Кассандра Брук - Прикид

– Когда ты сможешь остаться? – хрипло пробормотал он чуть погодя.

– Завтра, – ответила я.

– А потом?

– Послезавтра.

Мне было безразлично, что свидетелем этих объятий и ласк стал пустой коридор, однако, открыв глаза, я через секунду-другую поняла, что коридор не совсем пуст. Что там стоит женщина.

Я вздрогнула. Она была холодна, собранна, хороша собой и убийственно красиво одета. Я же, напротив, разгорячена, взволнованна и полуодета. Хуже того, она наградила меня снисходительной улыбкой, словно прекрасно знала, как следует вести себя в подобных ситуациях.

Я, торопливо приводя себя в порядок, потянулась к пиджаку, валявшемуся на полу у ног женщины. Но она, опередив меня, спокойно нагнулась, подняла и протянула его мне – все с той же убийственной улыбкой.

Нет, нельзя позволить ей взять верх. Я выдавила смешок, стараясь, чтобы он прозвучал как можно презрительнее, и отвернулась.

– Вот такие дела! – заметил Джош и, раздраженно кривя губы, покосился на женщину: – А ты, Стелла, могла бы выбрать более удобный момент.

– Ага, особенно если ты оставляешь дверь нараспашку, – огрызнулась она и прошла в комнату. – Я кое-что забыла.

Именно эта ее самоуверенность окончательно достала меня.

– Что именно? Соломенную шляпку? – ехидно заметила я и тоже направилась к двери.

Джош схватил меня за руку.

– Анжела, погоди! Это мой агент, Стелла Нил, – сказал он. – Мой старый друг. Прости. Ее не должно было быть здесь. Просто так получилось.

– Конечно, не должно, – сказала я. – Просто надо более аккуратно составлять расписание, Джош. Тогда не будет накладок. Даже со старыми друзьями.

Стелла проигнорировала мое замечание и хладнокровно взяла со столика какую-то папку. По дороге к двери на секунду остановилась возле меня.

– Все в порядке, честное слово! – В голосе ее звучала неподдельная доброжелательность. И вдруг она опустила мне руку на плечо. – Я лишь веду дела Джоша, ничего больше между нами нет.

И, усмехнувшись, она вышла из комнаты. Не выпуская пиджака из рук, я опустилась в кресло. Джош взял у меня пиджак, затем опустился рядом на колени.

– А ты умеешь держать и наносить удар, – заметил он.

Я смотрела на него сверху вниз. Я все еще злилась. О Боже, я вела себя прямо как Фатва! Даже не предполагала, что способна на такое. И сейчас спокойствие мое напускное. Во мне кипела целая буря чувств. Что делаю я здесь, замужняя женщина, мать? Играю с огнем! И уже обожглась, как какая-нибудь девчонка. Все это было глупостью с самого начала! И дальше будет то же самое. И тут вдруг мне отчаянно захотелось обычной, будничной жизни. Не нужна мне такая жизнь для драчливых кошек! Надо убираться отсюда, и побыстрее. Поеду к Рейчел в лагерь, побуду с ней… Тут вдруг неожиданно для самой себя я рассмеялась. Джош, сжимавший мои руки в своих, поднял на меня глаза.

Я ждала от него слов, объяснений. Но вместо этого он поднес мои руки к губам и поцеловал.

– О чем думаешь? – спросил он.

– О том, что лучше торчать в Фринтоне, в лагере, с моей дочуркой, чем пройти через все это еще раз.

Тут уже он рассмеялся.

– Ну а ты о чем думаешь? – спросила я. Джош поднялся и начал наливать вино в бокалы:

– Ты и правда хочешь знать?

– Да!

Он протянул мне бокал.

– Знаешь, я лучше завтра тебе скажу… – Присев на подлокотник кресла, он начал перебирать пальцами мои волосы.

– Мерзавец! – воскликнула я и, схватив его руку, притянула ее к груди. – Полный и законченный негодяй!

Он ухмыльнулся:

– Знаю.

Я еще крепче прижала его ладонь к груди.

– И завтра хочешь видеть меня только потому, что надеешься, я сготовлю тебе обед.

– Вот это правильно!

– А не успеешь проснуться утром, забудешь, как меня звали!

– Конечно, забуду!

– А после этого поспешишь на самолет в Рим, потому что неделю назад пообещал какой-нибудь Джине, или Марселе, или Софии вернуться.

– Всем трем сразу!

– А по пути домой заскочишь еще в Милан, поскольку Паола по тебе тоже очень соскучилась!

– Именно!

– И еще, конечно, за городом тебя ожидают милая маленькая женушка и детишки.

– Да!

– Не говоря уже о той хорошенькой ассистентке, которая просто без ума от тебя.

– Боюсь, что так.

– И еще не следует забывать о красавице Стелле, которая является старым добрым другом, верно?

– Конечно, не следует!

Джош поднялся принести еще вина.

– Кстати, у нас со Стеллой действительно был роман, – заметил он, повернувшись ко мне спиной.

Я так и вскинулась:

– Что?!

– Точнее, два романа.

Я быстренько допила оставшееся в бокале вино.

– Одновременно?

Джош усмехнулся и наполнил мой бокал.

– Это было очень давно, – сказал он.

– Ну а между этими двумя романами что происходило? – осторожно осведомилась я.

– Она вышла замуж.

Я глядела на него, склонив голову набок.

– Ну, разумеется! – воскликнула я. – Такое с людьми случается. А что потом?

– Потом она развелась, и мы стали друзьями, очень хорошими друзьями… А из этого можно сделать вывод, что дружба – куда более прочная штука, чем брак.

– Ну а романы? Они тоже… более прочная штука?

– Он рассмеялся:

– О, разумеется!

– Джош, – начала я, пытаясь привести мысли в порядок, – что я здесь делаю, а? Ведь ты просто ужасен!

Он лукаво покосился на меня:

– А сама-то! Ведь это ты замужем, если не ошибаюсь? И что, позвольте спросить, ты делаешь здесь, если я столь ужасен?

На сей раз ему удалось загнать меня в угол.

– Знаю, – ответила я после паузы. – Наверное, я здесь только потому, что очень глупа. И не кажется ли тебе, что нам стоит все это прекратить?

Не успев выговорить эти слова, я тут же страшно перепугалась. А что, если он скажет «да»? Что тогда делать? Но тут, к моему облегчению, он подошел, наклонился и взял мое лицо в ладони.– Нет.

Я поцеловала его и улыбнулась:

– Что ж, со мной у тебя двух романов не будет. Поскольку, как тебе известно, я уже замужем.

Он снова рассмеялся:

– Тогда объединим эти два романа в один.

– И как долго они продлятся?

Джош поднялся и отставил пустой бокал.

– О, неделю или Две. До тех пор, пока не придет время вернуться в Рим к Джине и в Милан к Паоле. Ну и, разумеется, есть еще маленькая женушка.

Я попыталась врезать ему по подбородку. Он ловко увернулся, потом шагнул ко мне, подхватил на руки и понес к двери, умудрившись захлопнуть ее за собой ногой.