Безумный мафиози - Мила Финелли

— Хорошо. Напишите мне по электронной почте как обычно.

Мы повесили трубку, и я вернулся к своему ноутбуку, оставив Вито томиться в своем неодобрении. Наконец мой брат сказал:

— Ты все еще отрицаешь, что одержим ею, брат?

Я пролистала свой список непрочитанных писем.

— Чем больше у меня будет информации о ней, тем больше я смогу использовать против нее.

— Блядство!

— Следи за своим тоном со мной. И когда я захочу узнать вое мнение о моей заключенной, я спрошу его. В противном случае, держи рот на замке и позволь мне разобраться с этим.

— Просто пообещай думать своей головой, а не своим членом, пожалуйста.

На данный момент я не был уверен, что это возможно, поэтому промолчал.

Глава шестнадцать

Джиа

Ситуация моего заключения улучшалась, пусть даже совсем чуть-чуть.

Теперь у меня был друг на яхте. Сегодня Массимо снова вернулся с обедом и вином, и я обнаружила, что у нас много общего. С ним было весело, и, что еще лучше, он совсем не был похож на своего старшего брата.

Массимо принес мне карандаши и бумагу, с помощью которых я вчера вечером и сегодня утром делала наброски. Он также показал мне, где в спальне Энцо спрятан телевизор и где найти коллекцию DVD-дисков.

Но самое главное, Энцо не вернулся после того эпического минета, который я ему сделала. Вероятно, он все еще был в шоке и пытался убедить себя, что не хочет повторения. Но он вернется, готовый получить еще больше моих специальных навыков.

По крайней мере, я была уверена, что он не вернулся. У меня было смутное воспоминание о теплом теле позади меня посреди ночи, которое крепко обнимало меня, мягко дышало на мои волосы. Пустая сторона кровати была холодной сегодня утром, когда я окончательно проснулась, я не могла быть уверена.

После обеда я и Массимо расслабились в горячей воде. Если бы не моя цепь на лодыжке, я могла бы притвориться, что я не в плену. Он показывал мне смешные видео из социальных сетей, потом пошло кулинарное видео.

— Подожди, — сказала я, схватив его за запястье. — Я хочу посмотреть, что они готовят.

— Это спагетти карбонара, как их готовят в Риме.

— Есть разные способы его приготовления?

— Истинный классический способ — с панчеттой. Американцы пытаются схитрить, используя бекон.

— Американцы, — насмешливо сказала я, заставив его рассмеяться. — Что они знают о еде?

— Вот именно. Я приготовлю это как-нибудь для тебя.

— Ты умеешь готовить?

Он наклонил голову, как будто смутился.

— Это несложно.

В этой истории было что-то еще. И количество кулинарных видео, которые мы пропустили в его ленте, вдруг обрело смысл.

— Подожди, ты ведь умеешь готовить, правда? Ты интересуешься едой.

— Мне нравится готовить. Это дает мне возможность чем-то заняться. Но как только мы вернемся на землю, я займу свое место настоящего Д'Агостино. Убийца и головорез, помогающий управлять 'ндриной.

— Почему ты не можешь сделать это сейчас?

— Им не нужна моя помощь. Они обращаются со мной, как с глупым ребенком.

Особенно Энцо.

Я не хотела защищать своего похитителя, но мне показалось, что мафиози немного недооценивает меня.

— Ты говорил с ним об этом?

Массимо фыркнул.

— Как ты думаешь, он разумен в своем нынешнем состоянии?

— Очевидно, что сейчас он хочет держать тебя в тайне и безопасности, но ты не всегда будешь торчать на яхте…

— Прекрасно проводите время?

Мы оба вздрогнули при звуке яростного глубокого голоса возле двери.

Массимо молчал, но я встретил темный взгляд Энцо своим собственным.

— Да, так что не стесняйся уйти, пока ты его не испортил.

— Не думаю, что это я буду уходить, micina — котенок.

Массимо встал и тут же вышел из джакузи.

— Mi dispiace, fratello — Мне жаль, брат.

Энцо поднял руку и шагнул вперед.

— Я разберусь с тобой позже. Иди найди Вито.

Молча, Массимо схватил полотенце и обернул его вокруг талии. Он удалился, и я услышал, как закрылась дверь, но мое внимание все еще было приковано к разъяренному мафиози, стоящему у джакузи.

— Я не знаю, почему ты злишься. Я все еще в кандалах.

Его пальцы начали расстегивать рубашку.

— Я не знал, что тебе скучно, Джианна.

— Я в плену на яхте какого-то психа, и мне нечего делать. Конечно, мне чертовски скучно.

Его рубашка упала на пол, и я постаралась не смотреть на всю эту оливковую кожу, выставленную напоказ.

— Так ты не делала затяжку-другую, пока вы с моим братом тусовались?

Неужели он думал, что мы с Массимо занимались здесь этим? Я добавила в свой голос большую дозу ехидства.

— Для кокаина еще рановато, и это вряд ли ночной клуб, но я бы не отказалась от небольшой дозы кокаина. У тебя есть?

— Мне доставят завтра, — ответил он, расстегивая джинсы.

До меня только что дошло, что он раздевается.

— Что, интересно, ты делаешь?

— Моего питомца нужно развлекать, видимо. — Он спустил джинсы по толстым бедрам, и у меня чуть глаза на лоб не полезли.

— Ты всегда ходишь без трусов?

Вместо ответа он забрался в джакузи и сел.

— Иди сюда, micina — котенок.

— Мне хорошо там, где я есть.

— Иди сюда сейчас же, или я привяжу тебя к кровати и буду драть тебя до слез.

— Почему?

— Потому что я собираюсь наказать тебя, и если мне придется просить еще раз, я привяжу тебя к кровати и буду бить ремнем по заднице.

— Ты не посмеешь.

Его улыбка была очень коварной.

— Никогда не сомневайся в моих словах, Джиа. Я всегда говорю то, что имею в виду. Иди сюда, блядь. Сейчас же.

Мое сердце бешено колотилось, когда я подплывала ближе. Я никогда не знала, что он собирается сделать… и это возбуждало меня как ничто другое. Я оказалась рядом с ним, тело гудело от возможности. Я положила руки ему на плечи, но он схватил меня за запястья и завел мои руки за спину.

— Забирайся на меня сверху, лицом ко мне.

Он держал мои запястья одной рукой, в то время как его другая ладонь легла на мое бедро, помогая мне устроиться на его коленях. Это положение выгнуло мое тело дугой вперед и выпятило мои сиськи. Мои соски проступали сквозь верх купальника, и он обхватил губами один из них и сильно пососал.

Я хныкала и чувствовала, как его член утолщается, удлиняясь в воде. Между нами бурлила темная энергия, которая питалась нашим гневом и похотью.

Он поскреб зубами мой покрытый тканью сосок, затем отпустил