Кэтрин Беллами - Игры профессионалов

Эйс окинул ее оценивающим взглядом. Хороша! Миленькое личико, раскрасневшееся от страсти, темные глаза с поволокой, алые пухлые губки, шикарное тело, раскинувшееся в бесстыдном ожидании мужской ласки. Он внезапно осознал, что ему будет недоставать ее, и не только как сексуальной партнерши, но и женщины, в обществе которой ему легко и свободно. Черт, а ведь он мог бы и жениться на ней! Эйс тотчас же высказал Мелиссе эту мысль вслух, но она расхохоталась в ответ. Глаза его потемнели и сузились: не слишком ли много позволяет себе эта смазливая англичанка!

Он проглотил обиду и продолжил свои неторопливые изощренные терзания, исподволь доводя ее до исступления, и, как только почувствовал, что она близка к кульминации, внезапно отстранился и спрыгнул с постели.

— Эйс! — Дрожа от перевозбуждения, Мелисса вскочила на колени. — Как это все понимать?

— Ты хочешь, чтобы я довел дело до конца? — осклабился он.

—Да!

— Тогда скажи, что ты любишь меня и хочешь за меня замуж!

Поколебавшись, Мелисса скрестила за спиной пальцы и громко заявила:

— Я люблю тебя и хочу за тебя замуж! Ну а теперь иди ко мне и удовлетвори меня!

Эйс рассмеялся, довольный, что вынудил ее сдаться, и вернулся к ней в постель. Повалив ее на спину, он резко согнул ей ноги в коленях так, что они коснулись ее плеч, и с размаху вошел в ее лоно, пронзив, казалось, ее насквозь. Мелисса закричала, ослепленная оргазмом, спустя несколько мгновений содрогнулась вновь и почти сразу же опять задохнулась от исступления, когда сладкие судороги возобновились…

— Ты садист! — пожаловалась она, когда все было кончено.

— Но тебе ведь самой понравилось, — уверенно ответил он. Мелисса была не в силах спорить. Ее отсутствующий взгляд упал на часы, и она вскочила, как ужаленная, с кровати.

— Ты считаешь, нам обязательно нужно появиться на этой прощальной вечеринке? — спросила она, лихорадочно одеваясь.

— Не обязательно, но желательно, — вяло отозвался Эйс. — Тем более что организовал ее Джек. Ты же не хочешь, чтобы он что-то заподозрил, не увидев нас среди гостей?

— Этого только не хватало! — испуганно пробормотала она. — Но ради Бога, не говори и не делай ничего лишнего! — Мелисса чмокнула его на прощание в щеку и убежала.

Эйс облегченно вздохнул. Он подошел к полке, на которой стояла видеокамера, замаскированная цветком в горшке, и извлек из нее кассету. Потом помылся под душем и побаловал себя сигаретой — по случаю завершения чемпионата. Надев вечерний костюм, он отправился в бар, где увидел Мелиссу сидящей между Хэлом и Кэти: в синем платье свободного покроя она выглядела весьма скромной девушкой и потупилась, заметив Эйса.

— Тебе что заказать? — спросил у нее он, когда настал его черед угощать всех присутствующих.

— Апельсиновый сок, пожалуйста, — ответила она, не поднимая глаз.

— Со льдом? — невинным голосом уточнил он.

Мелисса поперхнулась со смеху и покраснела.

— Что такое? — постучал ее между лопаток Эйс. — Кубик льда попал не туда, куда следует? Какая досада!

Мелисса взяла себя в руки и постаралась больше не думать об Эйсе. Ее мысли сосредоточились на облюбованном доме — его владельцы недавно уведомили, что готовы разделить участок и продать большую часть соседям, оставив Мелиссе всего несколько акров; это ее вполне устраивало. Вилла называлась, по странному стечению обстоятельств, «Розарием», и это окончательно убедило Мелиссу в правильности ее выбора. Она решила никому не рассказывать о своем новом гнездышке, пока не подготовит его к приему гостей, даже Джеку.

— Ты какая-то тихая сегодня, — с тревогой заметила Кэти. — Не заболела, случайно?

— Немного устала, — улыбнулась Мелисса.

— Тогда давай уйдем, — предложила Кэти, покосившись на Джека, — тот упорно не желал обращать на нее внимание.

— Да, пожалуй, — согласилась Мелисса. Она подошла к брату, чтобы поцеловать его в щеку и пожелать ему спокойной ночи.

— Пока, Джек! Поговорим в другой раз. Ох, чуть было не забыла спросить: кто твоя новая подружка, о которой все в последнее время говорят? Почему я ничего о ней не знаю?

— Еще рано что-либо обсуждать, — смутился Джек. — А кто тебе об этом сказал?

— Услышала краем уха в раздевалке на стадионе, — ушла от правдивого ответа Мелисса.

— Ты собираешь в раздевалке сплетни? — изумился Джек.

— Нет, я их распространяю!

— Верю, — усмехнулся брат. — И потому не стану раскрывать тебе свои секреты. Пока!

— Почему ты так рано покидаешь нас, дорогая? — спросил Эйс, взяв ее за руку. — Должен отметить, что в этом году ты выступила здесь просто потрясающе! — добавил он многозначительно. — Победить в полуфинале одиночного разряда и в финале обоих парных — отличное достижение! Уверен, что в следующий раз ты покажешь еще лучшие результаты! Желаю успеха!

Мелисса зарделась при этих словах, и Эйс ухмыльнулся, довольный, что никто, кроме них двоих, не догадывается о тайном смысле его напутствия.

ГЛАВА 12

После выхода Мелиссы в полуфинал Мельбурнского турнира ее рейтинг вновь повысился — и значительно: она вошла в первую шестерку сильнейших теннисисток. Но досадное недомогание после гриппа ухудшило ее спортивную форму, и к началу сезона игр на грунтовых европейских кортах она соскользнула в квалификационной таблице на несколько пунктов.

— Я не могу играть на таких площадках! — посетовала Мелисса во время тренировки. — В моем возрасте такая ситуация вряд ли поправима: ведь мне уже двадцать один год. Что же делать?

— Не вешай носа, — вздохнула Кэти. — Ты все преувеличиваешь, как обычно. Просто будь более собранной, не торопись. У всех бывают неудачные периоды.

— Она все еще не вошла в прежнюю форму после болезни, — заметил Хэл. — Думаю, ей следует временно прекратить выступать в парных соревнованиях и все силы отдать одиночным матчам.

— Хорошо, так и поступим, — согласилась Кэти.

Однако особых улучшений не произошло ни в Риме, ни в Гамбурге, ни в Берлине. Более того, Мелисса все чаще и чаще проигрывала значительно более слабым соперницам. Приближался Открытый чемпионат Франции, а ей так и не удалось приспособиться к «медленным» кортам. Лишь чудом она попала в число «избранных» участниц под номером шестнадцать.

— Мне кажется, ей нужно ненадолго прервать тренировки, — сказал Хэл, когда они прилетели в Париж. — Она перенапряжена, и короткий отдых пойдет ей на пользу. Пусть лучше побродит по городу.

— А мне вдруг пришло в голову, что сейчас самое время оставить большой теннис! — заявила Мелисса, явно ерничая.

— Прекрасная мысль! — в тон ей воскликнула Кэти. — Это лучше, чем продолжать позорно сползать в рейтинге все ниже и ниже. Тут уж никакие прежние достижения не спасут.