Сьюзен МакКлайн - Рухнувшие небеса

– Ты не понимаешь…, – начал парень.

Я стиснула от злости зубы, наполняя легкие колючим воздухом и собираясь задать еще один вопрос, но тут мой взгляд метнулся к окну, откуда на пол падал мягкий свет, и я передумала продолжать разговор с Габриелем. Сейчас же… утро? Или обед? Черт. Сколько времени?

Я кинулась в гостиную. Судя по упавшему стулу, Габриель побежал за мной. Его могучая рука остановила меня, вцепившись в плечо.

– Эй, ты что собралась вытворять? Учти, я спрятал все вазы с…

– … сколько сейчас времени?! – перебила я его и схватила с кресла вещи, принесенные Габриелем. – Мне нужно на работу! Черт! Похоже, я проспала! – Не дав ему ничего сказать, я влетела в ванную и захлопнула перед его носом дверь. – Почему не разбудил меня? Ты ведь наверняка знал, где я работаю! – Я услышала мягкий смех Габриеля по ту сторону. Весело ему, значит. Ох, а как мне будет весело, когда зайдя в кафе, встречу своих разъяренных друзей, которые наверняка не могли мне дозвониться. Скинув с себя одежду, оставившую на теле приятный мужской запах, я принялась надевать джинсы. Времени на душ у меня было.

– Ребята меня убьют! – простонала я, подбегая к зеркалу и разглаживая мятую футболку. На голове был такой хаос, что можно было подумать, будто я никогда не пользовалась расческой. – А мистер Джердж…

Я представила озлобленное лицо начальника и эти его страшные глаза, каждый раз смотря в которые у меня возникает желание посетить уборную. Он ненавидит опоздунов. И если замечает, что кто-либо из персонала не пришел вовремя, обрушивает на него всю свою ярость и оставляет без чаевых. В таких случаях, Райану и Брэндону крайне не везет – мало того, что чаевые у них отбирает грязнуля-Генри в качестве мести или моральной компенсации, так еще и мистер Джердж не оставляет свой карман пустым, когда ребята опаздывают на работу. Н-да. Иногда мне кажется, что наш начальник просто любит забирать у нас деньги – лишает чаевых даже за маленькую провинность.

– Сейчас только полдвенадцатого, – голос Габриеля врезался в мой мозг, и я поняла, что конкретно влипла. Должна быть в кафе как минимум несколько часов назад. Плакали мои чаевые…

Я скрутила волосы и завязала их на затылке. Плеснув на лицо воды, выбежала из ванной, чуть ли не сбив с ног Габриеля.

– Я подвезу тебя, – произнес парень, беря со столика ключи от машины.

Я замерла на месте, глядя на него.

Этого еще не хватало. Что подумают мои друзья, увидев нас с ним вместе?

– Нет, спасибо, – протороторила я и пихнула телефон с кучей пропущенных звонков в задний карман джинсов.

Габриель склонил голову вбок, отчего прядь его темно-ореховых волос упала на лоб, и смотрел на меня.

– Это не обсуждается, Скайлер Грейс, – произнес он ровным и низким голосом, заставив мою уверенность, с помощью которой я могла бы отказаться от этого, пошатнуться.

– Почему? – вопросила я, подходя к нему.

– На то имеются множество причин, – как всегда «доступно» объяснил Эйнсфорд. – Пошли, – он направился к двери, закатывая рукава темной рубашки.

Я вздохнула, понимая, что не в силах ему перечить. Убрав за ухо локон, упавший на лицо, я засеменила за ним, когда обулась. Ладно. На этот раз он победил.

Внедорожник Габриеля с визгом остановился около двери кафе. Я так поняла, его обладатель сделал это специально для привлечения всеобщего внимания. Я просто была уверенна, что ребята сейчас пялятся в окна с разинутыми ртами, разглядев нас в машине. Мои глаза прищурились от стыда, а жар пронесся вверх от позвоночника и охватил шею, которая мгновенно покрылась красными пятнами. Габриель посмотрел на меня с бесящей улыбкой на лице.

– Приехали, – оповестил он.

– Я как бы в курсе, – буркнула я, толкая дверцу.

– Скай, – позвал он, когда я оказалась на улице, сгорая от поднявшейся температуры своего тела; Габриель словно пробовал мое имя на вкус – он так… красиво его произнес, что мое сердце сделало в груди сумасшедший кувырок.

– Что? – не оборачивалась я, держась за дверную ручку.

– Сегодня я заеду за тобой после работы. Хочу показать тебе кое-что.

Мой больной мозг идентифицировали его слова как намек на что-то пошлое. Я покраснела, разглядывая асфальт под ногами.

– Что именно?

– Узнаешь.

Определенно это что-то непристойное. Или же сверхъестественное. Или сверхъестественно-непристойное. Черт. Раньше в моей голове было, точнее, вообще не было неприличных мыслей, а сейчас… в ней только они и обитают. Похоже, этим я заразилась от Габриеля.

– Ты не забыл, что у меня еще имеются вопросы к тебе?

– Нет. Если хочешь, отвечу на них сегодня, – предложил парень.

– Хочу.

Я искоса посмотрела на него – он внимательно и беспрепятственно изучал каждый изгиб моего тела, даже не стесняясь того факта, что я заметила его за этим делом. Я хлопнула дверцей, лишив его возможности нагло рассматривать меня.

Идея провести с ним время вновь не казалась мне забавной. Ничуточку. Я знала, что теперь никогда не отделаюсь от Габриеля, так как он типа… мой телохранитель и тот, кто знает ответы на большинство моих вопросов, которые не успела задать ему. Один факт, что этого падшего ангелочка отныне мне придется видеть регулярно (в чем я не сомневаюсь) – убивал наповал.

От этих мыслей я тихо захныкала, стремительно отдаляясь от внедорожника и поднимая взгляд на здание перед собой. Что и следовало ожидать, мои глаза наткнулись на прилипшие к большому окну лица друзей. Райан глядел на меня, то на Габриеля с разинутым до пола ртом, упираясь лбом в стекло, а Брэндон – с печалью и неудержимой злостью. Я сглотнула. Похоже, эту ситуацию я не смогу им объяснить. Никак.

– Эй, – окликнул меня Габриель, я повернулась в тот момент, когда наклонил голову, чтобы лучше видеть меня и, похоже, еще кого-то, – когда решишь забрать свои вещи, заскочи ко мне.

Мои щеки обдало яростью и жаром. Он имел в виду, чтобы я забрала те шмотки, в которых щеголяла вчера. Вот же кретин! Сказал это специально, ведь видел, что мои друзья смотрят на нас и все слышат. Ребята наверняка не то поняли. Вот же…

Я готова была провалиться под землю от обрушившегося на меня стыда, заставившего щеки зардеть интенсивнее. Райан медленно моргнул, а Брэндон, кинув на меня такой взгляд, что я почувствовала себя полной тварью, скрылся из виду. Мне ничего не оставалось делать, как приближаться к входу, опустив голову и проклиная Габриеля, его чертов характер и само его существование.

Внедорожник с оглушительным звуком помчался по дороге, а его водитель подмигнул мне, когда я обернулась, собираясь выдать неприличный жест или что-то вроде того. Но, конечно, по двум причинам я этого не сделала. Первое – тело не слушалось моих команд, второе – Габриель достаточно быстро уехал, прежде чем я смогла бы ему показать цвет своего лака с помощью среднего пальца.