Больше, чем ничего - Екатерина Юдина

передумаю, — в сознании вновь вспыхнули мысли про мои шрамы. Но уже теперь они не казались мне критичными. Может, даже лучше, если бы Этьен их увидел. Точно сразу же передумает и оставит меня в покое. Но, мне казалось, что, если свет останется включенным и мы увидим друг друга, я точно умру от смущения.

Поэтому, сильно жмурясь, я ещё сильнее завозилась. Как кошка, которая стремилась поцарапать своего хозяина, который нес ее в ванную, чтобы искупать.

— И чего тебе так важен выключенный свет? — Этьен перехватил меня другой рукой. Судя по всему, все мои попытки вырваться для него были не больше, чем ничего не значащая возня.

— При свете… смущает… — я рывком попыталась перевернуться. Не получилось, но я кое-как ладонью уперлась в его торс, чувствуя, как бешено билось сердце.

— Ладно. Успокойся, — он выключил свет. — Первый раз — твои правила.

В комнате воцарилась темнота, но спокойствия я уже не ощущала.

Все так же придерживая, Этьен отнес меня к кровати и положил на нее. Достаточно мягко, чтобы мое сердце хотя бы не разорвалось от паники. Но, слыша шорох одежды, я поняла, что, кажется, Дар-Мортер снял футболку.

Матрас опять прогнулся и он навис надо мной. Ногой я ощутила ткань штанов Этьена. Значит, он пока что ещё оставался в них, но, протянув ко мне руки, поддел платье и потянул его вверх. Обнажая бедра и живот. Я тут же встрепенулась. Вздрогнула. Кажется, попыталась встать, но Дар-Мортер уложил меня обратно, затем наклонился и поцеловал в живот. Сразу же ещё раз. Касаясь губами очень мягко. Так, как от него вовсе не ожидаешь. И именно это заставило замереть и вновь поплыть. Хоть и нервозность пока что ещё никуда не делась.

— Я буду осторожным, — повторил Этьен, обводя пупок языком и им поднимаясь выше. Оставляя влажную, горячую дорожку и поднимая мое платье ещё выше. Уже теперь до груди. — Будет больно — скажешь.

Его слова не просто подкупали. Они немного успокаивали. Так, что я больше не пыталась вырываться и позволила снять с себя платье. Вообще чувствовала себя пьяной и это явно не из-за вина. Сам Этьен был хуже самого крепкого алкоголя.

— Приподнимись, — хрипло произнес он, беря меня за руку и помогая сесть. Заведя ладонь мне за спину, Дар-Мортер расщелкнул застежку лифчика. Снял лямки с моих плеч и, когда грудь обнажилась, он наклонился и поцеловал обе по очереди. Немного прикусывая соски и вместе с этим, дергая вниз колготки и трусики. А у меня не просто кружилась голова. Я чувствовала себя, словно в печке и тело пронзало разрядами тока.

Этьен надавил мне на плечо и, придерживая, уложил обратно на кровать, уже теперь окончательно раздевая и оставляя ещё один поцелуй чуть ниже груди. После этого он поднялся с кровати и я вновь услышала шорох его одежды. Секунды растворились в вечности и я, даже не понимая этого, до боли в пальцах сжала прохладное покрывало.

Матрас вновь прогнулся под весом его массивного тела и, когда Этьен раздвинул мне ноги, ложась на меня сверху, я поняла, что уже теперь мы вдвоем полностью обнажены. Жар его кожи не просто обжег. Он превратил в пепел. До судорожного дыхания и бликов перед глазами. Но, почувствовав то, что горячая головка его члена уперлась во внутреннюю сторону моего бедра, я вовсе вздрогнула и, кажется, дернулась.

— Не бойся, — Этьен губами коснулся моего лба и, ладонью сжав член, головкой провел по чувствительным складкам, а я не сдержавшись, простонала и прогнулась в спине. Все это было куда сильнее меня. До жжения. Разрядов тока и безжалостной лихорадки. Полного помутнения рассудка.

Но все-таки, было страшно. Очень. Во многом по той причине, что доверия к парням у меня не было. С Этьеном все было как-то совершенно иначе, но именно в это мгновение сознание вспыхнуло паникой и множеством жженых вопросов. Что?.. Если?.. Как?.. Не нужно…

Кажется, я задрожала. Меня даже затрясло и я судорожно задышала. Это приглушало ощущения, но лишь до того момента, пока Этьен не утянул меня ещё в один поцелуй. Долгий и глубокий. Вновь заставляя опьянеть им. Вырывая из той реальности, в которой я боялась близости и возвращая в ту, в которой я была подчиненная им.

— Дыши глубже, — произнес он мне в губы. Приставляя член к моему лону и, одной рукой удерживая за талию, сделал первое движение. Медленное и неглубокое. Кажется, вводя в меня лишь голову, но даже этого хватило, чтобы меня всю насквозь пронзило. Чтобы внизу живота начало жечь и я прогнулась в спине, беззвучно крича.

Дышать? Глубже? Да я вообще тут же забыла, как вообще это нужно делать. Жадно хватала воздух губами, но кислорода уже сейчас критически не хватало. И, единственное, что я ощущала, это мощное чувство распирания и наполненности. Оно будоражило. Сводило с ума и расплывалось по телу сладкой остротой.

Этьен сделал ещё движение, уже теперь входя немного глубже. Двигаясь медленно. Останавливаясь. Обнимая меня одной рукой, а второй опираясь о кровать. Будучи прижатой к его груди, я чувствовала то, как ненормально, бешено билось сердце Дар-Мортера, словно ещё немного и оно вовсе вырвется из груди. Я вообще не знала, что биение у человека может быть таким.

— Больно? — спросил он, вновь останавливаясь. И от голоса Этьена по коже рассыпались горячие мурашки.

— Нет, — я еле заметно качнула головой. Хоть и вообще не понимала, получилось ли у меня хоть что-то произнести. Меня тело не слушалось. Голос в том числе. Но больно все же было. Достаточно сильно, чтобы я сжалась всем телом, но все же эту боль целиком и полностью перекрывали другие ощущения. Горячие. Хуже целой бури из огня и пламени.

Наклоняясь, Этьен своими губами прикоснулся к моим дрожащим.

— Врешь. Да? — спросил он, опускаясь поцелуями к шее.

— Да. Мне больно, — созналась на выдохе.

— Потерпи немного, — целуя шею, Этьен сделал ещё одно движение внутрь меня, затем сразу следующее. Медленные. Осторожные. Каждый раз ненадолго замирая. Заставляя почувствовать каждый его миллиметр и от этого сойти с ума. Тут же сгореть и задохнуться, после чего очутиться где-то выше облаков, где меня раз за разом пронзало разрядами тока.

Ещё одно движение. Особенно глубокое и я ощутила то, что наши тела соприкоснулись. Этьен вошел полностью. А мне казалось, что это невозможно. Что он просто порвет меня собой. Да и до сих пор было такое чувство. Я ведь вообще понять не могла, как он целиком поместился во мне. Но ощущения были