Мейвис Чик - Любовник тетушки Маргарет

— Значит, вы можете, — изумленно-недоверчиво допытывалась Верити, — флиртовать с другой женщиной на глазах у любовницы, с которой не прожили и года?

Будучи мужчиной, а следовательно, специалистом в подобных вопросах, Колин принял надменно-непререкаемый вид.

— Мои романы никогда не длятся так долго.

— Может быть, именно поэтому? — колко заметила Маргарет.

Верити гнула свою линию:

— И вы способны забывать о таких важных вещах, как дни рождения, юбилеи?

— Юбилеи — это для женатых пар, — сказал Колин. — Ко мне это не имеет отношения. Дни рождения — да, это несколько иное. Особый случай.

У Маргарет сжалось сердце. Да, завтра им определенно это предстоит. Но где? Здесь? Там — что бы это там ни означало?.. Несколько рассеянно она спросила:

— Колин, а ты ожидаешь секса в качестве подарка на день рождения?

Он неуверенно усмехнулся:

— Ты имеешь в виду конкретно ближайший день рождения или вообще?

— Вообще.

Он задумался.

— Какой странный вопрос…

— Но ты ответь: ожидаешь? Еще немного подумав, он сказал:

— Теперь, когда ты спросила… думаю, что да, наверное, ожидаю. Если я в этот день с кем-нибудь встречаюсь, — здесь он позволил себе несколько развязный тон, — так обычно и бывает. А что?

Маргарет долила воды в чайник, спиной чувствуя выжидательные взгляды Верити и Колина.

— А если, — произнесла она, обращаясь скорее к чайнику, чем к собеседникам, — если это ваше первое… ну, пусть второе свидание?

— А какой смысл ходить вокруг да около? — Колин, казалось, искренне недоумевал. — Все эти допотопные ухаживания безнадежно устарели и отошли в прошлое, во всяком случае, должны отойти. Совместить то и другое невозможно. Либо тебе нужны вздохи-ахи — цветочки-василечки, а все остальное второстепенно, либо ты открыто заявляешь о своих намерениях и заставляешь считаться с тобой. Между прочим, это касается не только секса.

— Ты становишься высокопарным, — заметила Маргарет.

— Второе свидание, — повторил Колин. — Ах, вот оно что, все ясно. Значит, у Оксфорда день рождения… Ну конечно. Думаю, в этой ситуации я бы ждал праздника с особым удовольствием. В конце концов, ты открыто предложила себя в качестве объекта.

— Кто такой Оксфорд? — не выдержала Верити.

— Колин, неужели ты говоришь серьезно? — укоризненно спросила Маргарет.

Ему хватило благородства сделать смущенный вид, но лишь слегка смущенный.

— В некотором роде — да, — ответил он тоном, в котором явно слышался подвох.

— Маргарет, — потребовала Верити, — ты расскажешь наконец, в чем дело?

— Да нечего рассказывать.

— И все же. Это мужчина?

Маргарет кивнула.

Верити постаралась сделать вид, что рада за подругу, но выглядело это не слишком убедительно.

— Где вы познакомились?

Маргарет поняла: если она хочет остаться в добрых отношениях с соседкой и подругой, придется слегка приоткрыться. Увильнуть было не так уж трудно. По счастью, Верити не спросила, как они познакомились, — только где, а это гораздо проще. Она подошла к столу. Верити, неотступно, словно голодная кошка, следуя за ней, устроилась напротив. Колин, как мужчина, остался стоять, демонстрируя безграничное терпение.

— В Оксфорде, в пабе, — сообщила Маргарет.

— В пабе? В Оксфорде? — воскликнула Верити, так будто Маргарет призналась, что они познакомились в каком-нибудь злачном притоне. — Что, ради всего святого, ты делала в оксфордском пабе?

— С кем-нибудь встречалась? — услужливо «помог» Колин.

— Помолчи, — скомандовала ему Верити и снова повернулась к Маргарет: — Ну, так что?

Маргарет взглядом послала Колину серьезное предупреждение.

— В Оксфорде очень хороший музей, — напомнила она. Это была чистая правда.

— Если бы ты сказала, что собираешься на прогулку в Оксфорд, я бы с удовольствием составила тебе компанию, — мечтательно произнесла Верити.

Колин откровенно захохотал:

— Это мысль… И правда, почему ты не взяла с собой подругу? Пожадничала?

Верити благодарно взглянула на Колина.

— Что теперь говорить, — с сожалением вздохнула она и снова обратилась к Маргарет: — Итак, ты зашла в этот паб в Оксфорде, он там сидел и… что дальше?

— В сущности, это все. Мы поговорили, съели по сандвичу, а потом он пригласил меня сходить куда-нибудь по случаю его дня рождения.

— Когда?

— Завтра.

— И ты собираешься лечь с ним в постель? Вот так просто? — Верити была в ужасе. Она подперла руками подбородок и доверительно, тихим голосом, который, как она полагала, наилучшим образом подходил для увещеваний, сказала: — Ты должна быть очень осмотрительна. Ты ведь ничего о нем не знаешь…

— Черт возьми! — веселился Колин. — В самом деле. Тебе следовало попросить его прислать тебе свое резюме и фотографию. Смотри-ка, а мне и в голову не пришло…

— Колин, — не выдержала Маргарет, — у тебя что, дома нет? Не пошел бы ты туда? Прямо сейчас.

— Нет-нет, он прав, — возразила Верити. — В наше время действительно нужно быть очень осторожной. Надеюсь, вы встречаетесь в людном месте?

— Он заедет за мной сюда. Послушайте, может, хватит? Мне, как вам известно, уже почти сорок лет!

Маргарет вертела в руках чашку, думая о том, как славно было бы сказать Верити, чтобы та прекратила свой допрос с пристрастием. Ее подмывало выложить всю правду, но она знала, что реакция подруги будет бурной. Если Верити решила узнать, как Маргарет на самом деле познакомилась с Оксфордом — пусть он так и будет называться между ними, — то не отступит. А Маргарет и без нее хватало волнений, связанных с завтрашним днем, к чему ей еще выслушивать: «Как ты могла ничего не сказать своей лучшей подруге?!» и тому подобное. Карту «лучшей подруги» Верити разыгрывает всегда, когда ей плохо. Когда все в порядке, она ее из колоды не достает. Памятуя о картине Тинторетто, Маргарет не чувствовала себя обиженной — просто принимала это к сведению. Это позволяло ей оградить себя от возможного шантажа.

Она взглянула на часы. Половина восьмого. «Завтра в это же время он будет звонить в дверь, а может, — подумала она, — мы уже отъедем на несколько кварталов от дома». Хотелось бы вести себя более непринужденно, но она слишком разнервничалась, а гости ничуть не помогали успокоиться. Еще один дурацкий намек, еще одна пошлость, мысленно поклялась она, и Колин получит так, что несколько чаинок, попавших в ноздри, покажутся ему пустяком!

— Не могу поверить, что ты это сделала, — не унималась Верити. — Ты сообщила ему свой адрес и собираешься впустить в дом?!