Извращенное Притяжение (ЛП) - Рейли Кора

— Оно уже наполовину поглотило меня. Единственный способ покончить с этим это найти правду. Мы оба знаем, что мой отец разборчив, когда рассказывал мне, о случившемся.

— Он хочет защитить тебя.

— Он не может, никто не может. Это мой бой.

Рев двигателей наполнил воздух. Я всегда любила скорость. Трепетала от этого. Мы с Димой гонялись друг против друга, сначала на велосипедах, потом на машинах, но никогда не на профессиональном уровне и не с таким количеством соперников.

Адамо остановился на своей машине рядом с моей, одарив меня уверенной улыбкой.

В отличие от большинства других парней, он не смотрел на меня так, будто я бредила, думая, что могу гонять на машине. Большинство девушек, которые являлись частью гоночного лагеря, носили горячие штаны и разваливались на капотах тачек. Их единственной целью было оказаться в постели с гонщиком, а еще лучше стать его девушкой.

Одна из этих девушек появилась на подиуме слева со стартовым флагом. Ее горячие штаны даже не прикрывали нижнюю часть ягодиц, но я должна была признать, что она могла снять их.

Дима притормозил на своей машине справа от меня, послав мне предупреждающий взгляд.

— Не делай глупостей, — вот что говорило выражение его лица. Я закатила глаза. Мы здесь не просто так, и ничто не может помешать мне достичь своей цели.

Мое внимание переместилось налево, где Адамо припарковался на своем желтом BMW М4, его окно было опущено, а мускулистая рука небрежно покоилась на дверце. Его глаза встретились с моими, и один уголок рта приподнялся. Мое сердце ускорилось, и я прищурилась, глядя на него, мне не нравилась реакция моего тела на слишком самоуверенного младшего брата Фальконе. Но, черт, он выглядел настоящим мужчиной, бедой и опасностью, в том, как развалился на своем сиденье, будто это то место, где он должен находиться. Его царство.

Я завела двигатель раз в вызове. Меня не так-то легко запугать. Адамо был силой, с которой приходилось считаться на трассе, но он не единственный, у кого в жилах течет скорость. Звук двух дюжин двигателей заполнил тишину, словно волчья стая зарычала в унисон. По моей коже побежали мурашки, а пальцы, сжимавшие руль, напряглись. Я никогда не участвовала в гонках больше, чем с парой гонщиков.

Девушка подняла над головой флаг, дерзко улыбаясь. Адамо кивнул мне, словно желая удачи.

Я ухмыльнулась. Я не нуждаюсь в удаче. Я обладала мастерством и преимуществом быть недооцененной большинством моих противников.

В ту же секунду, как девушка опустила руку с флагом, я ударила ногой по газу. Гадюка с ревом рванула вперед, поднимая пыль и скрывая от меня окружающих. Несколько секунд я не видела ни своих противников, ни дороги перед собой, только непроницаемую песчаную бурю, разбуженную шинами. Я вслепую вела машину вперед, не отпуская педаль газа. Затем, наконец, пыль осела, и все вокруг стало в фокусе, а вместе с ним и машина Адамо, который ехал на расстоянии вытянутой руки впереди меня. Дима по-прежнему ехал справа от меня, а на том месте, где был Адамо, гнала другая машина. Нас всех занесло на первом повороте, но я едва снизила скорость, даже когда моя машина врезалась в неизвестного противника. Я ускорилась в ту же секунду, когда моя машина проехала поворот, мои руки сжимали руль, контролируя Гадюку. Адамо все еще ехал впереди, но я рассчитывала, что мой рискованный маневр приблизит меня.

Мой противник слева протаранил мой бок, едва не сбив с дороги. Очевидно, расплата.

— Да пошел ты! — яростно воскликнула я.

Моя нога на газе стала тяжелой от силы давления. Дима отступил, затем скользнул за меня и устроился позади моего агрессивного противника. Потом он въехал в багажник.

Усмехнувшись, я снова сосредоточилась на Адамо передо мной. Дима разберется с мстительным идиотом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я медленно догоняла BMW, когда Адамо внезапно снизил скорость, пока мы не оказались капот к капоту, и я смогла разглядеть его лицо. Он ухмыльнулся.

Я приподняла бровь. Впереди нас ждала крутая извилистая дорога, гораздо хуже предыдущей. Адамо поднял брови, прежде чем сфокусировать взгляд на трассе, и снова прибавил скорость. Ублюдок притормозил, проверяя меня. Как бы я ни давила ногой на газ, Адамо оставался на полкилометра впереди меня. Я въехала в поворот менее чем через секунду после него, и мои задние шины вспыхнули. Я крепко держалась и осторожно повернула руль в другую сторону, прежде чем снова набрала скорость и катапультировала нас с Гадюкой из опасного поворота. Позади меня на полкилометра гнали четыре машины, один из них Дима. Мы оставили позади большинство других гонщиков, но только пятеро из нас доберутся до финальной гонки, и у меня было чувство, что Адамо не будет на стороне проигравших. Он был слишком хорош, а его машина чертовски быстра.

Двадцать секунд спустя Адамо пересек финишную черту первым, а я вслед за ним. Я издала боевой клич. Подъехав к машине Адамо, припаркованной рядом с импровизированной трибуной победителя, я опустила стекло. Адамо уже выходил из машины. Заходящее солнце превратило небо позади него в огненное пламя. Он вытащил из кармана джинсов пачку сигарет.

— Отличная гонка, Фальконе, — крикнула я, перекрывая шум приближающихся гоночных машин.

Его губы дернулись вокруг сигареты, и он шагнул ко мне. И снова я не могла перестать восхищаться его загорелыми, сильными предплечьями и очертаниями его шести кубиков сквозь тонкую белую футболку. Будто зная, о чем я думаю, его улыбка стала дерзкой. Он протянул мне пачку через окно, и я осторожно схватила сигарету. Открыв дверь, я вышла.

— Ты очень рисковала, — сказал Адамо.

Я пожала плечами, подходя ближе.

— Зажжешь?

Я сунула сигарету в рот. Адамо наклонился ближе с зажигалкой, одной рукой защищая пламя от ветра. По привычке, потому что я всегда так делала с Димой, я направила его руку так, чтобы пламя коснулось кончика моей сигареты. Его рука под моей ладонью была горячей и сильной. Глаза Адамо встретились с моими, и на мгновение мы оба застыли, осознав нашу внезапную близость. Как только кончик сигареты загорелся, я отодвинулась от Адамо и глубоко затянулась.

Мои глаза бегали по другим машинам, беспокоясь за Диму.

— Он сделал это, — сказал Адамо, будто мой мыслительный процесс был для него открытой книгой. Это было тревожно. — Четвёртым. Но Кей не будет доволен тем, как вы вдвоем протаранили его. Он подаст жалобу.

Я закатила глаза.

— Это незаконные уличные гонки. Если он не может вынести ожога, то должен прекратить играть с огнем.

Адамо усмехнулся и кивнул.

— Его жалоба, конечно же, останется без внимания.

— Потому что ты хочешь, чтобы я участвовала в финальном заезде, — сказала я, вызывающе улыбаясь.

— Потому что рискованные маневры повышают ставки. И у меня такое чувство, что ты совершишь еще более безрассудные шаги, как сегодня.

— Все дело в деньгах, да?

Я прислонилась к машине, выпуская клубы дыма. Я была знакома с бизнесом, которым занимались Адамо и его братья. Деньги и власть это все, что имело значение, но с Адамо создалось впечатление, что дело не только в этом.

— Призовой фонд за победу в главной гонке составляет 25 тысяч. Победа в сезоне 250 тысяч сверху. За исключением нескольких скоростных наркоманов с богатыми родителями, которые все равно никогда не выигрывают, каждый гонщик хочет получить этот приз. Но ты ведь здесь не для этого, Динара?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Учитывая, что он и я оба происходили из денег, его уничижительные слова казались лицемерными, но я поняла, что он имел в виду. Он посмотрел мне в глаза, пытаясь копнуть глубже. Интересно, что сказал ему Римо? Возможно, полуправду, как мой отец. Если бы он знал все, то не смотрел бы на меня так.

Я улыбнулась.

— Нет, дело не в деньгах. Это то, что нас связывает.

Дима двинулся к нам, выражение его лица стало жестче, когда он заметил Адамо рядом со мной.