Сьюзен МакКлайн - Рухнувшие небеса

Буду надеяться, что в скором времени смогу вернуть прежние отношения между нами. Не хочу терять такого хорошего друга.

Я кинула поднос на барную стойку и взглянула на озадаченного Райана, который наверняка опять слышал, о чем мы говорили с Брэндоном. Он кивнул туда, куда зашел мой отчаявшийся воздыхатель.

– Дело плохо. Думаешь, он будет убиваться?

Я затаила дыхание.

– Надеюсь, что нет.

Райан оставил в покое бокал и положил руки на стойку.

– Он правда тебе не нравится?

Я пожала плечами и закрыла глаза. У меня не было желания воспроизводить это вслух.

– Да, – произнесла с трудом. – Я не хотела его обижать.

Райан кивнул, когда я распахнула веки. Он не казался расстроенным за друга, что радовало меня.

– Знаю, – кинул блондин, перегнувшись через стойку. – И кстати, мистер Джерд искал тебя. Он был зол, как пес.

Я положила ладонь на лоб.

Проблема не приходит одна.

– О, черт. Мне стоит волноваться насчет своих чаевых?

Райан ухмыльнулся.

– Брэндон сказал ему, что у тебя вновь течка и ты сегодня опоздаешь. Ах, да, и чаевые Джерд не будет у тебя отбирать, Брэндон заверил, что они тебе жизненно-необходимы, чтобы запастись прокладками.

Какая-либо жалость к Брэндону мигом улетучилась. Не мог он придумать что-то более не позорное в оправдание тому, что я опоздала? Мне как-то было совсем не весело, когда Райан громко смеялся и пихнул мне в карман несколько долларов.

– Я так думаю, тебе они нужнее, Скай. Хоть это были мои последние деньги, – издевался он; его грудь дергалась от приступа смеха.

Я изобразила театральный хохот, вытаскивая из кармана доллары и кидая их ему в лицо. Райан поймал их с глупой улыбкой на лице.

– Лучше купи на них себе подгузники. От обильного смеха, знаешь ли, я боюсь, что у тебя начнется неконтролируемое мочеиспускание, – съязвила я.

Под конец смены я была как на иголках. Все, что говорили мне, пролетало мимо ушей. Я была полностью погружена в свои мысли насчет того, что же сегодня мне покажет Габриель. Я не знала, стоит ли бояться этого или нет, поэтому разнося последние заказы, казалась очень загруженной. Пару раз я разбила тарелки и пролила на какого-то бедолагу в белой рубашке кофе без молока. Даже когда на меня кричали, говорили, что мои руки берут начало из задницы, я молчала и в большей степени игнорировала реальность, пока… пока не раздался визг шин, вырвавший меня из омута мыслей. Я затаила дыхание, повернув голову к окну и увидев внедорожник Габриеля. Его обладатель, сидевший за рулем в солнцезащитных очках, который по непонятным причинам надел их в вечернее время суток, ослепительно улыбнулся мне и кивнул на соседнее сидение. Я ненавидела эту улыбку больше всего на свете.

Закатив глаза, я быстро переоделась и, подметив, что ребят нет поблизости, пулей вылетела из кафе, оглядываясь. Со вчерашнего дня я превратилась в параноика и стала бояться наступление темноты больше, чем Фрэдди Крюгера – давнего моего страха, появившегося еще в детстве. Обнаружив, что где-нибудь в радиусе десяти футов не трется какой-нибудь уродливый демон и не видно ни горбатых теней, ни странных звуков, я лихорадочно выдохнула и отворила дверцу автомобиля. Габриель стянул с лица очки, кинул их на приборную панель и наблюдал, как я, застегивая ремень безопасности, теряясь в догадках, куда он собрался меня вести.

Неожиданно его руки легли на мои, и только сейчас я поняла, что зарывшись в своих мыслях, не могла спокойно застигнуть ремень безопасности, постоянно попадая мимо застежки. Я подняла взгляд на Габриеля, который осторожно положил мои ладони на колени, затем раздался щелчок. Я посмотрела вниз – ремень был застегнут. От усердных тщетных попыток это сделать самостоятельно мои ладошки покрылись испариной.

– Спасибо, – проговорила я, вытирая руки о ткань джинсов.

Габриель выгнул бровь. Ответа не последовала. Мы миновали проезжую часть через пару секунд. Темно-синие краски вперемешку с оранжевыми ложились на город. Разглядывая пейзаж за окном и на всякий случай запоминая дорогу, я вспомнила об отце. Сегодня, скорее всего, он не должен оставаться на работе. Я быстро написала ему сообщение, что задержусь у Карен и приду немного позже (если вообще приду). Я не могла не врать ему и признаться, что еду в неизвестном направлении с парнем, который является падшим ангелом и одно из его любимых развлечений – приставать к девушкам.

– Если ты везешь меня в лес или еще что, то… – я не знала, какую угрозу кинуть ему, поэтому запнулась. С моей стороны бы это прозвучало глупо. И угрожать Габриелю, который является сверхъестественным созданием, способным избавиться от демона за пару минут, просто верх рискованности.

– То что? – его лазурные глаза взглянули на меня.

Я вздохнула.

– Забудь. В любом случае я громко кричу.

Уголки его пухлых губ вздрогнули и полетели вверх.

– Ну… это еще надо проверить, – произнес Габриель таким сексуальным тоном, что я невольно поняла – нужно было бы выразиться как-нибудь по-другому или вообще держать рот на замке.

Мое лицо предательски вспыхнуло, когда я хотела игнорировать смысл его слов, который поняла пару секунд назад. Габриель, наверное, не заметил из-за плохого освещения, что я покраснела, так как не слышался дикий смех, обычно заставляющий чувствовать себя более неловко в его присутствии.

Всю дорогу мы молчали. По крайней мере, я это делала не по тому, что не знала, о чем говорить, а по тому, что боялась ляпнуть лишнее вновь. Когда машина остановилась, я была нескончаема рада, хоть и внизу моего живота гуляло неприятное предчувствие. Наконец-то, можно было покинуть приделы того, где поселилось ощутимое напряжение.

Я схватилась за ручку, пытаясь разглядеть за окном хоть что-нибудь. Тьма. Здесь не видно было уличных фонарей или проезжавших мимо машин с включенными фарами. Мы что, не в городе?

Я запаниковала, резко глянув в сторону Габриеля.

– Куда ты меня привез? – истерично выдавила я. Мое сердце подскочило к горлу.

Габриель улыбнулся не самой своей очаровательной улыбкой – скорее, она была похожа на маньяческую.

– Туда, где нам не помешают, – спокойно выдал он, выходя из внедорожника и разминая ноги.

Я не могла понять: то ли его слова несли крытый смысл, то ли мой больной до ужаса мозг автоматически относил их в ряд очередных озабоченных ответов Габриеля. Я напряглась и вжалась в сидение, решив не вылезать отсюда, пока он ничего не объяснит.

– Где мы? – мой голос приобрел нотку дрожи. – Скажи, а ни то останусь тут.

Габриель закатил глаза и хлопнул дверцей. Он так быстро оказался возле моего окна, что я подпрыгнула на месте, выронив даже самой себе неизвестное ругательство. Резкий рывок руки – и моя дверца отворилась. Я чуть ли не вывалилась наружу, но успела сохранить равновесие, вцепившись пальцами в сидение.