Кэтрин Беллами - Игры профессионалов

— Похотливый самец! — горько усмехнулся Ник, поймав себя на неуместных в данной ситуации мыслях.

Между тем спортивные журналисты засыпали Мелиссу вопросами о Джеке:

— Как он себя чувствует?

— Это правда, что у него сотрясение мозга?

— Грозит ли ему паралич?

— Вы будете играть сегодня?

Мелисса не отвечала, пытаясь отвернуться от объективов и пробиться к автомобилю. Внезапно на помощь ей пришел высокий и сильный брюнет, растолкавший нахальных репортеров.

— Молодец, парень! — похвалил его Ник. — Может, хочешь устроиться ко мне в агентство на работу?

Однако в следующую секунду незнакомец обернулся лицом к телекамере, и Ник узнал в нем Эйса Делани. С короткой аккуратной стрижкой он стал похож на нормального человека. Впрочем, Эйс остался верен своим привычкам: сверкнув глазами, он грубо отпихнул еще одного журналиста и громко обругал нецензурными словами другого. Воспользовавшись всеобщим замешательством, Мелисса и Кэти нырнули в машину, которая тотчас же сорвалась с места. Репортеры накинулись на Хэла.

— Как чувствует себя Лайза? — спросил кто-то из них.

— Спасибо, что вспомнили о ней, — криво усмехнулся Хэл. — У нее легкое сотрясение мозга, множественные ушибы и порезы. Возможно, вечером врачи отпустят ее домой.

— А куда уехала Мелисса Фаррелл? Она будет играть сегодня?

— Ей нужно отдохнуть, она всю ночь не сомкнула глаз! — сердито ответил Хэл. — Простите, но мне нужно срочно позвонить родителям…

Измученные событиями минувшей ночи, Мелисса и Кэти угрюмо молчали, занятые невеселыми мыслями. Перед глазами Мелиссы стояло бледное лицо брата, неподвижно лежащего на кровати среди приборов в больничной палате. В ноздрях засел специфический запах антисептиков и лекарств, в горле першило, и она опустила стекло, впуская в салон свежий воздух. Придя в себя, она оглянулась по сторонам и с недоумением спросила у шофера, куда он их везет.

— В Уимблдон, — ответила за водителя Кэти. — Тебе нужно поспать перед матчем.

— Нет! — поморщилась Мелисса. — Мы сейчас поедем в Беллвуд, надо забрать кое-какие мамины вещи. Играть я не собираюсь.

— Вещи привезет Эйс, — тяжело вздохнула Кэти. — Я разговаривала с твоими родителями, Мелисса, и мы пришли к единому мнению, что ты обязательно должна выйти сегодня на корт.

— Они, как и ты, совсем свихнулись! — вспылила Мелисса. — Я же сказала, что играть не стану. И не надо убеждать меня, что Джек хотел бы, чтобы я участвовала в турнире!

— Он наверняка поддержал бы меня, — заметила Кэти. — Но сейчас дело не в этом… — Она насупила брови, подбирая подходящие слова. — Возможно, я действительно помешалась на теннисе или же глуповата с рождения, только мне кажется почему-то, что, если ты победишь, Джек непременно одолеет смерть.

Взглянув на лицо Кэти, Мелисса задумалась: похоже, наставница говорит от чистого сердца. Но ведь не исключено, что все это — очередная тренерская уловка. Как же ей быть?

— Я чертовски устала, — уклончиво сказала Мелисса.

— Ты успеешь немного отдохнуть перед матчем. Прошу тебя, сделай так, как я говорю! — не унималась Кэти. — У меня с собой мобильный телефон, Дэниел обещал позвонить, если поступят какие-то известия от врачей. Машина будет ждать тебя у стадиона, в любую минуту ты сможешь прервать встречу и поехать в больницу к Джеку.

— Хорошо, я согласна…

Журналисты не сумели установить адрес их временного пристанища в Уимблдоне, и ей удалось спокойно полежать. Но сон упорно не шел. Отдохнув, Мелисса спустилась вниз, выпила стакан молока и уселась перед телевизором. Комментатор, ведущий репортаж со стадиона, рассказывал о несчастье, случившемся с Джеком и Лайзой. Упомянул он и о решении Мелиссы выйти в два часа дня на корт, назвав его «сенсационным».

Ник, тоже смотревший в это время эту программу, вздрогнул, отказываясь верить своим ушам.

— А честолюбия ей не занимать, верно? — воскликнул Куп с нескрываемым осуждением, обернувшись к другу.

— Кому ты об этом говоришь! — усмехнулся Ник. Ему так и не удалось до сих пор понять, чем Мелисса руководствуется в своих неожиданных поступках.

Мелисса вышла на корт в состоянии транса. Ее соперница — англичанка Мэнди Лейн — появилась спустя минуту. Трибуны встретили их жидкими аплодисментами.

— У нее совсем нет сердца! — проворчала одна из болельщиц, доставая из сумки корзинку с клубникой и протягивая ее соседке. — Угощайтесь! Я купила ягоды утром на рынке, здесь, на кортах, за них дерут немыслимую цену!

— Благодарю! — обрадовалась та, и обе принялись усердно жевать, наблюдая, как разминаются спортсменки.

Наконец арбитр на вышке объявил начало игры.

В этом матче, первом в Уимблдонском турнире для Мэнди Лейн, ей выпало и подавать первой. Она сильно нервничала и била по мячу осторожно, что в нормальной ситуации неминуемо обернулось бы для нее проигрышем гейма. Но сегодня Мелисса сама чувствовала себя неуверенно, поэтому дважды посылала мяч на приеме подачи в сетку и еще два раза — за пределы площадки. Для неопытной Мэнди это стало неожиданной удачей.

Плюхнувшись в перерыве на стул, Мелисса с отчаянием посмотрела на трибуну для спортсменов. Сейчас одна лишь Кэти переживала там за нее, хотя и старалась не выказывать своего волнения. Мелиссе вдруг явственно вспомнилась ее победа над Карлоттой Мендосой, одержанная два года назад на этом же корте. Но тогда ее поддерживали родители, Ник и Джек. Сможет ли брат снова когда-нибудь прийти на стадион и посмотреть ее игру? Будет ли он, как прежде, давать ей советы? Слезы навернулись у Мелиссы на глаза, и она поспешно закрыла лицо полотенцем. Однако внимательные зрители все же успели заметить ее минутную слабость, по рядам пробежал ропот сочувствия.

— Бедняжка! Как она расстроена из-за брата! — воскликнула та же дама, которая совсем недавно обвиняла Мелиссу в бессердечии.

Кэти молилась, чтобы ее подопечная сумела взять себя в руки. Она действительно почти верила, что от этого каким-то таинственным образом зависит судьба Джека.

— Время! — напомнил судья на вышке.

Погруженная в свои мысли, Мелисса не расслышала его. Мэнди вышла на корт одна, растерянно оглянувшись на соперницу.

— Время! — строже повторил арбитр и, отключив микрофон, спросил у Мелиссы: — Вы в состоянии продолжать игру?

Вопрос его прозвучал чересчур тихо и потому остался без ответа. Судья посмотрел на часы, вздохнул украдкой и неохотно включил микрофон:

— Предупреждение мисс Фаррелл за нарушение правил поведения участников турнира — неоправданную задержку.

Зрители возмущенно зашумели.