Убит тобой - Татьяна Семакова

передает мне свой мобильный. А я лезу в интернет проверить догадку.

– Витязь-Профи, – говорю я вслух. – Я все поняла.

– Что ты поняла? – взволнованно переспрашивает Мирон. Притормаживает, перестраивается в правый ряд и вскоре тормозит у тротуара, включив аварийные сигналы.

– Все, – повторяю я немного заторможенно. – И почему официантка и парень из штаба политика живы, а остальные мертвы, и почему он так обрадовался, увидев Тихона живым. Сейчас…

– Вадим? – удивляется Мирон. – Вариант, конечно, но с таким же успехом и сидящий рядом с тобой боров может быть в деле.

– Подожди, – бормочу я.

Открываю ноутбук и выискиваю нужный момент на видео с камер отеля. Разворачиваю экран так, чтобы видели мужчины.

– Вот тут, когда бармен пропадает. В одну сторону он идет со стационарным телефоном, а обратно уже с пустыми руками. Теперь… – Я суетливо разворачиваю ноутбук к себе и комментирую: – А теперь включаем камеру у ресепшена. Наш администратор отвечает на звонок, потом что-то печатает в компьютере, явно под диктовку. И это – как раз то время, когда был забронирован номер на имя Кристины. Детектива в лобби уже нет, он уехал. Администратор кладет трубку, разговаривает с постояльцем, потом выходит… идет куда? Сейчас узнаем. – Я запускаю видео с камеры в ресторане, щелкаю пальцами и тыкаю указательным в экран. – А вот и он. С конвертом-кармашком под пластиковые карты в руке. Испаряется, появляется уже без него. И только после этого появляется уже носатый с Анной. И как мы сразу не заметили? – сокрушаюсь я и закрываю глаза.

– Наверное потому, что для этого нужно слепить воедино несколько моментов с разных камер. И искать что-то конкретное, – утешает меня Мирон.

– И этот его ЧОП, – продолжаю я, открыв глаза. – Его фирма обслуживает офис папика Кристины, я проверила в интернете, он генеральный директор. Не знаю, когда он подключился, с самого начала или после того, как детектив втянул его охранника, но это и не важно. Когда Тихон вдруг умер, он понял, что через Анну могут выйти на него. И тогда он станет главным подозреваемым, а не я.

– Поэтому он убил всех, кто мог указать на него, – заканчивает Мирон мою мысль. – И очень активно охотился на тебя. А еще, ты права, он был прямо-таки в восторге от того, что Тихон жив. Это ведь значило, что он может получить пароль от флешки.

– Давно бы уже нанял спеца, который вскрывает такие дела на раз-два, – говорит Дмитрий с сомнением. – Даже у Сабура такие есть, далеко ходить не надо.

– Но тогда либо Сабур узнает, – с ухмылкой спорит Мирон, – и с ним придется делиться. Или умник поймет, что в его руках золотая жила и продаст информацию раньше него. Свалит куда-нибудь в Тай и будет преспокойно работать удаленно. Риск гораздо выше, чем похитить и убить уже наполовину мертвого.

– Все это, конечно, здорово, – тяжело вздыхаю я, – но не говорит о том, где искать Тихона.

В машине наступает гнетущая тишина.

– Можно его жену закошмарить, – предлагает Дмитрий без охоты. – Такое себе, но лучше, чем ждать, когда он замучает Тихона до смерти и вернется за нами с оравой Сабуровских отморозков. Там такой контингент, что свои-чужие уже не котируется. И смерть Макса это подтверждает.

– Не прокатит, – задумчиво отвечает Мирон. – Они наверняка держат связь. Она предупредит его, он убьет Тихона и отправит за нами шайку, просто спасая свою шкуру.

– Тогда я не ебу, – разводит руками Дмитрий и на шумном выдохе сползает по сиденью, пока не упирается коленями.

– Он же умный мужчина, – рассуждаю я вслух. – Бизнес свой, хоть и скромный, задумка с кражей неплохая. Все бы прошло как по нотам. Убил бы меня, и никто бы уже не разобрался.

– К чему ты клонишь? – нетерпеливо уточняет Мирон, а я продолжаю бормотать, не обращая на него внимание:

– Значит, будет очень осторожным. А еще, место должно быть уединенным, без вероятности быть случайно замеченным или услышанным. Такое, с которым его никогда не свяжут. Но не лес или поле, нужны стены, за пределами которых наверняка будут дежурить несколько человек, в качестве подстраховки.

– Анфис, – пытается деликатно вклиниться Мирон в поток моего сознания, – ты все верно говоришь, я в целом согласен, но нам нужна конкретика.

– А еще, место должно быть не слишком далеко. Опасно везти пленника, мало ли чего на дорогах случается. – Мирон натянуто улыбается, а я вспоминаю разговор со старушкой. – Нам нужен самый гнилой район в городе, который стал таковым после закрытия производства. Что там вообще производили?

– Огнеупоры, – заторможено отвечает Мирон, таращась на меня во все глаза.

– А я там был, – говорит Дмитрий. – Местечко в самом деле подходящее. Хрен мы туда пролезем незамеченными. Если он оставил парней по периметру, а он оставил, мы даже не поймем, откуда стреляют. Нужен человек внутри, чтобы понимать расклад.

Я опускаю взгляд на свои руки и напрягаю пальцы, чтобы мужчины не увидели, как они задрожали. Сердце от волнения бахает в висках, а во рту пересыхает. Я окидываю взглядом улицу, нахожу сетевой продуктовый и аккуратно прикрываю сотовый Мирона своей сумочкой.

Отвратительный у меня план. Но другого нет и не предвидится.

Глава 18

– Пить хочется чудовищно, – бормочу на выдохе и показательно пытаюсь набрать во рту слюны. – Вон супермаркет, я быстро, – говорю обыденным тоном. Все-таки уметь владеть своим голосом – не самый бесполезный навык.

– Давай, только быстро, – отмахивается Мирон, погруженный в свои мысли.

Прежде чем выйти, я смотрю на Дмитрия. Он явно над чем-то размышляет, покусывая изнутри нижнюю губу, а когда чувствует мой взгляд и поворачивает голову, я быстро выхожу из машины и тороплюсь в магазин. Подхожу сразу к охраннику.

– Простите, – лопочу я встревоженно и бросаю взгляд сквозь стекло дверей на улицу, – помогите мне, пожалуйста.

– С чем? – настораживается охранник.

– За мной на улице привязались два каких-то… дегенерата, – нахожусь я. – Остановились у аллеи и ждут, когда я выйду. – Охранник разворачивается, чтобы посмотреть на аллею и, разумеется, никого не видит. – Да на лавке там, за акацией, –