Вари Макфарлейн - Любовь как сон

– Я серьезно. Звучит слишком по-итальянски, да? Все равно что сказать: «Я ослепла, потому что мне попали в глаз большим куском пиццы». Раньше посетителям позволяли подниматься на самый верх башни, и никаких перил не было. Эпоха безопасности, здорового образа жизни и принудительной страховки от несчастных случаев еще не началась. Я поднималась по ступенькам впереди отца. Когда мы уже почти достигли верха, я выбежала на один из балконов и чуть не вывалилась. Я спаслась только благодаря длинным волосам. Папа ухватился за них и втянул меня обратно. До сих пор помню, как я глянула в бездну и поняла, что сейчас упаду. Я знала, что погибну. Ну, насколько это может знать ребенок в шесть лет. В таком возрасте еще рано сталкиваться с представлением о собственной смертности. С тех пор я боюсь высоты. Как будто у меня вечный посттравматический стресс. Каждый раз вспоминаю…

– С ума сойти, как плохое воспоминание может напоминать о себе многие годы, правда? – сказал Джеймс. Это прозвучало так выразительно, что Анна подумала: «Он наверняка вспомнил, кто я такая», – но он тут же добавил: – Например, в фирме, где я раньше работал, мне пришлось попробовать жирорастворяющие таблетки. В итоге из тебя выходит нечто, похожее на козий сыр. После такого итальянские блюда никогда уже не станут прежними…

Анна рассмеялась. Снова воцарилось молчание.

– Кстати, как там твои свидания по Интернету? – спросил Джеймс.

– Как всегда.

– Может быть, тебе поменять фотографию в профиле?

– Великолепно. То есть я сама виновата?

– Нет! – широко улыбнувшись, ответил Джеймс. Анна подумала, что, видимо, женщины редко над ним подшучивали, и ему это явно нравилось. – Однозначно нет. Хотя, признаюсь, на секундочку я и правда так подумал. Слушай, почему бы вообще не изменить свой профиль? Я работаю в Интернете, занимаюсь копирайтингом. А еще часто слушаю, как Лоренс кого-нибудь разбирает по косточкам. Хочешь мнение стороннего лица?

– Прямо сейчас?

– Не думай о высоте, – сказал Джеймс, доставая телефон и делая гримасу, говорившую: «Ну же, подыграй мне».

– Ты хочешь меня смутить? – поинтересовалась Анна, чувствуя, как напрягаются мышцы живота – от высоты и от воспоминаний.

– Честное слово, нет. Ну же. Неужели тебя это смутит сильнее той чуши, которую я порол на открытии выставки?

Анна засмеялась и склонила голову набок.

– Ты прав…

Ей было неприятно думать, что Джеймс сейчас прочтет ее обращение к потенциальным партнерам. Но Анне действительно хотелось знать, о чем он думает. Да, он представлял собой воплощенное зло, но еще… Джеймс был умным и красивым. Да. Она не отказалась бы услышать его мнение.

Анна назвала свой логин на сайте и напряженно ждала, пока Джеймс, ворча, искал сеть.

– Та-ак, вот оно…

– Только не дразнись.

– Не буду. Если ты не пишешь там про «умение оценить лучшее в жизни» и все такое. Ага. Отличная фотография. Но… их только три?

– Да.

Анна смутилась, будучи вынуждена разъяснять ход своих мыслей.

– Не хочу, чтоб судили по внешности.

– Похвально. Но ты ищешь мужчину в реальном мире, а не в том, о котором мечтаешь. Закачай еще несколько фоток… «Люблю путешествовать». Универсальный вариант, подойдет каждому. Кто предпочитает сидеть дома, пишет «люблю выходные». – Анна хихикнула. – Я бы заменил на что-нибудь пооригинальнее. Хм… «Спортивная и активная». Правда? Хотя… нет! – Джеймс вскинул руку, как только Анна негодующе открыла рот. – Я имею в виду, что «спортивная и активная» обычно значит «адски скучная». Или «ходит пешком на работу». Я бы это вычеркнул, если только ты не профессиональная теннисистка. Люди и так видят, что ты не лопаешь пончики целыми днями, – в общем, больше их ничего не интересует. Поэтому я возвращаюсь к первоначальной идее: больше фотографий.

Анна подумала, какой странный выдался вечер. Она болтается между небом и землей с Джеймсом Фрейзером, который дает ей советы, как привлечь внимание мужчин. Новоявленный Сирано де Бержерак.

– Так. Ага. Тут написано, что ты безнадежный романтик?

Анна почувствовала, что краснеет, и порадовалась тусклому освещению.

– Ну да…

– Не надо. Мужчины думают: «Ага, значит, через месяц позвонит в слезах в три часа ночи».

– Это значит, что я хочу серьезных отношений. Я… ну, ты понимаешь… я не страдаю ерундой.

– Только не надо писать, что ты «устала от несерьезных отношений». Самое страшное, что можно услышать от женщины. Любой мужчина поймет, что рискует однажды проснуться и увидеть тебя с кухонным ножом в руках. «Я думала, что ты не такой, как другие, Джеймс. Ты ведь не хочешь умереть так же, как они, правда, Джеймс?..»

Анна рассмеялась и спросила:

– Ну, умник, и что же мне тогда написать?

– То, что отражает твою суть. Только не оправдывайся. Обязательно напиши «не люблю кошек». Очень оригинально.

– Тогда я одним движением руки вычеркну всех котовладельцев.

– Скажи честно, ты хоть раз встречала котовладельца, который тебе понравился бы?

– Кажется, нет, – ответила Анна, и оба улыбнулись.

– Более того, котовладельцы будут заинтригованы. И потом, неужели ты правда хочешь встречаться с мистером Любителем Кошек? Он наверняка будет слушать какую-нибудь фигню, есть чечевицу и страдать от эректильной дисфункции.

– Сомневаюсь. Вообще откуда ты знаешь? Ты хоть когда-нибудь знакомился по Интернету?

«Ну да, конечно».

– Нет, но когда шел на свидание, то всегда думал: а понравится ли место, куда я иду, человеку, который мне небезразличен? В Интернете то же самое. Чем более личной ты сделаешь свою страничку, тем скорее найдешь мужчину, который тебе подойдет. Представь себе, кого ты ищешь, и пиши только для него.

– Хм. Честно говоря, я понятия не имею, кого ищу.

– Ты давно одна? – спросил Джеймс, убирая мобильник в карман.

Отчего-то в этих странных обстоятельствах Анна решила рискнуть и сказать правду. Бесполезно было приукрашивать истину. Стимпанковая эротика – не для нее.

– С самого начала. Ну… не совсем, конечно. Лет семь.

– Ого!

– Спасибо.

– Нет, я имел в виду – ничего себе. Даже не верится.

Анна подумала: «Это просто вежливая банальность», – и пожала плечами.

– После университета я полтора года встречалась с одним парнем, Джозефом. Мы даже жили вместе. Он был довольно милый. А мой университетский бойфренд Марк отказывался меня целовать, пока мы не переспали. Еще он постоянно критиковал мою внешность. Ужас. Хорошо, что мне уже не девятнадцать лет и я не хватаюсь за первого попавшегося мужчину, по принципу «лучше хоть кто-то, чем никто».

В этот момент ей пришло в голову: нужно исследовать, каким образом высота влияет на падение внутренних барьеров.