Мириам Рафтери - По вине Аполлона

Это был первый этап моего плана. Второй заключался в том, чтобы на первой же станции сойти с поезда и другим поездом вернуться в Сан-Франциско. Я хотела спрятаться где-нибудь до вечера вторника, а затем пробраться в этот дом. Возможно, к тому времени я придумаю какой-то иной способ спасти Натаниэля и Викторию. Про себя я решила, что заставлю его не ходить на чердак, даже если для этого мне придется поговорить с Пруденс. Натаниэль однажды упомянул, что она верит в духов, может, мне удастся сыграть на ее предрассудках и убедить в том, что я могу безошибочно предсказывать будущее.

Однако в настоящий момент мне придется ограничиться заклиниванием двери на чердак. Я отвела Аполлона вниз и попросила миссис 0'Хару присмотреть за ним, объяснив, что не хочу, чтобы он мешал мне, пока я буду собираться. Вернувшись наверх, я бросилась в спальню Натаниэля, сжимая в руках ридикюль — так в то время называли дамские сумочки, предназначенные для всяких мелочей, — в который переложила содержимое своей сумки. Возможно, жвачка или шпильки пригодятся мне для того, чтобы заклинить замок.

Я принялась шарить на полках. Если бы я смогла найти ключ, я бы заперла чердак, а ключ взяла бы с собой. В противном случае придется все-таки придумывать, как заклинить дверь — нелегкая задача, учитывая, что уходить мне придется через крышу, а значит придется преодолеть как-то расстояние в три этажа, которое будет отделять меня от земли.

Сначала мне не везло. Я открыла маленький шкафчик и вытащила из него все ящики, роясь в их содержимом. Ключа не было. Осторожно поставив ящики на место, я пошарила рукой под пуховой периной, но его и там не было.

Дыхание у меня участилось и стало неровным. Должен же он где-то быть. Взгляд упал на подзорную трубу Натаниэля, стоявшую в углу рядом со шкафчиком. Я взяла ее и обнаружила в низу кожаного футляра связку ключей.

Схватив тяжелые ключи, я подбежала к двери на чердак и стала по очереди их пробовать. Время словно стало сжиматься. Должно быть уже перевалило за двенадцать. В час начнется брачная церемония, а в два деловой партнер Натаниэля заедет, чтобы увезти меня из дома.

Первые семь ключей не подошли. Но восьмой вошел в скважину гладко как по маслу. Я повернула ключ и услшала, как щелкнул замок. Я толкнула дверь, и она открылась. Слава Богу, я нашла ключ вовремя. Возможно, я еще успею осмотреть чердак и точно вспомнить, на каком месте я стояла, когда перенеслась назад во времени, и на каком должна буду стоять в следующую среду, если хочу вернуться в будущее.

— Должен же быть какой-то выход, — громко пробормотала я, заходя на чердак.

— Боюсь, для вас, мисс Джеймс, выхода нет, — произнес за моей спиной знакомый голос.

Я резко обернулась — это был Феннивик. Двумя шагами он преодолел разделявшее нас расстояние.

— О, да вы совсем не выглядите больной. Жаль, для вас же было бы лучше.

— Как вы сюда попали? — спросила я, чувствуя, что кровь бросилась мне в лицо.

Он подошел ко мне, я отступила назад в глубь чердака.

— Ну, это было нетрудно. Я забрался на дерево, а с дерева влез в окно комнаты, которую вам отвели. Не обнаружив вас там и услышав какой-то шум в комнате вашего кузена, я решил проверить.

— Что вам нужно? — я отступила от него еще дальше.

Он захлопнул за собой дверь и вынул нож. Я закричала. Он бросился ко мне в темноте. Я швырнула что-то ему под ноги и побежала к двери на крышу. Сердце стучало как сумасшедшее. Открыв дверь, я хотела было выбраться на крышу.

Он догнал меня и, схватив за руку, вывернул ее.

— Никто вас не услышит. Все слуги на первом этаже, готовятся к прибытию молодоженов. Я проверил. К тому же, если вы снова закричите, мне придется разделаться с вами самым неаккуратным способом.

Именно в этот момент мое внимание привлек металлический блеск на его пиджаке.

— Так это вы, — проговорила я в страхе, узнав пуговицы, — вы были в кукольном домике Виктории и шпионили за мной и Натаниэлем.

— Шпионить — такое некрасивое слово, — он впился ногтями мне в руку и подтолкнул ножом, побуждая идти наверх. — Я предпочитаю называть это иначе. Я заботился о своих капиталовложениях.

— Ваших капиталовложениях? — Надо заставить его говорить, подумала я. Если он раскроет мне свои планы, я смогу пойти к Натаниэлю и ему придется меня выслушать. Если, конечно, я выберусь отсюда живой. — Трамвайная компания, — вслух высказала я догадку. — В этом все дело, так? Вы работаете на Руфа. Это вы обыскали кабинет Натаниэля, пытаясь найти эти бумаги. — Не имело значения, что это были за бумаги. — Готова спорить, что и пожар на складе Натаниэля устроили вы.

— Неплохо, мисс Джеймс, — глаза его недобро блеснули. — Из вас бы получился первоклассный сыщик. Вот почему я не могу допустить, чтобы вы повсюду рассказывали эти сказки.

Если я смогу убедить его, что уже выложила все, что знала, возможно, он смирится со своей неудачей и позволит мне уйти.

— Я уже все рассказала Натаниэлю, — нагло солгала я, чувствуя, что краснею. — Сейчас он, наверное, уже уведомил полицию. С минуты на минуту они могут прийти и забрать вас в тюрьму.

Он покачал головой.

— Жаль, что вы совсем не умеете лгать, мисс Джеймс. Если бы вы не покраснели так, пытаясь скормить мне вашу выдумку, я, может, вам и поверил бы.

Страх клещами сдавил мне грудь. — Я могла бы никому ничего не говорить, за определенную плату разумеется. — Я знала, что он мне не поверит, если я не заговорю о деньгах. Пришло время играть по его правилам. — Я могла бы стать вашим осведомителем, ну, следить для вас за Натаниэлем и выяснить, где он прячет эти документы, которые, по вашим словам, вам нужны.

Он рассмеялся каким-то зловещим смехом, отчего я вся покрылась мурашками.

— Хорошая попытка.

— Яд. Это вы подсыпали мышьяк мне в чай, так ведь? Готова поспорить, что вы украли его у Пратвеллов на кухне и всыпали в пакет с чаем еще до того, как я ушла от них.

— Признаться, я пришел в недоумение, услышав сегодня утром, что вы заболели и остались дома. — Его голос раздражающе действовал мне на нервы. — Видимо, вы выпили не всю чашку. Какая жалость — для вас же было бы лучше, если бы было иначе.

— Негодяй!

— Ну, хватит разговоров, — он ткнул меня под ребра и заломил руку за спину так, что боль стала почти невыносимой. — Сейчас вы совершите небольшую прогулку — вон туда, к «вдовьей дорожке».

Он прикоснулся лезвием ножа, показавшимся мне холодным, как лед, к моей спине.

— Вы собираетесь сбросить меня с крыши, — сказала я. Осознание этого ударило меня с силой девятибалльного шторма. Я наугад высказала еще одно предположение. — А в среду утром вы планируете таким же способом убить Натаниэля до того, как они с Пруденс уедут в свадебное путешествие, — я едва не задохнулась от этой мысли.