Джоанна Троллоп - Разум и чувства

— Я знаю, дорогая. Это ужасно несправедливо. А он просто подлец. Мерзкая, отвратительная ситуация. Мне сказали, что эта Гальянос приказала доставить в Лондон свою машину. «Порше», с именными номерами. Наверняка за это придется выложить кругленькую сумму — бессмысленные траты!

Дверь отворилась. На пороге стоял доктор миссис Дженнингс, в своих субботних вельветовых брюках и поношенном пиджаке.

— Все в порядке, — с улыбкой произнес он. — Лучше не бывает. Пациентка сладко спит и дышит, как младенец. Завтра утром я загляну к вам ее проведать. Звоните мне в любое время, если возникнет необходимость.

Стоя на кухне и потихоньку наполняя чайник, чтобы не потревожить покой миссис Дженнингс, Элинор думала о том, до чего и ей хотелось бы сейчас сладко заснуть. Как здорово было бы в конце этого мучительного дня улечься в постель, не терзаясь ни яростью к Уиллзу, ни отчаянием за Марианну, и провалиться в сон, вместо того, чтобы вертеться с боку на бок и разрываться от злости и тревоги. Что будет, когда Марианна проснется? Что мне ей сказать? Как сообщить, что это ничтожество, этот подонок предал ее ради денег? И это в наше-то время! Мне никогда еще не хотелось кого-нибудь растерзать, но сейчас я с удовольствием растерзала бы его. И я хочу, чтобы в этот момент он страдал! Я хочу… Она почувствовала, как в кармане кардигана — старого, такого успокаивающе привычного отцовского кардигана — завибрировал мобильный телефон. Наверняка это Белл, из Бартона, до сих пор пребывающая в неведении относительно подлого поступка Уиллза; а это значит, что сейчас Элинор придется сообщить матери о том, что произошло, и не только сегодня — о том, что сталось со всеми мечтами Марианны и ее надеждами на будущее. Она вытащила телефон из кармана и посмотрела на дисплей. Звонил Билл Брэндон. Облегчение, которое она испытала в эту минуту, не поддавалось описанию. Элинор поспешно нажала на кнопку.

— Ох, Билл!.. — с благодарностью воскликнула она.

— С вами все в порядке? У вас такой голос…

— Все хорошо, у меня все хорошо. И у Марианны тоже — теперь. То есть, я хочу сказать, она в порядке. В порядке.

— Элинор, — сказал Билл, на этот раз встревоженно, — что произошло? Я решил позвонить, чтобы узнать, как прошла свадьба, но, похоже…

— Это не телефонный разговор.

— Почему? Что все-таки…

— Все уже в порядке, — перебила его Элинор. — Честное слово. С ней все хорошо. Она спит. Вот только…

— Что? — резко спросил он, охваченный тревогой. — Что?

Она сглотнула, пытаясь избавиться от кома, вставшего в горле.

— Вы не могли бы… не могли бы приехать?

— Когда? Прямо сейчас?

— Да.

— Но, дорогая, я сейчас в Делафорде. Хотя конечно, если это срочно…

— Нет-нет. Не настолько. Не надо ехать сейчас. Но, пожалуйста, поскорее, Билл. Я вас прошу! Я буду в Лондоне еще несколько дней.

— Я приеду завтра же. Но вы уверены, что с ней…

— Да, — сквозь слезы сказала Элинор. — Да. С ней все в порядке. Спасибо вам. Спасибо! Увидимся завтра.

3

— Вы не поверите, — воскликнула Шарлотта Палмер, — но все это уже на YouTube! Наверное, на свадьбе кто-то снимал на мобильный. Что за люди, честное слово!

Она стояла посреди гостиной в квартире матери, круглая, как колобок, с телефоном в руке.

— Я, конечно, не собиралась смотреть, правда-правда, хотя абсолютно все отправляли мне ссылку, но потом подумала, ну как же я буду защищать бедняжку Марианну, если не узнаю, что там произошло, так ведь?

Она бросила взгляд на Элинор.

— А ты уже видела?

— Нет, — ответила та. — И не собираюсь.

— На самом деле, ничего страшного, — попыталась утешить ее Шарлотта. — Я хочу сказать, Марианна выглядит просто красоткой, хоть и плачет, а лица Уиллза почти не видно…

Элинор зажала уши руками.

— Прошу, прекрати!

Пожав плечами, Шарлотта добавила:

— Конечно, в этой ситуации все на стороне Марианны. По-моему, всех уже тошнит от богатых иностранок вроде этой Агги, которые приезжают и покупают себе наших самых красивых мужчин.

— Шарлотта, дорогая, — сказала ее мать, не поднимая глаз от субботней газеты, — тебе не кажется, что с нас достаточно? Все это, конечно, очень интересно…

Шарлотта и ухом не повела; продолжая смотреть в экран мобильного телефона, она воскликнула задорно:

— Томми прямо-таки звезда, правда? Обожаю, когда он так вот мастерски все улаживает. По-моему, он всегда знает, что делать.

— Да, он был на высоте, — слабым голосом согласилась Элинор.

— Бог мой, — пробормотала Шарлотта, нажимая на кнопки, — да он сам от себя в восторге. Кстати, он сказал, что ты фантастическая. Ему вообще нравятся умные девушки, вот только жить с такой он бы не смог, ни минутки. Правда, мама?

— Да, — бросила миссис Дженнингс, по-прежнему не поднимая головы.

— Ты говорила, Билл должен приехать?

Эбигейл наконец оторвалась от газеты и выразительно посмотрела на Элинор.

— Насколько мне известно.

Шарлотта широко улыбнулась.

— Он такой лапочка! Кстати, раз Уиллз сошел с дистанции, у него появляется неплохой шанс!

— Марианна сейчас очень слаба, — сказала Элинор. — Сердце у нее разбито.

— В Делафорде так хорошо, — обращаясь к матери, прощебетала Шарлотта. — Конечно, там полно этих его сумасшедших, но Билл живет в отдельном доме, который будет просто великолепен, если его как следует отремонтировать. А уж пейзажи там прямо-таки дивные!

— Кроме того, — заметила миссис Дженнингс, снимая очки для чтения, — у него есть деньги, и он умеет ими распоряжаться. Из всех моих знакомых он единственный бывший военный, который знает, куда вкладывать деньги.

Она в упор поглядела на Элинор.

— Конечно, Билл, как полный дурак, увивается за твоей сестрой — таковы уж мужчины, — но при этом явно питает душевную склонность к тебе.

Элинор почувствовала, как против воли заливается румянцем.

— Со мной он просто добр, — с легким раздражением ответила она.

— Гораздо добрее, — сказала Эбигейл Дженнингс, — чем этот твой никчемный мальчишка Феррарс.

— Он не никчемный.

— Да что ты?

Элинор воскликнула — чуть более эмоционально, чем намеревалась:

— Может, он и слаб, но не жесток, как Уиллз! И он точно не такой эгоистичный и… продажный!

Шарлотта с матерью обменялись многозначительными взглядами.