Изабель Вульф - Тревоги Тиффани Тротт

Продолжение октября

После ланча мы с Кейт снова отправились на пляж. Мы плескались в море в бикини, и я как раз рассказывала ей о прекрасной работе Тодда – он был оператором на Эн-би-си, – когда один из УвОргов прокричал: «Внимание, внимание! Сейчас начнется соревнование для леди по метанию кокосовых орехов! OK folkens, na kommer Kokos-nottkonkurransen! Fate attenzione, è arrivato il momento del tiro delle noci di coco! Achtung! Der Ko-kosnusswettbewerb geht los! Победитель получит бесплатную пинаколаду!»

Поскольку я вообще человек азартный, то решила поучаствовать. Собралось довольно много женщин, некоторые из них вряд ли могли бы даже подбросить мяч – это было что-то! Я бросала последней – в стиле толкания ядра – и метнула дальше всех! Все хлопали, я чувствовала себя на высоте и уже собралась потребовать мою бесплатную пинаколаду, когда совершенно неожиданно подошла тощая, высокая, однако довольно привлекательная бельгийка по имени Стелла и заявила, что тоже хочет попробовать. Ха-ха, подумала я. Она-то точно до моего не докинет. Но она не только докинула. Более того, она перекинула примерно фута на три, что меня не только расстроило, но еще и очень удивило, потому что эта Стелла сама весила едва ли восемь стоунов.[57] И в довершение всего она пододвинула свой лежак поближе к Кейт и, потягивая свой бесплатный коктейль, принялась с ней болтать. Прежде чем я успела что-либо предпринять, Кейт уже пригласила ее на ужин.

– Ничего не скажешь, прекрасная идея, Кейт, – сказала я позже.

– Она очень славная, – ответила Кейт, – и произвела на меня большое впечатление. Она биржевой маклер. У нее есть парень, он банкир – вроде бы из «Дебит Суисс». Но у него сейчас наклевывается крупная сделка, на миллиарды, и он слишком занят, чтобы съездить в отпуск, поэтому она решила поехать одна. Она очень приятная, правда? Думаю, у нее денег куры не клюют.

– Да уж, – отозвалась я. – Если судить по одежде.

Тем не менее к восьми часам мы встретились с Тоддом в баре на побережье, и я познакомила его с Кейт и Стеллой, а потом мы отправились в ресторан с видом на море – и Тодд был так очарователен, так заботлив, так внимателен… к Стелле! Черт бы ее побрал!

– Тодд, я, конечно, понимаю, она красивая, богатая, стройная, преуспевающая и умная, к тому же выдающаяся метательница кокосов, но это же не повод болтать только с ней и игнорировать меня.

Нет, естественно, ничего такого я не сказала. Я сидела себе тихонько. А она разглагольствовала о лыжном спорте.

– Вы сказали, что участвовали в Олимпийских играх? – спросил ее Тодд с выражением фанатичного обожания.

– Да, да, было дело, – ответила она со смешком. – Участвовала. В 1984 году, в Зимних олимпийских играх в Сараево.

– Но я думала, в Бельгии нет гор, – сказала я. – Да и со снегом не очень.

– Да, чего нет, того нет. Но я училась в Швейцарии и там стала заниматься лыжным спортом.

Ну да, конечно в Швейцарии. Где же еще!

– Вы выиграли золото? – спросил Тодд.

– О нет, конечно нет, – сказала Стелла, изобразив звонкий смех. – Всего лишь серебро. Я держу эту медаль в ванной, чтобы удивлять друзей. А вы когда-нибудь катались на лыжах, Тодд? – спросила она, а я злобно подумала: как, наверное, комично она выглядит, объезжая деревья.

– Только один раз, – ответил он. – Было весело, но мы, калифорнийцы, предпочитаем серфинг. Однако я слышал, что в Вермонте кататься на лыжах просто здорово.

– Да, так и есть. Я езжу в Вермонт каждый год в феврале. Это действительно классно, а еще я люблю заниматься фристайлом в Канаде – вот это действительно захватывающе.

– И очень опасно, – сказал Тодд. Опасно? Это хорошо.

– Да, очень, – ответила она. – Хотя, конечно, обычно есть инструктор. Но сейчас я увлеклась подводными видами спорта – я много занималась дайвингом в Средиземном море. И даже получила аттестат инструктора.

– Вот это да! – сказал Тодд. У него просто челюсть отвисла и язык болтался чуть ли не до пола. – Бельгийцы такие любители приключений, – добавил он.

Честно говоря, это была самая большая глупость, какую мне когда-либо приходилось слышать. Однако я заметила, что американцы всегда стараются обобщать и переносить свои впечатления на всю нацию.

– Большие любители приключений. – Он качал головой с нескрываемым восхищением.

Мне же этот разговор откровенно наскучил, хотя, к несчастью, Кейт нашла достижения Стеллы такими же замечательными, как и Тодд. Но я была сыта по горло бесцеремонной бельгийкой, ее младенчески голубыми глазами, рыжеватыми волосами и большой суммой на счете. Вот бы Довольно Успешный был здесь, горько подумала я. Уж он-то меня бы не игнорировал, он бы шутил, ухаживал за мной и смешил. Может, послать ему открытку? Но что это мне даст?

– Вот это да! Что за женщина! – услышала я голос Тодда. – И как здорово вы бросили кокос!

Я решила, что пора действовать.

– А ваш друг… вы сказали, что он председатель правления «Дебит Суисс»? – внезапно спросила я Стеллу. – Или президент? Что-то я не припомню.

– Он только еще вице-президент, – ответила она, по-девчоночьи хихикая и вертя модное обручальное кольцо на наманикюренном пальчике.

Тодд неуверенно поерзал на стуле.

– Вице-президент – это же просто фантастика! – сказала я. – Он, должно быть, необычайно умный человек. Он приедет к вам?

– Нет, у него нет времени. Сейчас он занимается одной крупной сделкой, миллиардной, – ответила она, пожав тощими плечиками.

Тодд явно упал духом. И вдруг, впервые за вечер, он пристально посмотрел на меня.

– Знаете, Тиффани, вы вся красная, – сказал он. – Вам нужно меньше бывать на солнце.

Очень мило с вашей стороны проявить обо мне заботу, подумала я уныло. А потом он тихо добавил:

– Я уже научился на горьком опыте, потому что… понимаете, у меня был рак кожи.

О нет.

– Но его же очень легко вылечить, – быстро сказала я. – Если рано распознать, как, видимо, было у вас.

– На самом деле моему хирургу пришлось откромсать от меня несколько кусочков, – сказал он с мрачной усмешкой. – Думаю, на те деньги, которые я ему заплатил, он выучил детей в университете.

– Но рак кожи – это не так страшно в наше время, – заметила Кейт, стараясь говорить спокойно. – Это становится ужасной нормой. В Австралии он есть у всех. Это не такая уж серьезная проблема. Я бы не беспокоилась.

Но тут вступила Стелла:

– Нет, это не так. Он очень трудно поддается лечению. У меня была близкая подруга, так вот она умерла от рака.

– Так на сколько вы метнули кокос? – спросила я у нее.

– У нее была крошечная родинка на большом пальце, – продолжала та. – И через шесть месяцев – конец. Занавес. Рак сожрал ее, как лесной пожар.