Джоанна Троллоп - Разум и чувства

— Эта девчушка может напялить хоть мусорный мешок, — заявила миссис Дженнингс, любуясь Марианной, — и все равно затмит всех остальных на празднике. С ума сойти!

В такси по дороге в церковь Марианна молча смотрела в окно, сжимая, как обычно, в руке мобильный телефон. Они заехали на Кондуит-стрит захватить Мидлтонов, но, несмотря даже на присутствие Джонно в роскошном жилете Favourbrook с золотым шитьем и черном смокинге, Марианна осталась равнодушной и к торжественности ситуации, и к приятной компании.

Кивнув в ее сторону, Мэри Мидлтон многозначительно поглядела на Элинор. Та в ответ покачала головой. Не поворачиваясь, Марианна громко сказала:

— Я не больна. И не глухая.

Сэр Джон посмотрел на Элинор и подмигнул.

— Не девушка, а просто фейерверк, вам не кажется?

В церкви в Челси Марианна не дала себе труда хотя бы оглядеться по сторонам. Обеим сестрам Дэшвуд пришлось тесниться на одной скамье с Мидлтонами и Палмерами, в том числе Шарлоттой в гигантской шляпе, из-под которой ее почти не было видно; Элинор бросилось в глаза, что они с Марианной единственные из всех женщин явились с непокрытой головой. Священник показался ей напыщенным и старомодным, а вся церемония — гротескной; за ней последовала новая поездка в такси, через зимние сумерки, в Кавалерийский клуб, где толпа гостей увлекла их за собой по парадной лестнице на площадку второго этажа — там стоял впечатляющих размеров кубок, оказавшийся, как гласила надпись на латунной табличке, главным призом в соревнованиях охотников за кабанами — и дальше, в шумный зал, полный людей с бокалами шампанского в руках, которые обменивались поцелуями, старательно придерживая шляпы за поля.

— Господи боже, — в смятении охнула Элинор, обращаясь к сестре.

Тут из толпы перед ними вынырнул Томми Палмер.

— Вы тоже здесь? — крикнул он поверх голов других гостей.

Они молча уставились на него.

— Рад вас видеть! — прокричал Томми и приветственно поднял вверх руку с бокалом. — Думал, вы застряли у себя в Девоне!

— Нет, мы…

Он снова поднял бокал.

— Надо же… О! — вскрикнул он, исчезая в толпе.

Марианна посмотрела ему вслед. Потом перевела взгляд на шампанское, которое держала в руках.

— Может, нам стоит напиться? — безразличным тоном спросила она.

Через ее плечо Элинор поглядела вслед Томми Палмеру — в том месте, где он должен был находиться, на расстоянии не больше десяти шагов от них, стоял кто-то очень знакомый; кто-то, кого она не заметила в церкви; кто-то, обнимавший за плечи высокую эффектную девушку с крашеными светлыми волосами, уложенными в изысканную прическу. И как только она поняла, кто все-таки перед ней, Уиллз повернул голову и в упор посмотрел на нее, а потом на Марианну, и развернулся обратно, продолжая разговаривать с девушкой, которую обнимал.

Сердце чуть не выскочило у нее из груди; Элинор рывком повернулась к Марианне, молясь про себя, чтобы сестра не заметила его. И ей сразу стало ясно, что уже слишком поздно. Марианна, просияв от радости и облегчения, сунула свой бокал в руки сестре и бросилась вперед сквозь толпу, громко выкрикивая его имя, словно не ожидала никакой другой реакции, кроме такой же ответной радости.

Вот только Уиллз вовсе не был рад. Она добралась до него в считаные секунды, расталкивая локтями застывших в изумлении гостей, и, не обратив ни малейшего внимания на девушку, стоявшую бок о бок с ним, обхватила Уиллза обеими руками за шею, подняв к нему сияющее лицо, целиком и полностью уверенная, что и он счастлив ее видеть.

— Уиллз, — повторяла она, — о Уиллз, наконец-то, наконец-то, я знала, что мы найдем друг друга!

Он стоял, не шевелясь, с каменным лицом, и молча смотрел на Марианну. Белокурая спутница попыталась высвободиться из его объятий, но он снова притянул ее к себе. Потом едва заметно наклонился к Марианне и прошипел ей на ухо:

— Отпусти меня.

Все окружающие охнули — звук был такой громкий, что заглушил крики Марианны. Элинор, потрясенная, смотрела, как Марианна продолжает цепляться за Уиллза, еще крепче обвивая его шею руками, пытаясь что-то ему сказать. Мужчина, стоявший возле них, предупреждающим жестом положил руку ей на плечо, и Элинор, передав бокалы вовремя появившемуся рядом официанту, кинулась через толпу к сестре, торопясь вмешаться прежде, чем чужие люди оторвут ее силой.

Она схватила Марианну за руку и попыталась отцепить ее от Уиллза.

— Эм, пожалуйста!

— Слава богу, — хрипло воскликнул тот, задушенный ее объятиями. — Хоть один человек в здравом уме! Прошу, Элли, убери ее от меня.

— Марианна, — громко сказала Элинор прямо в ухо сестре, — отпусти его. Убери руки. Отпусти!

— Надо вызвать врача, — вмешалась блондинка. У нее был низкий голос с экзотическим акцентом. — Эта девушка не в себе. Она сумасшедшая.

— Ты не отвечал на мои звонки, — рыдала Марианна. — Не писал! Я много недель ничего, ничего не знала о тебе!

Элинор снова попыталась оторвать ее, теперь уже обеими руками.

— Сейчас же отпусти его!

— Прошу, — повторил Уиллз, — убери ее от меня.

— Пошлите за врачом, — настаивала блондинка. — Это безумие.

Внезапно рядом с ними вновь оказался Томми Палмер; обе руки у него были свободны. Он похлопал Элинор по плечу:

— Позвольте-ка мне.

— Но…

— Нет, — твердо сказал он. — Не надо. Предоставьте это мне.

Элинор отпустила сестру. Томми Палмер взял Марианну за руки и мягко, но непреклонно снял их с шеи Уиллза. Потом, по-прежнему удерживая запястья Марианны, развернул ее и повел через толпу из зала, на лестничную площадку, где были расставлены мягкие кресла. Элинор, испуганная и ошеломленная, последовала за ними.

— Ну вот, — сказал Томми, помогая Марианне сесть. Она всхлипывала и дрожала всем телом, растрепанные волосы рассыпались по плечам и лезли в лицо. — Я пойду принесу воды.

— Приведите его, — вскричала Марианна. — Приведите его ко мне, заставьте его прийти и объяснить, что происходит…

Элинор с признательностью посмотрела на Томми. Она присела в ближайшее к Марианне кресло и взяла сестру за руку.

— Мы не можем этого сделать, Эм. Не можем заставить его прийти.

— Почему он так со мной? Почему? Зачем он делал вид, что мы незнакомы?

— Не знаю, малышка. Мне известно не больше, чем тебе.

Марианна отвела ее руку и закрыла ладонями лицо, раскачиваясь взад-вперед. Дыхание ее стало прерывистым. Элинор склонилась к сестре:

— Эм, где твой ингалятор?