Плен моей души - Екатерина Котлярова

— Мне двадцать два, папуль. Я закончу университет. Я готова взять ответственность. Я хочу ребёнка от любимого парня. А Глеб… Он хочет, но мне кажется, что… Он не может отпустить Любу. Я не могу объяснить, пап… Но эта кроватка. Я ночью просыпаюсь, а он сидит возле неё. Он никак не может её отпустить.

— Доча, — положил руку мне на шею, вжался лбом в мой лоб, — всему своё время. Не торопись. Не зацикливайся. Всё придёт.

Поцеловал меня в лоб, пальцами стёр слёзы.

— Не плачь, Вита. Не плачь. Сердце рвёшь на части.

— Хорошо, папуль. Хорошо. Прости, я просто так обрадовалась, когда тест показал две полоски. А оказалось, что ошибка… Ты был бы чудесным дедушкой. Я люблю тебя, папуль. Люблю. Честно, люблю.

По лицу отца пробежала рябь эмоций. Он кивнул, потом поднялся с корточек.

— Схожу… Воды принесу.

Развернулся, направился прочь. Замер и не оборачиваясь бросил через плечо:

— И я.

За время, проведённое с ним, осознала, что мой папа не умеет выражать чувства. Он суровый, жёсткие, временами даже жестокий. Но не со мной. Не с моим любимым.

Вытерла слёзы со щёк, улыбнулась. Истерика сошла на нет. Плакать больше не хотелось. Да и то, что я не забеременела, больше не угнетало. Впереди у нас свадьба. Счастливая, в этом я даже не сомневаюсь, семейная жизнь. У нас родится чудесная девочка.

Я поднялась, чтобы пойти за папой, когда меня резко и больно схватили за руку. Я вскрикнула от испуга. И боли.

— Набегалась, маленькая с*чка?

Голос Саши напугал до чёрных мурашек перед глазами. Нет. Боже.

— ПАПА! — закричала во всю силу лёгких, выискивая взглядом любимого родителя.

— Закрой рот, тв*рь, — ладонь Саши зажала рот.

Перекрыла доступ к кислороду. Лишила возможности открыть рот и позвать на помощь.

Я царапала пальцами предплечья и запястья Саши, но это никак не помогало. Он тащил меня на выход. Будто назло никого не было рядом. Все врачи и весь персонал куда-то исчезли. Мои брыкания не спасали. Бывший муж потащил меня на выход из больницы, после чего закинул на заднее сиденье джипа.

— Пустите! — получив каплю свободы, заорала и стала пытаться выбраться на улицу.

Но телохранители Саши, со знакомыми и отвратительными рожами, просто сковали руки наручниками, связали ноги и заклеили рот. Я могла только мычать и тихо плакать.

Я знала, что папа сразу обнаружит мою пропажу. Знала, что мой отец не так прост, как пытается показаться. Знала, что у него много связей, слышала не раз случайно, краем уха разговоры.

Но я боялась Сашу. Дико сильно боялась. Он псих. Самый настоящий псих. Он убил свою бывшую жену. Что помешает ему убить меня?

Я жила с другим парнем. Развелась с ним.

— Нагулялась, тв*рь *бливая? Залетела от своего щенка?

Естественно я ничего не ответила. Рот был заклеен. И страх сковал по рукам и ногам. Я скашивала глаза, пыталась понять, куда мы едем. Но дорога мне была незнакома. Я чувствовала взгляд Саши на своём лице, но не смотрела в его сторону. Просто не хотела видеть одержимое лицо. Омерзительное. Ненавистное.

Машина остановилась у какого-то амбара. Меня выволокли из машины, затащили в грязное, вонючее помещение. Бросили на землю. Я попыталась отползти, но ничего не вышло. Руки и ноги онемели, совсем меня не слушались.

— Все вон, — рявкнул Саша.

Его охранники тут же исчезли.

— Теперь поговорим, сладкая. Почему я случайно узнаю, что мы развелись? Разве так делается? Я думал, ты наиграешься в самостоятельность и вернёшься. Залетела, тварь? От этого у*бка? Убью. Медленно буду убивать на твоих глазах. Пока последняя капля крови не покинет тело.

Я замычала и стала дёргаться. Я хотела во всю глотку заорать, как его ненавижу. Как хочу ему выцарапать глаза. Как хочу, чтобы он умер в муках.

— Что-то сказать мне хочешь? Да? Или отс*сать мне решила? Так давай. Использую твой рот по назначению. Вытр*хаю всю дурь из твоей тупоголовой башки. Мелкого убл*дка из тебя достанут.

Сорвал с моих губ скотч. Дёрнул со всей силы. Я вскрикнула от боли и зарыдала.

— Больно? Больно тебе тварь? Встала! — схватил за волосы, заставил встать на колени.

Дёрнул ширинку на штанах. Сдёрнул их вниз вместе с трусами.

Меня тут же вырвало на землю. От запаха, от вида. От всего. Омерзительный урод.

— Рот открыла, тв*рь, — надавил на щёки. — Больше со мной это не прокатит.

— Пошёл к чёрту. Пошёл ты к чёрту!

Щёку обожгла пощёчина. Я тут же завалилась на землю, больно ударившись лицом. Саша снова схватил меня за волосы, вздёрнул наверх. Показалось, что сейчас снимет скальпель.

Я в отчаянии зажмурилась. Мне было страшно. Безумно страшно. Я понимала, что меня уже ничто не спасёт. Мне оставалось только молиться, что произойдёт чудо.

Глава 27

Вита

— Ты думала, я не смогу тебя найти? Да?

Я молчала. Только жмурилась сильнее, мечтая потерять сознание и ничего не видеть и не слышать. Исчезнуть.

— Я не твоя собственность, Александр. Я не давала согласия на брак. Нас развели.

— Я заплатил за тебя бабки твоему отцу.

— Захар не мой отец. Он мне чужой человек. Как и ты. Отпусти меня. Тебя посадят.

— Я знаю. По документам Остапченко твой отец. И он продал тебя мне. Чтобы твоя мать смотрела, как я тебя растопчу.

— Что? — я распахнула глаза. — Моя мама умерла.

Александр криво ухмыльнулся и сжал пальцами подбородок.

— Это ты так думаешь, сладкая моя.

— Бред. Ты лжёшь.

— Отс*сёшь, отвезу к мамочке.

Я ничего не успела ответить.

С улицы послышались странные хлопки.

— Чёрт. Что там ещё? — яростно выплюнул Саша. — Буратино! Чёрт.

Мужчина выпустил мои волосы из железной хватки и двинулся на выход. Выйти не успел, дверь амбара распахнулась. В проёме показался Глеб. С ходу впечатал кулак в мерзкую рожу Саши. Мужчина не устоял на ногах, упал. Безумный и испуганный взгляд любимого нашёл меня. Охватил с ног до головы. Вернулся к Саше. Лицо моего мальчика стало пугающе отрешённым. Он стал лупить Сашу. С такой силой, что голова мужчины моталась безвольно из стороны в сторону.

— Прекращай мальчик, — папа тихой тенью скользнул в амбар. — Хватит.

Перехватил кулак моего Глеба. Сжал. Кому-то за спиной