Стелла Камерон - Милые развлечения

Подошедший Сэм обозрел экспозицию на обеденном столе Перис.

– Связи, которые помогают оплачивать надежные медные ручки с замками?

– Говорю тебе, этим занимается молодой человек Перис, – ответила Мэри, разворачивая игрушечную тыкву из бумаги. Она развернула еще одну и еще, и четвертую – поменьше, и сложила их кучей на полу. – Мне всегда нравился оранжевый цвет. Такой цвет привлекает людей с ярко выраженной индивидуальностью и тех, кто всегда стремится к лучшему.

Урчание в желудке погнало Перис к холодильнику.

– Ну и тыквы, – сказала она. В холодильнике ей ничего не понравилось, но она все же взяла баночку йогурта и достала из стола ложку. – А с чего мы вдруг стали готовиться к Хэллоуину?

– Можешь меня не стесняться, – сказала Мэри, вытаскивая из кучи своих сокровищ длинный кусок белого тюля и укладывая его буфами на поверхности стола. В складках она поместила игрушечных синих птичек. – Представим, что они живые. С едой проблем не будет. Черный цвет в сочетании с оранжевым для этих целей еще не применяли. Тем лучше. Один из тех, с кем я поддерживаю контакты, поймет меня и все сделает, как надо.

Перис взглянула на Сэма, надувшего щеки, и пожала плечами. Она сорвала крышку из фольги с баночки йогурта и съела первую ложку. Мэри мрачно смотрела на Сэма.

– Мистер Квинн – очень честный человек. Нет сомнений в его намерениях. Благороден по рождению. Я сказала ему, что некоторое думали, что он совсем другие отношения собирается завязать. Но он-то сказал как раз то, о чем я думала, и что он не собирается затаскивать Перис в постель.

Перис чуть не выронила свой йогурт.

– Нет, сэр, – продолжала Мэри, не сводя с Сэма глаз. – Честное слово, он сказал, что очень любит Хэллоуин.

– Мэри, – Перис поставила йогурт на кухонный стол и положила рядом ложку. – Ты спросила Тобиаса… ты спросила, не собирается ли он завести со мной интрижку?

Худенькие плечики поднялись под пурпурной кофтой от спортивного костюма.

– Главное, что он и в уме ничего подобного не держит. А у меня он покупает тысячу тыкв. Я ему сказала, что на пятьсот наборов предоставляется скидка, и он сказал, что возьмет два раза по пятьсот. Уж и не помню, когда мне была такая радость.

– Зачем ему тысяча тыкв? – спросил Сэм. Мэри отмахнулась от него.

– А еще у меня есть связи среди портных. Маленькое ателье в Киркленде. Отлично работают.

Перис почувствовала, что ей необходимо сесть.

– Можешь нарисовать, – Мэри захлебывалась от восторга. Она показала на птичку. – Но я уже все себе представила. Помнишь, как птички поддерживали кружева на ее платье? Рождаются интересные идеи.

Сэм стоял, скрестив руки на груди, прислонившись к кухонному столу. Тут он указал пальцем на Мэри:

– Ты про Золушку говоришь?

Мэри в ответ тоже наставила на него свой палец:

– Точно! Золушка. Все сходится. Бедная девушка выходит замуж за богатого принца. То есть Перис – а она с каждой минутой становится все беднее, и мистер Квинн. Он-то конечно богат. И принц любит Хэллоуин и покупает тысячу тыкв, а карета Золушки сделана из тыквы, и это будет главной темой свадьбы Перис в Хэллоуин. Тыквы обратятся в золотые кареты. И Золушка выйдет за своего принца.

Повисло молчание. Мэри села и продолжала:

– Я знала, что вам понравится. Пора нарушить традицию. Вместо цветов ты можешь нести жезл, украшенный звездочкой.

Перис вдохнула побольше воздуха и, наконец, вымолвила:

– Невероятно.

– Я знала, что вы прекрасно подходите друг другу. – Мэри восторженно улыбнулась: – И мистер Квинн то же самое сказал.

От мощеного тротуара на Почтовой аллее поднимался пар. Послеполуденное солнце лиловыми пятнами отражалось в нем. Перис с влажными волосами от первого из обещанных ливней, перепрыгивала лужи и, радуясь жизни, то и дело пускалась бегом.

Дождь прогнал большинство посетителей из маленьких магазинчиков, расположенных вдоль аллеи. Перис вдыхала запах мокрых гераней в приоконных ящиках и намокшей пыли, превратившейся в грязь, и улыбалась.

Хороший день. Чудесный.

Она добралась до «Голубой двери» и немного помедлила у входа, чтобы отдышаться. Джинна и Конрад были там, где им и полагалось быть в пять часов вечера. Джинна сидела за столиком у сцены, просматривая заказы. Конрад был занят, пополняя запасы в баре.

– Эй, народ! – завопила Перис, перекрикивая стаккато, выбиваемое из пианино стоящей миссис Липс, которая разогревала пальцы на «Молниях»

– Эй, Перис! – махнула ей рукой Джинна, оторвавшись от своих книг. – Подойди, дай на тебя посмотреть. Сэм даже не дал мне заглянуть к тебе, когда ты спала. Так подойди хоть сейчас.

– Я не впустил ее, потому что боялся, как бы она не разбудила тебя, – Сэм незаметно подошел сзади и подергал Перис за волосы. – Я кричал тебе на улице. А ты неслась, как ненормальная, и меня не заметила.

Перис обернулась и обняла его за плечи.

– Сэм, – сказала она ему в ухо. – Ну, наконец все кончается. Можно и отдохнуть.

– Расскажи, – сказал он, наклоняясь, чтобы заглянуть ей в лицо. – Расскажи же!

– Но только один раз, – сказала она, прикладывая палец к его губам, чтобы остановить его возражения. – Идемте. Я куплю всем лимонад.

– Ну, спасибо.

Только Сэму удалось отвлечь миссис Липс, попросту сняв ее руки с клавиш. Она присела на краешек сцены рядом с Липсом, а остальные сгрудились вокруг стола Джинны.

Перис приняла у Конрада бокал с кока-колой и жадно отпила из него.

– Ну и день! Ну и дни! И ночи.

– Про последнюю ночь мы слышали, – сказал Липс. – Тебе надо было меня позвать.

Перис не стала ему напоминать, что едва ли могла в то время позвать хоть кого-нибудь.

– Будем надеяться, что такого больше не будет и ничья помощь мне больше не потребуется.

– А-а, новенькие замочки? – заметил Липс и хмыкнул: – Да и цена хороша. Мне нравятся твои друзья.

– А мне – нет, – хором сказали Сэм и Конрад. Конрад сделал глоток из бокала Перис и сказал:

– Перис, пойми меня правильно. Я знаю, мы давно должны были позаботиться о безопасности. И не упрекай себя, что не заставила нас это сделать. Но мне не нравится, что какой-то чужак начинает разбрасываться деньгами направо и налево и отдавать приказания насчет нумерованных ключей. Дерьмо.

– Квинн не говорил мне, что надо делать, – объявил Сэм. – Надо настоять, что мы оплатим работу, и…

– Да уж, ты заплатишь, – сказал Липс. – Из-за цены, что этот парень заплатил, мы и ключами-то пользоваться побоимся. Очнись.

Сэм поднялся.

– Ну, ты, проклятый…

– Хватит, – сказала Джинна, сузив глаза. – После такой ночи Перис нужен покой и забота. Она пришла сообщить нам какие-то хорошие новости. Может, мы перестанем бряцать оружием? Я согласна – мы не можем позволить Тобиасу Квинну платить за ремонт, но уж давайте будем улыбаться и благодарить его, когда попросим счет. Кто-нибудь не согласен?