Патти Берг - Невеста на ночь

Фиби уронила билеты на пол, прильнула к Грэму и с чувством поцеловала его – мужчину своей мечты.

– Звони сейчас же, Грэм!

Глава 20

Дункан не отходил от Дилана ни на шаг, не спускал с него глаз, сам вел его по узким туннелям, смеялся, болтал, проговаривал по буквам десятки новых слов. Вдвоем они ползли, протискивались в трещины, повисали в воздухе, разглядывая сталактиты и сталагмиты и прислушиваясь к завываниям ветра.

Кэйро молча и одиноко тащилась следом, только изредка улыбалась, когда Дилан вспоминал о ней, оглядывался или обращался с вопросом.

Она казалась потерянной, и Дункан чувствовал себя негодяем.

Черт возьми, как такое могло случиться? Они много лет пробыли друзьями, но после первой же брачной ночи стали врагами, а через пять лет доставили друг другу незабываемое наслаждение и уже через несколько часов разругались. В это было трудно поверить.

Но с другой стороны, Кэйро лишила его целых четырех лет отцовства, и Дункан считал, что ничем не обязан ей.

Почему же теперь ему казалось, что он потерял половину души?

– Тебе нравится здесь? – услышал он обращенный к Дилану вопрос Кэйро, пока они обходили частокол сталагмитов.

– Здесь здорово! Папа говорит, это место показал ему один бродяга. А ты знала, что где-то здесь есть золотой город?

Кэйро замерла на месте, Дункан обернулся и переглянулся с Диланом.

– Твой папа сам пока не знает, здесь ли золотой город. Насколько нам известно, это лишь легенда, так что не стоит рассчитывать на находку.

– А папа говорит, что надо верить в удачу.

Кэйро вздохнула и взъерошила Дилану волосы.

– Конечно, он прав.

Черт! Весь вчерашний и сегодняшний день Кэйро прилагала немыслимые усилия, чтобы возвысить Дункана в глазах сына. Она называла его героем. Рассказала Дилану об археологических экспедициях и приключениях Дункана – конечно, только о тех, о которых знала сама. Она поддерживала решения Дункана и шла на уступки, старалась держаться на заднем плане.

И все-таки Дилан не отходил от матери. Дункан хмурился, но все понимал: мальчик всю свою жизнь провел с Кэйро, а его, отца, знал всего два дня.

Справится ли он с Диланом, увезя его от обожаемой матери?

«Хватит ныть, Дунк! Повеселись на славу, покажи парню пещеру».

Слава Богу, даже сегодня Ангусу не изменило здравомыслие.

Поход в пещеру тревожил Кэйро, и Дункану почти все утро пришлось втолковывать ей, что бояться нечего. Потом они снова заспорили о Дилане и опеке, и замолчали, только когда проснулся Дилан.

Такой жизни Дункан не пожелал бы и врагу.

Он подхватил на руки сына и закружил в воздухе, поражаясь тому, как это приятно.

– А что дальше, папа?

– Знаешь, за свою жизнь я повидал немало чудес, но такого, как в следующей пещере, не видел даже во сне.

Дилан изумленно раскрыл глаза:

– Там даже лучше, чем здесь?

– Гораздо лучше.

– И ветер тоже воет?

Дункан кивнул.

– Но бояться нечего.

Дилан гордо выпятил грудку:

– Ветра я не боюсь. Возле нашего дома в Мендосино растет большое старое дерево, и когда по ночам дует ветер, ветки скребут по стене. Мне нравится, когда друзья ночуют у меня и ночью начинается ветер: они-то ведь не знают, что эти страшные звуки просто шорох веток.

– Объясни отцу подробнее, – посоветовала Кэйро с видом озабоченной матери, а вовсе не любимой женщины Дункана.

Любимой? Черта с два!

– Понимаешь, – начал Дилан, снова отвлекая Дункана от Кэйро, – однажды Томми остался у меня ночевать. Когда мама заснула, мы включили телевизор. Там шел «Полтергейст». Ты видел этот фильм?

Дункан кивнул: он уже предвидел, что услышит дальше.

– Я смотрел его однажды, когда был подростком. Это фильм не для детей.

– Знаю, меня потом наказали. Так вот, мы с Томми смотрели «Полтергейст», и он испугался, когда жуки полезли из куска мяса, а потом – когда по лицу одного человека потекла кровь. А когда фильм кончился, я взял из холодильника кетчуп, и мы вернулись в спальню. Тут подул ветер, ветки заскребли по стене дома. Томми испугался, а я рассказал ему, что однажды дерево разбило окно, схватило меня ветками, вытащило из дома и спрятало в стволе, так что маме пришлось звать колдунью, чтобы дерево отпустило меня. Томми совсем струсил, и пока он смотрел в окно на ветки, я облил лицо кетчупом и закричал. Со страху Томми напузырил в постель, и к нам примчались мама и тетя Фиби.

Дилан перевел дыхание.

– Больше Томми не приходит ко мне. Мама что-то сделала с телевизором – теперь по ночам он не работает. А мне пришлось целую неделю мыть посуду, и у меня забрали «Нинтендо». Ты бы тоже наказал меня, папа?

– Наверное, еще и отшлепал бы.

У Дилана расширились глаза.

– Ты побил бы меня?

Кэйро шагнула к сыну. Ее глаза были открыты так же широко, как у Дилана. Глядя на Дункана, она строго покачала головой: в ее доме о подобных наказаниях было запрещено даже упоминать.

– Нет, я бы только подумал, что тебя надо отшлепать, потому что так поступал мой папа, но в конце концов решил бы придумать другое наказание… – Он задумался, вспоминая, как его наказывала мать. Чем можно напугать не по возрасту умного ребенка? – Знаешь, Дилан, наверное, тебе пришлось бы целый месяц убирать в туалете.

Дилан сморщил нос:

– Фу!

– Чтобы впредь ты не вздумал так сильно пугать друзей.

– Но зато теперь ты знаешь, что я не боюсь ветра. И вообще ничего не боюсь – потому что знаю тхеквондо.

Несмотря на все старания сдержаться, Дункан расхохотался. Дилан тоже захихикал, и даже Кэйро с опухшими от ночных слез глазами заулыбалась.

Отсмеявшись, Дункан взял Дилана за руку и повел его по извилистому туннелю к пещере с разрисованными стенами. Дункану казалось, что он сам стал ребенком и теперь ведет друга к новым приключениям. Но вместе с тем он каждую минуту помнил об отцовских обязанностях.

Шагнув в туннель, он остановился и оглянулся. Кэйро собирала их вещи, запасные фонари и все снаряжение, оставленное на полу в большой пещере. В радостном возбуждении Дункан совсем забыл про аптечку первой помощи и прочее, что могло им понадобится в пещере.

Но Кэйро все помнила. Кэйро, которую он знал капризным и избалованным подростком, превратилась в предусмотрительную мать. Значит, ему придется еще многому учиться у Кэйро.

Может, предпринять еще одну попытку? Ради Дилана. И ради самих себя.

Держа Дилана за руку, Дункан вывел его из туннеля и взял из рук Кэйро два рюкзака.

– Извини, я увлекся и обо всем забыл, – признался он. – Хорошо, что ты оказалась умнее.

– Просто у меня больше родительского опыта. За четыре года можно привыкнуть ко всему.