Больше, чем ничего - Екатерина Юдина

где-то за гранью реальности. Совершенно незнакомые мне. Непривычные, но горячие, острые, будоражащие настолько, что у меня все тело дрожало и я рвано дышала, до боли в пальцах сжимая покрывало и прогибаясь в спине.

Казалось, что я после такого никогда не опомнюсь. Что точно сойду с ума, особенно, когда Дар-Мортер, немного выходя, вновь толкнулся в меня, уже теперь начиная двигаться и это… это было невозможно описать. Что-то безумное. Острое настолько, что, казалось, я кричала, обнимала его, царапала смуглую кожу до крови и прогибалась в спине настолько, что все тело ныло. И, несмотря на то, что Этьен двигался медленно, мое тело все равно содрогалось и я слишком быстро подошла к грани, но тот оргазм, который я получала сейчас, был совершенно не таким, какими они были у меня раньше. Куда более глобальнее. До полного срыва сознания и кромешного лишения рассудка. Так, что тело полыхнуло и я забилась в сладкой, жгучей остроте.

И все это ударило по мне сокрушающими волнами, из-за чего следующие толчки Этьена ощущались ещё острее. Жгучее. А затем, я обмякла, чувствуя его особенно глубокие движения, после которых Дар-Мортер резко вынул из меня член и, ладонью делая несколько движений по нему, кончил мне на живот. Горячая жидкость, при соприкосновении с нежной кожей, обожгла ее. Но я больше не двигалась. Просто лежала, не моргая смотря в темноту.

Уже теперь ощущения были не менее странными и непривычными. Особенно, внизу живота, но, чтобы их осознать, нужны были силы и время. А я пока что просто была в каком-то вакууме.

— Как ты? — наклоняясь, Дар-Мортер убрал пряди моих волос и поцеловал в щеку, рядом с ухом. Но, после того, что только что было, прикосновение его губ, ошпарило меня.

— Нормально, но… мне нужно в ванную, — я резко поднялась и быстро вскочила с кровати. В темноте чуть не спотыкнулась и не упала, но, кое-как выровняв равновесие, покинула спальню.

Оказавшись в ванной, закрыла дверь на ключ и включила свет. Некоторое время стояла неподвижно. Глубоко дышала и пыталась осознать, что только что произошло. Не получалось.

Я поплелась в душевую кабинку и включила воду, замечая немного крови на внутренней стороне бедра. Но чувствовала я себя нормально. Даже хорошо. Никакой боли не было. Только душевно рвало на части.

Закрыв глаза, я подняла голову и подставила лицо под воду, заверяя себя в том, что все нормально. Да, это было не запланировано. И лучше бы этого вообще не было.

Но.… сожалеть я не буду.

Пока что мысли давались очень тяжело. От них вообще голова трещала, но, как бы там ни было, мой первый раз был с красивым, привлекательным парнем. Мне было хорошо и Этьен, хоть я этого и не ожидала от него, все равно был осторожен. Правда, для меня главным являлось другое. Но все эти мысли я оставила на потом. Иначе сейчас от них сознание взорвется. Позже куплю себе кофе, сяду в парке и захлебнусь своими размышлениями. Может, после этого успокоюсь. А пока что…

Спокойной меня уж точно нельзя было назвать, но все же я вышла из душевой кабинки, понимая, что пора возвращаться в номер. Наверное. Пока что остро не хотелось этого делать, но я взяла банный халат и, закутавшись в него, открыла дверь.

Поскольку я не выключила свет в ванной и не закрыла дверь, гостиная была им немного подсвечена. Поэтому, войдя в эту комнату, я сразу же увидела Этьена. Он расслабленно сидел в кресле. Курил.

Сейчас на Дар-Мортере были лишь штаны. Торс обнажен. Ступни босые, но, судя по всему, он тоже только что был в душе. Возможно, в номере есть ещё одна ванная. Во всяком случае, я видела две двери, которые не открывала.

— Болит? — спросил он, выдыхая дым и окидывая меня медленным взглядом. Тем, который физически ощущался на коже, как прикосновение. Я же отвела взгляд. Пока что было тяжело смотреть на Этьена. Смущающе. Даже стыдливо.

— Нет, все хорошо, — я отрицательно, качнула головой, краем глаза уловив то, что Этьен потушил сигарету и поднялся на ноги.

— Отлично, — это прозвучало слишком близко и, прежде чем я успела среагировать, Этьен перехватил меня за талию, приподнял и развернув, поставив коленями на мягкий подлокотник дивана. Я вскрикнула и чуть не упала. Этого не произошло лишь по той причине, что Дар-Мортер удержал меня, делая так, что я руками оперлась о сам диван и уже теперь получалось, что я стояла на четвереньках, попой к верху.

— Какого… что ты делаешь? — растерянно выдохнула, чувствуя то, что Этьен раздвинул мне ноги немного шире, встал между ними и задрал халат выше талии. После этого, судя по шороху, приспустил свои штаны и, приставив головку твердого возбужденного члена к моему лону, тут же толкнулся в меня.

Я вскрикнула. Громко. Вздрогнув всем телом и до боли в руках, ногтями царапнув обивку дивана, ведь это было ещё острее, чем в первый раз. И Этьен на этот раз вошел всего лишь за два толчка. Наполняя собой. Вновь доводя до безумия. Ладонями сжимая мою попу и в таком положении замирая.

— Все ещё такая узкая, — произнес он хрипло. Немного выходя, затем вновь толкаясь вглубь. Так, что я содрогнулась всем телом и простонала.

— Что ты делаешь?.. Мы же… только что… — тяжело дыша, я лбом прикоснулась к дивану. Правда, после этого моя поза стала ещё хуже.

— Охренеть, как ты выгибаешься, — одну руку переместив на мою талию, второй он все так же сжимал попу, уже теперь начиная двигаться. Становясь во мне ещё больше и сам по себе будто превращаясь в сталь. Во всяком случае это ощущалось в руках Этьена. В окаменевших пальцах. — Это приравнивается к первому разу. Я до сих пор не включил свет. Твои правила.

Я много чего хотела сказать, но не смогла, ведь внизу живота вновь до безумия обожгло и меня накрыло с головой. Уже теперь Этьен двигался иначе. В первый раз он делал это крайне медленно. Сейчас тверже. Создавалось ощущение, что даже входил намного глубже, хоть и ранее казалось, что больше просто некуда.

— Медленнее, — прошептала, кусая губы. Пытаясь сдерживать стоны, но не в силах остановиться, ещё сильнее прогибаясь в спине.

— Я беру тебя медленно и аккуратно, — от тяжелого, хриплого, глубокого голоса Этьена по телу скользнул озноб. — Сегодня.

Я разомкнула губы, но вновь ничего ответить не смогла. Потому, что вновь улетела. Стонала, царапала ногтями диван, а переходя через грань, задрожала всем телом, не понимая,