Без ума от любви - Лора Павлов

с ним такую ночь и тут же она начнет им интересоваться?

Я застонала. У меня нет на него прав. Он мне не принадлежит. Я должна это помнить. Мы просто повеселились. Только и всего.

Я: Ладно, я вылезаю из ванны и ложусь спать, чтобы встать пораньше и исследовать Париж. Люблю вас, девочки.

Три сообщения подряд — что они меня любят и желают веселого отдыха.

Начало у меня было чертовски многообещающее.

Я вышла из ванны, вытерлась и натянула ночную рубашку. Почистила зубы, заплела волосы в длинную косу, сделала короткую версию ухода за кожей.

Выключила свет и забралась в кровать.

И когда закрыла глаза, увидела только его. Бриджера Чедвика.

Он оправдал все мои фантазии.

Но мне нужно помнить: он — лишь фантазия.

* * *

— Ты закончил встречу раньше, чем я ожидала, — сказала я, когда он вошел в кофейню на следующий день. Я отчаянно старалась не реагировать на него, но стоило ему появиться — в темных джинсах, сером свитере и черном пальто, и мое самообладание пошло к черту.

Он написал мне пару минут назад, что освободился, и спросил, где я. Мы должны были встретиться в антикварной лавке, но он решил заехать сюда.

Выглядел он потрясающе.

Правило номер один курортных романов — не превращай их во что-то большее. Так что я собиралась держаться спокойно. Даже если теперь, глядя на него, мне было трудно не представлять его голым.

— Встреча прошла быстро, — сказал он, садясь напротив. — Успела что-нибудь посмотреть?

— Да. Я с утра встала пораньше. Просто зашла сюда выпить кофе и согреться.

— Я дал тебе номер водителя, — напомнил он. — Почему не воспользовалась? В такую погоду гулять не стоит. — Он сделал заказ, когда подошла официантка.

В кофейне было людно: кто-то заходил, кто-то выходил, звон колокольчика на двери не стихал ни на секунду. Белый мраморный пол, крошечные столики — все выглядело именно так, как я мечтала, представляя себе уютное парижское кафе.

— Я же в Париже, — ответила я. — Не хочу сидеть в машине.

Хотя я бы не отказалась снова посидеть у тебя на лице.

Эту мысль я, конечно, при себе оставила. Не стоит пугать мужчину.

Он внимательно смотрел на меня несколько секунд.

— До антикварного магазина несколько километров. Поедем на машине.

— Отлично, — кивнула я. — Как прошла встреча? — спросила, отламывая кусочек черничного маффина и отправляя его в рот.

— Хорошо. — Он поблагодарил официантку, когда та принесла кофе. — Нашла себе любовника, пока бродила по улицам?

Я поставила кружку и рассмеялась.

— Нет. Но день только начался — кто знает?

— Да, кто знает, Эмилия, — сказал он, не сводя с меня серых глаз.

Оставшиеся полчаса я рассказывала ему, где уже успела побывать утром, и он слушал с искренним интересом.

— Рад, что мы остались еще на день. Завтра ты сможешь увидеть больше, — сказал он.

— А тебе завтра нужно работать? — спросила я, любопытствуя, чем он будет занят.

— Если возить тебя по Парижу считается работой, то да, — сухо ответил он.

— Ты собираешься показывать мне Париж?

— Конечно. У тебя мало времени, нельзя, чтобы ты смотрела ерунду.

Уголки моих губ дрогнули.

Не придавай значения.

— Спасибо. — Я допила кофе, а он взглянул на часы.

— Нам пора.

Я поднялась, и когда его ладонь легла мне на поясницу, я почувствовала, как внутри все вспыхнуло. Стоило вспомнить, где эти руки были прошлой ночью, и я сжала бедра.

На улице подул холодный ветер, и я даже обрадовалась этому отвлечению. Машина ждала нас прямо у входа, и он галантно открыл передо мной дверь.

Я хотела поздороваться с водителем, но между сиденьями был поднят экран.

— Я очень жду, чтобы увидеть этот камин, — сказала я.

— Мы проделали долгий путь, надеюсь, он оправдает твои ожидания.

— Надеюсь, — улыбнулась я, и в тот момент зазвонил телефон.

Это была мама. Я звонила им с папой, когда собиралась в Париж, но она не ответила, и я оставила сообщение. Теперь звонила снова. Я перевела в беззвучный, но звонок тут же повторился.

Бриджер заметил.

— Возьми, у нас есть несколько минут, — сказал он. — А я пока проверю почту.

Я кивнула.

— Привет, мам.

Отстранила телефон от уха, когда она начала кричать:

— Как ты могла уехать отдыхать, когда у тебя бизнес! Какая же ты безответственная!

От ее слов в груди сжалось. Она всегда видела во мне худшее, что бы я ни делала.

— Я не отдыхаю. Это рабочая поездка, дизайн-проект, — попыталась я объяснить.

— О да, — язвительно сказала она, — Бриджер Чедвик нанял тебя, потому что ты ныла из-за того, что он подумал, будто ты написала Taylor Tea. И теперь ты бросаешь семью и обязанности ради несуществующей работы?

Я прижала телефон ближе к уху, стараясь, чтобы он не слышал.

Но он смотрел прямо на меня, и я почувствовала, как вспыхнули щеки.

— Я ничего не бросала, — сказала я, сглатывая ком. — Беатрис на месте, она справляется, и я наняла еще одного сотрудника на праздники. Все под контролем.

— Ты оставила бизнес посторонней женщине, пока сама веселишься в Париже! — продолжала она кричать. — А еще наняла девчонку-подростка ей в помощь! Позор тебе, Эмилия Тейлор!

— Позор мне? — выдохнула я, чувствуя, как первая слеза скатилась по щеке. — Позор мне за то, что я поехала в Париж и решила осуществить свою мечту? Я всю жизнь делала то, что ты хотела. А когда появилась возможность для меня самой, я надеялась, что ты меня поддержишь.

В трубке раздался холодный смешок.

— Ты избалованная девчонка. Ты подвела всю семью. Развлекайся, Эмилия.

И она бросила трубку.

Я уставилась в окно, стирая слезу, надеясь, что Бриджер не заметил.

— Эмилия, — произнес он низко, спокойно.

Я сглотнула, повернувшись к нему.

— Да?

— Иди сюда. — Он распахнул руки, и я подалась к нему, потому что нуждалась в этом.

Его объятия были крепкими, надежными, и я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы не разрыдаться. Я не собиралась распускаться перед своим единственным клиентом.

И мужчиной, с которым вчера разделила постель.

Когда машина остановилась, я отстранилась.

— Спасибо. Я в порядке.

Он кивнул, но в его взгляде было гораздо больше, чем я ожидала.

Сочувствие. Забота. Тепло.

Даже если между нами больше ничего не будет — очевидно одно: Бриджеру Чедвику было не все равно, что я расстроена.

И это удивляло куда больше, чем гневный звонок моей матери.

27

Бриджер

Мы провели в антикварной лавке больше часа, и Эмилия умудрилась разговориться не только с хозяйкой, но и со всеми, кто там