В руках бесчувственного - Екатерина Антонова

Дорогой табак приятно согревает горло и позволяет отвлечься. Юле девятнадцать, а мне — тридцать пять. Я старею, а она лишь расцветает. Честно ли влюблять в себя столь нежное создание? Но пути назад нет. Просто не смогу отпустить и позволить какому-нибудь молокососу типа Левина разбить ее наивное сердечко. Беру телефон и созваниваюсь с пилотом, прошу ближе к ночи подготовить взлетную полосу, получить все разрешения и оформить заявки на взлет.

Ближе к шести приезжает курьер из магазина одежды. В его руках — обтянутый кожей небольшой женский чемоданчик тёмно-коричневого цвета. Вызываю к себе Макса. Сегодня он повезет нас в аэропорт. Но водитель выглядит подавленным, слушает вполуха и постоянно переспрашивает.

— Что случилось, Макс? — это на него не похоже.

— О чем вы босс? — делает вид, что все нормально.

— Не держи меня за дурака.

— Это личное, — мнется, но явно хочет все рассказать.

— Я могу помочь? — для меня ценен каждый сотрудник, а особенно такой преданный как Макс.

— Можете, — вдруг выдает он, — я хочу жениться.

— Я мешаю? — прищуриваюсь, доставая следующую сигарету.

— На Кате… — уже не так уверенно звучит его голос.

Понятно. Значит жалобы Инны на их интрижку были не беспочвенными. Не просто так я запрещаю служащим спать друг с другом. Но в этом случае все зашло очень далеко. Щенячьи глаза водителя веселят, ведь совершенно не планирую им мешать.

— Понял, — делаю вид, что думаю.

Напряжение в воздухе нарастает, я наслаждаюсь им, поскольку с каждой секундой глаза Макса выглядят все более потухшими.

— И ты настроен серьезно?

— Абсолютно. Надоело прятаться по углам, да и… — отводит взгляд, — она хочет детей. Вне брака это нехорошо.

— И ты хочешь? — прищуриваюсь.

— Да… — в глазах парня столько любви, что чуть не роняю сигарету.

— Хорошо. Женитесь.

— Правда? — он подскакивает на месте.

— Да. Только семейных сцен мне здесь не устраивайте. А Катя вообще в курсе, что ты собрался сделать столь важный шаг?

— Эээ… — Макс потупился.

— Ясно. Ладно, пока меня не будет, все выясняйте. С организацией свадьбы я помогу.

Не знаю почему, но сейчас мне хочется поддержать их. Еще месяц назад я бы уволил обоих, напоследок сделав так, чтобы они больше не нашли работу в этой стране. Но появление Юли явно смягчило мой характер. Хорошо это или нет, покажет время. А сейчас пора выдвигаться. Иду в спальню, собираю самое необходимое и переодеваюсь в хлопковые брюки и рубашку. Какое-то время пялюсь на себя в зеркало. В некогда тусклых глазах сейчас играет непонятный огонек. Блеск, который, как я думал. уже давно погас. К девяти часам спускаюсь в холл, и мы с Максом складываем вещи в багажник.

Вдруг сверху слышится грохот и непонятное сопение. Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Юлей. Она надела платье, которое для нее приготовила Инна по моей просьбе. Белое, из мягкого струящегося материала длиной чуть выше колен. Изящные плечики полностью открыты, а верхнюю часть поддерживают лишь тоненькие завязки. Тону в порочных фантазиях, как в самолете буду медленно их развязывать. От моего пристального взгляда ее сосочки мгновенно твердеют. От смущения малышки я вновь дико возбуждаюсь.

Ее чемодан уже давно в багажнике, в руках девочки лишь небольшая сумочка. Она явно чувствует себя неловко в таком наряде, но ей очень идет. Подаю руку и Юля вкладывает свои изящные пальчики в мою ладонь. Резко притягиваю девушку и впиваюсь в губки. Сладкая. Она сначала вырывается, затем покорно обвивает мою шею. Черт! Нужно срочно затащить ее куда-нибудь в укромное местечко. Неохотно отрываюсь, понимая, что все слуги пялятся. Бросаю невольный взгляд на Макса, затем на телефон. Нужно выезжать.

— Ты прекрасна, Юля, — выдыхаю ей на ушко и вижу, как по шелковистой коже бегут мурашки.

— Мне немного неуютно без белья, — шепчет еле слышно, превращая мою кровь в пылающую похоть, рвущуюся по венам.

— Мы едем на острова, девочка, — беру ее за руку, — там тебе не нужно будет белье.

Даю последние указания Инне по поводу дома, инструктирую Илью по вопросам безопасности. Он и Стас должны постоянно следить за Левиными. Все дела я передал помощникам, переслал данные Регине, которая, конечно же не ответила. Видимо, пора подбирать себе новую ассистентку. Усаживаю Юлю в машину на заднее сидение, докуриваю и присоединяюсь к ней. Осматриваю с ног до головы. Жмется к окну и делает вид, что ей очень интересен пейзаж. Макс заводит мотор, и мы трогаемся с места.

— Юля, — касаюсь пальцами ее бедра, и девушка вздрагивает, — ты опять боишься?

— Я не… с чего вы взяли?

Снова на «вы». Хмурюсь, вспоминая, как она выкрикивала мое имя этим утром. Мда, работы предстоит непочатый край.

— Сядь нормально, — мой голос звучит слишком холодно.

Вижу, как пленница вытягивается в струнку, и ее тело напрягается еще сильнее. Макс включает тихое радио, где играет медленная романтичная песня.

— Я не обижу тебя, — говорю тихо, — можешь не дрожать.

— Знаю… — почти шепчет девушка, затем делает пару вдохов и выдохов.

Я уже неоднократно видел, как Юля делает дыхательную гимнастику.

— У тебя панические атаки? — мне дико хочется ее коснуться, но держу себя в руках, чтобы не напугать еще сильнее.

— Не знаю, — девочка вяло улыбается, — просто я слабо помню себя в детстве. Это у меня оттуда.

— Ясно.

Дальше мы едем молча. Она сопит рядом, постоянно теребя подол платья. Значит, все-таки прошлое терзает дочь Орлова, пусть и не напрямую. Рано или поздно мне придется ей все рассказать. Не только то, что Левин погубил всю ее семью, но и поведать свою роль в этой трагедии.