Кэти Келли - Мужчины свои и чужие

– Мам! – возмутилась Эбби. – Ты же знаешь, я умею хранить тайны.

– Конечно, знаю.

Лиони не сомневалась: Эбби унесет ее тайну в могилу – не то что ее сестра, которая пообещает не говорить ни слова, но больше одного дня не продержится. Вообще-то Лиони не поощряла секретов между близнецами, но она знала, Эбби одобрит ее поход на свидание, а Мел нет. Капризной и взбал­мошной Мел хотелось быть в центре жизни матери, соперни­ки ей были не нужны – даже такие, как Боб.

– Я ужинала с одним мужчиной. Ханна устроила мне свидание с одним из ее знакомых, – придумала она. – Он очень милый, ей казалось, что мы поладим. Мы и полади­ли… – Лиони выдержала паузу, – но только как друзья. Даже договорились на следующей неделе сходить в кино. Но мы только друзья, ничего больше.

– Ты все еще любишь папу? Поэтому у тебя нет бой-френда? – внезапно спросила Эбби.

Лиони показалось, что она получила удар в живот.

– Ты в самом деле думаешь, что я люблю папу и расстро­ена из-за Флисс? – спросила она.

Эбби сжала губы, будто боясь произнести лишнее слово, и молча кивнула головой.

– Все совсем не так, маленькая, – вздохнула Лиони. – Я рада за папу, и я вовсе не влюблена в него как в мужчину. Я, конечно, его люблю… но как друга, как вашего отца, не больше. И я вовсе не огорчена тем, что он женится.

– А по виду кажется, что огорчена, – выпалила Эбби.

– Разве? Эбби кивнула.

– Я просто удивилась, вот и все, – сказала Лиони, пони­мая, что, очевидно, выглядела ужасно в день возвращения детей из Америки. А она-то думала, что сумела скрыть свое огорчение. – А когда вы были маленькие, я не хотела ни с кем встречаться, – торопливо добавила она и погладила Эбби по плечу.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива! – Лиони показалось, что Эбби вот-вот заплачет. – Папа счастлив, я хочу, чтобы и ты тоже… А тот мужчина, с которым ты сегодня встречалась, милый?

Впервые за все время разговора Лиони искренне улыбну­лась.

– Милый, но не Бред Питт.

Эбби хихикнула.

– Это хорошо, иначе Мел бы тебя убила.

– Он учитель, приятный человек, но я полагаю, что дальше похода в кино дело не пойдет. И все же приятно заво­дить новых друзей. Скучновато встречаться с людьми, кото­рых мы с вашим отцом знали двадцать лет назад.

– Папа сказал, что очень бы хотел, чтобы ты приехала на свадьбу.

Лиони удивилась:

– Очень мило с его стороны… Но мне не кажется, что это хорошая мысль.

Однако Эбби еще не закончила. Теперь, когда она уже за­говорила на эту тему, она намеревалась сказать все до конца.

– Мы с папой много говорили, когда Флисс ходила с Мел по магазинам. Он спрашивал, как ты, счастлива ли. Сказал, что он сам никогда не был так счастлив, как сейчас.

– Замечательно, – вяло отозвалась Лиони. – Разумеет­ся, я счастлива, Эбби. У меня есть вы трое. Мне для счастья мужчина не нужен, ты это знаешь. Вот бабушка живет одна и счастлива, верно?

– Бабушка другая. Ей никто не. нужен.

«И это правда», – подумала Лиони. Ее мать была из ред­кой породы одиночек, ей вполне хватало компании кошек и визитов к дочери пару раз в неделю на чашку чая. А затем назад, в свое убежище, Мать была женщиной самодостаточ­ной. Жаль, что она не унаследовала у нее это свойство.

– Я тут думала, что будет с тобой, когда мы с Мел и Дэнни разъедемся и ты останешься с Пенни/ – сказала Эбби. – Я знаю, тебе будет одиноко. Мне бы было тоскливо.

– Эбби… – Лиони поцеловала дочь в лоб. – До этого еще очень-очень далеко. Давай не будем даже думать о том времени, ладно? А теперь ложись, завтра рано в школу, хотя сестра твоя об этом, похоже, забыла.

Эбби отправилась напомнить Мел, что пора спать, а Лиони позвонила Ханне, которая очень извинялась, что ее угораздило позвонить, когда Лиони еще не было.

– Было уже одиннадцать, а ты встречалась в половине восьмого, вот я и решила, что ты давно дома. Надеюсь, все прошло хорошо? – добавила она.

– Ну… – заколебалась Лиони, – это зависит от того, что ты понимаешь под «прошло хорошо».

– Вот как?

– Ну, да. Во всяком случае, я бы не стала в ближайшее время ждать предложения выйти замуж, давай так скажем.

– Я и не считала, что твоя единственная цель – белое платье. Но, как я понимаю, Боб – не воплощение девичьих мечтаний?

– Разве что эта девица – психиатр, специализирующая­ся по душевным травмам, и ищет материал для своей доктор­ской.

– Шутишь?

– Увы. Он славный, милый человек, но он одержим сво­ей бывшей подружкой. На следующее свидание он наверняка принесет ее фотографию.

– Ты хочешь сказать, что будет второе свидание?

– Вроде того. Мы пойдем вместе в кино. Наверное, что-нибудь черно-белое и шведское. – Она пожала плечами. – По крайней мере, из дома выберусь.

– Может, стоит позвонить следующему по списку? Лиони покачала головой, не сразу сообразив, что она го­ворит по телефону, и Ханна не может ее видеть.

– Думаю, я со свиданиями вслепую на время завяжу, – сказала она. – Я уже сунула палец в воду и пока оцениваю температуру.

– Лиони, ты не должна сдаваться! – взмолилась Хан­на. – Подумай о других мужиках, которые ответили на объ­явление. Они могут оказаться замечательными! Вдруг один из них Прекрасный принц? – добавила она.

– Прекрасный принц подождет, – твердо сказала Лио­ни. – Мне еще надо пережить мое первое свидание с Бобом. И кто знает, – сказала она, хотя сама знала точно, что это не так, – вдруг он-то и окажется Прекрасным принцем. Может, ему нужно время.

– Лечиться ему надо, вот что! – безжалостно объявила Ханна. – Ладно, твоя взяла. Я пока буду молчать насчет сле­дующего свидания, но моему терпению может прийти конец.

Ханна вернулась в спальню и начала листать «Путеводи­тель по недвижимости». Ей его дал Дэвид Джеймс, и она с жадностью на него набросилась, стремясь узнать побольше о своей новой профессии. Но после разговора с Лиони она не могла сосредоточиться.

Все-таки Лиони – замечательная рассказчица. В ее устах даже самые глупые истории звучат смешно, особенно когда она безжалостно относится к самой себе. Ее рассказ о свида­нии с Бобом был классическим примером, и все же жаль, что ничего путного из этого не вышло. Лиони заслуживает слав­ного мужчину. Вроде Феликса.

Ханна уронила книгу и обхватила руками колени. Фе­ликс, Феликс, Феликс… Даже это имя возбуждало! Невероят­ный парень – харизматичный, талантливый. Слов не хвата­ет, чтобы описать все его достоинства.

И такой же амбициозный, как она. Это у них общая черта.

– Ты – моя вторая половинка, – пробормотал Феликс поздно ночью, когда они лежали в постели Ханны. – У нас много общего. Ты хочешь заполучить весь мир, и я тоже. Это опасно. – Он поиграл ее волосами, наматывая пряди на длинные, тонкие пальцы. – Но я одержим не только карье­рой, – добавил он. – Я от тебя без ума, ты это знаешь?