Кэти МакГэрри - Отодвигая границы (ЛП)

Она от души рассмеялась.

— Какая честь. Никогда бы не подумала, что окажусь среди привилегированного общества, которое ты одариваешь своим «как оно?».

— Может, вы никогда не бывали раньше на таких мероприятиях, но здесь всё не так уж формально. Гляньте-ка. — Я открыл сумку и достал коробку. — Я любил эту игру в детстве. Мы с папой постоянно в неё играли.

Я всегда играл чёрными, и он позволял мне сделать первый шаг. Тот, кто выстраивает четыре фишки вряд, выигрывает. Мне это удавалось чаще, чем отцу.

— Спасибо за подсказку. После нашей встречи я собираюсь на танцы. Кто же счастливица, которую ты сегодня поведёшь на праздник? — Эта женщина снова проделывала свою фишку: делала безобидный вид маленького щенка и при этом задавала вопрос, который мог мне аукнуться, если я отвечу неправильно.

— Простите. Я не танцую.

— Какая жалость. — Она постучала пальцами по столу. — Что случилось с той девушкой, которой ты одалживал свою куртку в прошлом месяце?

Чёрт, сам завёл себя в тупик. Я уставился на дверь, молясь, чтобы через неё ворвались братья и спасли меня.

— Она с другим кавалером.

— Это её упущение.

Я сложил руки на коленях. Некомфортное молчание, растущее между нами, перешло на новый уровень. К этому моменту Эхо могла бы уже простучать своей ногой подземный путь в Китай.

Эхо, девушка, которая не могла выйти у меня из головы.

Секундная стрелка на часах над дверью громко отбивала счёт.

Где мои братья?

— Почему вы здесь?

Она приподняла брови и улыбнулась.

— Ной, мы это уже обсуждали. Как твой клинический соцработник я должна вмешиваться в каждый аспект твоей жизни. Это включает и твоих братьев.

— Ной! — Крик Джейкоба из коридора пронзил мне сердце. Я резко встал, чтобы найти его, но миссис Коллинз переступила мне дорогу.

— Нет. — Она прижала свою ухоженную ладонь к моей груди. — Поверь, с ним всё в порядке.

Будучи на добрых 30 см выше, я намеренно стал нависать над ней.

— На случай, если вы ещё не поняли, я вам не доверяю. А теперь уйдите с дороги, прежде чем я сам вас не подвинул.

Поразительно, но она не убрала руки.

— Сегодня утром у него был турнир по баскетболу, и на пути сюда мальчик заснул. Джо уложил его на диване в соседней комнате. У Джейкоба проблемы со сном, и у его приёмных родителей не хватило духу, чтобы разбудить его. Обещаю, у тебя будут твои два часа.

Я оглянулся на дверь, затем снова на миссис Коллинз.

— У вас есть тридцать секунд, чтобы объясниться, прежде чем я ворвусь в ту комнату. — Она сделала глубокий вдох, напрасно тратя моё время. — Один…

— Как думаешь, насколько здоровый сон у ребёнка, который пережил что-то ужасное?

Её слова мгновенно меня остановили, и я вспомнил о проблемах Эхо.

— Хотите сказать, он страдает от кошмаров?

— Нет, но я знаю одного такого ребёнка и могу тебе сказать, что за все три года он ни разу не смог проспать всю ночь.

Я закрыл глаза. Сколько в этом мире было несправедливости.

— Почему мне об этом не рассказали?

— Это личная информация. Кроме того, Джейкоб хочет, чтобы ты видел его таким же, каким он видит тебя — сильным героем.

Концовка её фразы взорвала мне мозг, но я не мог сосредоточиться на этой информации, когда мой братишка нуждался во мне.

— Личная? — Я открыл глаза, и комната окрасилась в красный цвет. — Я его брат!

Женщина вперилась в меня взглядом.

— Именно. Ты его старший брат, а не опекун. Ты знаешь, что у тебя нет доступа к личной информации.

Это правда. Я потерял все права на своих братьев в тот момент, как мой кулак соприкоснулся с челюстью моего первого приёмного отца.

— Ной! — Его душераздирающий крик раздался эхом в комнате. К чёрту.

— Пожалуйста, позволь Кэрри и Джо самим справиться, — молила миссис Коллинз, но я обошёл её и вышел из помещения. В коридоре стояла Киша, на руках у неё был Тайлер. А какое оправдание они придумали для него, чтобы держать от меня подальше? С этим я разберусь позже.

— Тащи свою задницу обратно, мальчик. Кэрри и Джо сами разберутся, — сказала она.

Я полностью её проигнорировал и прошёл мимо, на мгновение кладя руку на голову Тая. Из соседней двери доносились сдавленные крики. Я распахнул её и обнаружил приёмных родителей мальчиков, сидящих на ковре рядом с Джейкобом: его неконтролируемо трясло.

Глаза мужчины расширились, когда я зашёл.

— Что ты здесь делаешь?

Щеки и баскетбольная майка Джейка были мокрыми от слёз. Его лицо покраснело, руки были крепко прижаты к груди, он бормотал что-то неразборчивое. Я сел рядом с Кэрри, в дюймах от своего брата. Когда я собрался прикоснуться к нему, она схватила меня за запястье.

— Лучше не трогать, только хуже будет.

Я выдернул руку из её хватки и приложил её ко лбу Джейкоба, повторяя мамины движения.

— Эй, Джей, это я. Ной. Проснёшься ради меня, приятель?

Его тело задрожало, и он простонал:

— Ной.

— Ты не понимаешь, он без сознания. И не знает, что ты на самом деле здесь. — Женщина смахнула слёзы с глаз. — Мы знаем, что делать. Мы о нём заботимся. А не ты.

— Вижу, вы проделали великолепную работу. Вы, часом, золотых рыбок на досуге не убивали? — Я подхватил брата и сел на диван, баюкая его в своих руках. Напевал ему на ухо любимую мамину песню.

Продолжал нашёптывать слова, пока его слёзы и конвульсии не сошли на нет. Наконец он открыл глаза, выражая, скорее, смирённость, чем недоумение.

— Ной?

— Привет, братишка.

***

Во время нашей встречи Тайлер нарисовал мне рисунок. Много-много рисунков. Он улыбнулся и обнял меня, прежде чем они ушли, но так и не сказал ни слова. Мы с Джейкобом раз сто сыграли в настольную игру, всё это время он сидел у меня на коленях. Когда Киша объявила, что наша встреча окончена, казалось, будто кто-то вырвал моё сердце, разорвал его на кусочки и облил спиртом. Джейк так крепко сомкнул руки на моей шее, что перекрыл мне дыхательные пути.

— Ной, мне страшно, — прошептал он.

— Джейкоб, время… — начала Кэрри.

Миссис Коллинз шикнула на неё и указала мне продолжать. Мои глаза расширились, и я прижал мальчика ближе к себе. Чёрт возьми.

Какие вопросы мне задавала миссис Коллинз?

— Чего ты боишься?

— Что, если случится ещё один пожар? Тебя не будет рядом, чтобы спасти меня.

— Я всегда смогу спасти тебя. — И это была правда. Я переверну планету с ног на голову. Я добровольно пойду в ад и останусь там. Я отдам всё ради него.