрит. Никаких признаков Довольно Успешного. Я ощущала, как кровь пульсирует в ушах, словно биение плода под сердцем матери. Щеки у меня пылали. Во рту было сухо, как в Сахаре. В животе знакомое порхание амазонских бабочек. Я, вероятно, сошла с ума, думала я, проходя в розово-зеленый зал в стиле рококо. Должно быть, совсем рехнулась. И все же, если я все-таки наткнусь на него, – боже упаси, – но если, по несчастью, я увижу его, по крайней мере я уверена, что выгляжу отлично в платье от Джин Мьюир и в роскошном пальто под леопарда, которое я купила за бесценок в Нью-Йорке в прошлом году, – все говорят, оно мне очень к лицу. Элегантная верхняя одежда – это так важно…

– Тиффани!

Я обернулась. О господи. О нет.

– Здравствуйте, – сказала я. – Как приятно вас видеть. Как вы поживаете?

– Отлично! Ха, ха, ха, ха! Отлично! А вы как?

– Прекрасно.

– Вы получили мои сообщения?

– Э-э, нет. Нет. Не получила.

– Я оставил пару сообщений для вас летом. На вашем автоответчике.

– О, у меня проблемы с аппаратом, – сказала я с притворным раздражением. – Извините, что не ответила вам, но, наверное, они не записались.

– Ну ничего. А что вы здесь делаете? – спросил он.

Какая наглость!

– Вообще-то, Питер, мне не хотелось говорить этого раньше, чтобы вы не приняли меня за авантюристку, но я здесь живу. Да. Это правда. В одном из роскошных номеров на верхнем этаже. Он стоит всего лишь шестьсот девяносто пять фунтов за сутки плюс налог на добавленную стоимость.

На самом деле ничего такого я не сказала.

– Я шла на прием в Индийский клуб на Сент-Джеймс-сквер и по пути заглянула сюда, чтобы встретиться с подругой… – ответила я и взглянула на часы. – Ох! Я опаздываю – нужно лететь, но так приятно было снова с вами увидеться.

– Да, – сказал он. – Мы должны поиграть в теннис!

Должны?

– О да, мы должны, – согласилась я. – Мы должны. Да.

– Да. Ха, ха, ха, ха! Я вам позвоню.

И вот тогда – как будто во сне – я увидела его. Я подумала, что это, должно быть, галлюцинация. Но я не ошиблась – это был он. Я имею в виду, что совсем не ожидала увидеть Довольно Успешного. Но это был он, Довольно Успешный. И он тоже увидел меня. Но не остановился – он прошел мимо; и причина была в том, что он увидел, как я разговариваю с другим мужчиной, и его охватила ярость. И он подумал, что, если остановится, он может убить Питера Фицхэррода. Свалит его одним мощным ударом. Или швырнет его тщедушное тело через заполненный посетителями бар. Кого, черт возьми, я обманываю? Единственная причина, почему Довольно Успешный не остановился поговорить со мной, состояла в том, что он был с другой женщиной! Красивой женщиной с чудесной фигурой и длинными вьющимися темно-каштановыми волосами. Они, кажется, и в самом деле были близки. Она слегка наклонилась к нему, они тихо разговаривали и улыбались друг другу. А мне хотелось провалиться сквозь землю. И, вдохнув томительный аромат его «Живанши», я чуть не упала в обморок от желания.