В руках бесчувственного - Екатерина Антонова

мы только что предавались плотским утехам. Мужчина переводит взгляд с меня на устройство. Не бери! Умоляюще гляжу на сероглазого тирана. Кажется, что, если он ответит, между нами разорвется тонкая связь, только начавшая укрепляться после акта любви. Хотя допускаю, что это — часть коварного плана, чтобы я не сбежала. Но Волков вздыхает и отвечает. Не знаю почему, на глаза наворачиваются слезы. Слышу женский голос в трубке.

Ну конечно! Мужчина с улыбкой что-то отвечает на английском, затем тянется к портсигару. Ага, оприходовал меня, теперь можно поработать и поболтать с очередной любовницей. Обидно. До чертиков неприятно. Чтоб тебя, Волков! Со злостью, резкими движениями расправляю платье. Давлю слезы и гневно смотрю на мужчину. Затем срываюсь с места и бегу прочь. Никогда мне его не получить. Всегда будут всякие Регины, с жадностью забирающие часть внимания моего тирана. Не хочу!

— Юля! — голос мужчины звучит взволнованно, но я закрываю уши руками.

Бегу прочь из особняка в надежде затеряться в огромном саду. Перехожу на шаг, чувствуя, как вниз по бедрам стекает семя Волкова. Я так и не сказала ему, что нам пока нельзя заниматься любовью без защиты. Да какая любовь? Вышвыриваю из головы все мысли и слова Лёльки. Не светит мне. Бреду к загону Честера, как вдруг справа, почти рядом с забором слышу крики. Подхожу ближе.

— И что?! Сколько мне еще ждать?! — голос служанки Кати звучит очень обиженным.

— Пока не знаю, Кать. Но мы не можем пока…

— Ты всегда так говоришь! А потом катаешься с ним по миру, наверняка не соблюдая обет верности! — зло кричит девушка.

— Я никогда тебе не изменял, — Макс явно расстроен.

Что между ними произошло? Управляющая говорила, что они вместе, но я не думала, что все так серьезно. Мне становится безгранично жаль Катерину, ведь внутри меня тоже клокочет обида. Волков не пошел за мной, а значит, ему плевать, с кем спать. Небось уже договаривается о встрече со своей Региной.

— Я устала, Макс, — говорит служанка, — пока ты не решишь все с Волковым, не подходи ко мне.

— Катя…

— Не трогай! — кричит она, а я еще сильнее вжимаюсь в ближайший куст.

Спустя миг Макс вылетает из беседки и идет прочь, а внутри раздается громкий плач. Я выхожу и иду туда. Катя сидит и рыдает, вытирая слезы подолом своей формы. Сажусь рядом и молчу.

— Сочувствую, — говорю едва слышно.

— Ты все слышала? — девушка явно не рада мне.

— Угу. Волею случая…

Катя вздыхает.

— Все мужики козлы, — выдает, опуская плечи.

— Согласна, — вспоминаю поведение Волкова, и обида вновь сдавливает горло.

— У тебя-то что? — зло рычит служанка, — Волков — отличный мужик.

— Ага… с кучей скелетов в шкафу, — вздыхаю, — уж молчу про любовниц.

Мы вновь какое-то время молчим.

— Опять Регина? Стерва крашеная, — вдруг выпаливает Катерина.

— Ну Волкову она по душе, — мне так грустно, что хочется выть на луну.

— Да брось. Не нужна она ему.

— А что у вас с Максом? — перевожу тему, как окончательно не расклеилась.

— Отношения на работе строго запрещены. Но мы любим друг друга. По крайней мере, я так думаю…

— Он выглядел искренним, — говорю ей.

— Он всегда так. Щенячьими глазами смотрит, а воз и ныне там. Я замуж хочу, детей. Мне ведь уже за тридцать.

— Может я смогу помочь? Ведь если Волков разрешит, вы сможете пожениться?

— Я не хочу просить. Макс должен сам сделать этот шаг. Не хочет, не надо.

— Но…

— И ты не лезь. Не твое это дело.

Снаружи слышатся громкие шаги и внутрь беседки врывается Честер. Он почти напрыгивает на меня, пытаясь зализать до потери сознания. Как же он хороший! Обнимаю мохнатую морду, отдаваясь во власть мокрого языка. Катя поспешно вскакивает и семенит прочь. Что это с ней? Поднимаю взгляд и вижу серые глаза, направленные прямиком на меня.

— Эм… что вам нужно? — стараюсь говорить без эмоций, но выходит плохо.

— Это что было только что? — даже не скрывает сталь в голосе.

— Я не хочу мешать вам работать, — последнее слово произношу с нескрываемым сарказмом.

Волков подходит и садится рядом. И вновь его аромат окутывает меня, лишая самоконтроля. Хочу отодвинуться, но не могу даже пошевелиться.

— Ты ревнуешь. Это очень мило, Юля.

— Да что вы! — выпаливаю в гневе.

Честер плюхается на пол и непонимающе смотрит на нас.

— Да. Ты в гневе просто прекрасна.

— Заведите себе еще пару любовниц… — надуваюсь и скрещиваю руки на груди.

— Это была не любовница — вздыхает сероглазый тиран.

Стоп! Он сейчас оправдывается передо мной? Неужели ему не все равно? Почти сбежавшая надежда робко стучится обратно, а сердце скачет в груди, как сумасшедшее.

— Так как ты сдала все экзамены, пришло время отдыха, — говорит он, а в серых глазах проскакивает хитринка.

— Не понимаю…

— Сегодня вечером мы улетаем на две недели в отпуск. Надеюсь, у тебя есть загранпаспорт?

— Я никуда не поеду! — огрызаюсь.

— Поедешь, — жестко говорит мужчина, — иди собирай вещи. Вылет в пять. И в самолет надень платье, которое тебе привезут через пару часов.

С этими словами властный тиран встает и покидает беседку. А я остаюсь, хлопая ресницами в полном непонимании. Это что было? Но на душе поют птички, ведь ближайшие недели мы проведем только вдвоем. И вопреки обидам, я безумно этого хочу.

Глава 24

Влад.