Плен моей души - Екатерина Котлярова

Золушки. На её руке блестит кольцо. Но не так ярко, как глаза этой женщины, так сильно похожей с Виталиной.

Взгляд скользит на друзей. Снежинка и Поля широко улыбаются, не сводя лукавых взглядов с моего лица. Я не смог сдержаться и поделился с подругой радостной новостью. Разделил с ней своё счастье. Снежка навсегда останется особым человеком в моей жизни. Слишком многое она сделала для меня.

Игнат подошёл к подруге со спины и чуть повернул голову, разговаривая с Асом. А мне показалось, что я дед Рому вижу. Грустная улыбка тронула губы. Он бы точно был счастлив, если бы только узнал, что все мы пошли той дорогой, которую он нам старательно прокладывал.

— Ногу натёрла, — жалобно выдыхает Вита. — Пойду у мамы попрошу пластырь.

— Давай я.

— Не стоит, родной. Я справлюсь. Не знаешь, почему Саша такой грустный? — кидает взгляд на Санька, который стоит у стола со стаканом виски.

— Не говорит, — я дёрнул уголком губ.

— Пойди, поговори, — маленькие пальчики Золушки скользнули на щёку.

Я поймал их, поцеловал, прикусил и всосал в рот. Знал, какая реакцию последует. Глаза девочки распахнулись, зрачки расширились, с губ сорвался стон.

— Сегодня ночью я не дам тебе спать.

— Посмотрим, — рассмеялась лукаво, вывернулась из рук и пошла к родителям.

А я двинулся к Сане. Забрал из рук друга стакан, хлопнул по плечу.

— Рассказывай.

Саня посмотрел на меня. Выдрал из рук бокал и залпом допил. Я поморщился, но ничего не сказал. Если Саня пил, то явно что-то случилось.

— Дело в девушке? — по заигравшим на лице скулам понял, что попал в точку. — Не хочешь говорить? — отрицательное мотание головой. — Ладно. Не буду лезть. А с Димоном что? Поср*лись?

— Да пошёл он в задницу. Мудак! Из-за бабы все мозги выел. Больше радовало, когда он только пожрать любил.

Я хлопнул Саню по плечу.

— Завязывай пить в одиночестве, Сань. Проблемы алкоголь никак не решит. Только добавит их. Погнали, лучше подышим свежим воздухом.

— Нет, — Саня криво и натянуто улыбнулся. — Иди лучше к Виталине. Это твой праздник, Глебыч. А я унылой рожей свечу. Дед Рома был бы рад, — добавил. — Она хорошая. И любит тебя.

— Я знаю. Знаю, Сань.

— Я искренне рад за тебя, — сжал руку, приобнял, похлопал по плечу.

Оставив друга у стола, двинулся к своей жене. Жене! С ума сойти. Два месяца назад я бы поржал, если бы кто-то сказал, что я женюсь. Что я влюблюсь. С первого взгляда.

Подошёл к девчонке со спины, руками накрыл плоский животик, в котором уже росла маленькая жизнь. Отчего-то твёрдо был уверен, что Золушка забеременела в ту ночь, когда я избавился от призраков прошлого.

Склонил голову и шепнул на маленькое ушко:

— Ты теперь моя. Совсем моя, Золушка. С моим малышом в животе. С моей фамилией.

— Твоей я стала, когда ты меня проводил и поцеловал. Так нагло. Я самовольно отдала себя в плен тебе. Ты мой плен. Плен моей души.