Симона Элькелес - Правила притяжения

К счастью, конфликт останавливается до того, как может перерасти во что-то большее и игра возобновляется. Следующий час я наблюдаю за тем, как обе команды сражаются не на жизнь, а на смерть. В итоге, Последние побеждают 13-9.

Когда я спускаюсь с сидений для зрителей, ко мне подходит Майкл. Он выглядит также, как и обычно, только немного более потным. Теперь без банданы, его светло-каштановые волосы идеально зачесаны в сторону. Мне раньше нравилось, что у него никогда ни волоска не было выбившегося, но сейчас это просто меня раздражает.

Майкл вытирает полотенцем пот с лица.

— Я не знал, придешь ли ты на игру.

— Тук играет, — говорю я, как будто это все объясняет. — И Карлос.

Он хмурит брови.

— Кто такой Карлос? Тот гей, с которым я чуть не подрался?

— Да, только он не гей.

— Не говори мне, что ты сейчас с ним.

— Я бы не сказала, что я с ним. Мы…

Внезапно, Карлос перед нами. Он без майки и протискиваясь между Майклом и мной, он оставляет потный след на руке Майкла. Майкл смотрит на свою руку с отвращением и вытирает ее полотенцем. Как будто это было не достаточной сценой, Карлос останавливается рядом со мной и приобнимает меня за плечи.

— Мы… проводим вместе время, — говорю я Майклу.

Майкл игнорирует тот факт, что Карлос стоит рядом со мной и спрашивает:

— Что это значит?

— Это значит, что каждую ночь у нее полны руки горяченького Латино, чувак, — встревает Карлос, затем придвигает меня ближе к себе и наклоняет голову для поцелуя.

Вместо того, чтобы поцеловать Карлоса, я скидываю с себя его руку и отступаю на шаг. Это прозвучало от него как будто я та с кем он в стогу валяется, как будто мы друзья с преимуществами… может даже без «друзей»

— Прекрати, — говорю я ему.

— Прекратить что?

— Притворяться. Веди себя нормально, — говорю я, пытаясь спасти лицо перед Майклом и скрыть свою обиду от Карлоса.

— Нормальным? Я не достаточно нормален для тебя? — говорит Карлос. — Ты хочешь его вместо меня? Ты не заметила, что его волосы даже не двигаются? Это не нормально. Хочешь снова с ним встречаться, вперед. Черт, если хочешь выйти за него замуж и быть Киара Барра до конца своих дней, будь моим гостем.

— Это не то, что я…

— Я не хочу слушать. Hasta[70] , — говорит Карлос, игнорируя меня, и уходит. 

Я чувствую, как мое лицо загорается от стыда, когда я снова смотрю на Майкла.

— Прости. Карлос бывает иногда резковат.

— Не извиняйся. У парня какие-то тараканы в голове, и чтоб ты знала, мои волосы двигаются… когда я этого хочу. Послушай, — говорит он, меняя тему, — моя команда едет на обед в Старый Чикаго, что в Моле на Перл Стрит. Поехали со мной, Киара. Нам нужно поговорить.

— Я не могу, — я бросаю взгляд на Тука, Бриттани и Алекса.  — Я приехала с другими…

Майкл машет своему другу.

— Мне пора. Если передумаешь об обеде, ты знаешь, где меня найти.

— Ты в порядке? — спрашивает Бриттани.

Я киваю.

— Ага.

— Извини за назойливость, — говорит Бриттани, — но я видела как Карлос обнимал тебя. Он выглядел достаточно злым, когда уходил, и мы с тех пор его не видели. Вы с Карлосом…

— Нет.

— Они притворяются, что встречаются. Но Киара не притворяется, — говорит им Тук.

— Пойду, найду его, — говорит Алекс, разочарованно качая головой. — Я поставлю его на место.

— Нет, не надо, — говорю я, паникуя, — Пожалуйста, не надо.

— Почему нет? Он не может просто ходить и притворяться, что встречается с девушками и вести себя с ними, как с…

— Алекс, — прерывает его Бриттани, — позволь Киаре и Карлосу самим разобраться в этом.

— Но он ведет себя как п… — он останавливается, когда Бриттани сжимает его руку.

— Они разберутся, — уверяет его Бриттани, и улыбается. — Не встревай пока.

—  Почему у тебя все так логично? — спрашивает он ее.

— Потому что мой парень упертый и всегда готов к драке, — отвечает она, затем поворачивается ко мне и Туку. — Это вырезано на семейном дереве Фуэнтесов. В конце все образуется, Киара, — уверяет она меня.

Я только не знаю, не окажется ли мое сердце разбитым на осколки, перед тем, как это случится.

Глава 35

Карлос

— Карлос, можешь помочь мне с машиной моей жены? — спрашивает Уэстфорд позже вечером.

Я пью один из специальных чаев Миссис У на террасе.

— Конечно, — отвечаю я. — В чем проблема?

— Можешь помочь мне сменить масло? Я также хотел убедиться, что глушитель прикручен как надо. Коллин сказала, что он дребезжит.

Я помогаю профессору завести машину и поставить ее на кирпичи, которые он держит в гараже. Мы оба протискиваемся под машину, пока масло стекает в небольшую пластиковую коробку.

— Ты хорошо провел время на игре утром? — спрашивает профессор.

— Ага, если не считать того, что я не знал, что буду играть за команду геев.

— Это имело значение?

Сначала да. Но в конце концов мы были просто группой парней в команде.

— Нет. Вы знали, что Тук гей?

— Он дал нам это четко и ясно понять, когда жил с нами несколько лет назад. Его родители были в самом центре тяжелого развода и ему нужно было где-то остановиться. — Он откладывает фонарик и смотрит на меня. — Примерно также, как и тебе.

— Кстати, об этом: вы можете пожалеть о своем решении когда я скажу вам, что мы с Киарой проводим много времени вместе.

— Это хорошо. Почему это должно заставить меня раскаиваться в своем решении позволить тебе остаться здесь?

Мне бы хотелось, чтобы мы не были под машиной, когда я ему это скажу.

— Что, если я скажу, что я ее поцеловал?

— О, — говорит он, — понятно.

Я думаю, может в этот момент он размышляет над тем, как связать меня и опустить машину, чтобы мои внутренности размазало по подъездной дорожке. Или заставить меня пить грязное машинное масло пока я не пообещаю не прикасаться к его дочери своими мексиканскими лапами.

— Вы, скорее всего, рано или поздно узнали бы об этом от кого-нибудь другого, — говорю я ему.

— Я ценю твою прямоту, Карлос. Это показатель честности, и я горжусь тобой. Я уверен, тебе не легко было сказать это мне.

— Так что, вы выкидываете меня из своего дома, или как? — Мне нужно знать, если я окажусь сегодня на улице.

Уэстфорд качает головой.

— Нет, я не собираюсь выкидывать тебя из дома. Вы оба достаточно взрослые, чтобы нести такую ответственность. Я тоже когда-то был тинэйджером, и я не такой наивный, чтобы думать, что нынешние подростки сильно отличаются от того, каким был я. Но только попробуй ее обидеть или заставить делать что-то против ее воли, и я не только выкину тебя из дома, я разорву тебя на кусочки. Понял?