Мой неласковый Муж - Екатерина Ромеро

даже слова не произнесла, но в этот момент Арман так на меня посмотрел, что я сжала губы.

Настю быстро вывели из зала, и я не понимаю, зачем Арман так сильно ее ударил. У Насти лопнула губа, он разбил ей нос, кровь обильно растеклась по ее ладоням, испачкала пол. Это уже был не товарный вид, ее просто убрали оттуда.

Зачем он так поступил с ней? Он меня так никогда не бил, я этого не понимала.

Я все надеялась, что он заберет меня, но чуда не случилось. Арман забрал Настю и молча вышел с ней.

Я до последнего надеялась, что я его любимая если не жена, то хотя бы рабыня, но, как оказалось, нет. Только сейчас я поняла, что Арман этим ударом спас Настю. Ее хотел купить другой шейх, но он не дал, испортил ее внешний вид и тем самым уберег ее от неминуемой участи настоящей рабыни. Мой неласковый Монстр спас Настю, а не меня.

А после аукцион закончился и я узнала, что меня купили. Не Арман. Он уже давно уехал. Меня купил тот ужасный шейх с мертвыми глазами — Шакир Аль Хариб.

Чуда не случилось. Как я ни старалась слиться с толпой, этот почти что двухметровый шейх с мертвыми глазами все равно купил меня. Он выбрал меня из всех, и тогда я поняла, что вряд ли доживу до вечера.

После этого я больше не упиралась. Лучше бы он убил меня, чем так опустил, это было больно, но плакать я больше не могла.

* * *

Я ничего не видела и не слышала. Голова дико гудела, от шока я уже плохо соображала, что происходит. Меня купили, я и правда стану рабыней. На этот раз по-настоящему.

Буду рабыней того старика. А дальше снова дорога и эти бесконечные ненавистные мне пески. Кажется, я только сейчас понимаю, как любила природу дома. Когда все зелено и красиво, когда нет этой раскаленной, обжигающей легкие жары и воздух прохладный.

А еще я понимала, что вечером меня не станет. Этот Шакир быстро поймет, что я не девственница, и мне было жутко даже представить, что он сделает со мной за это.

Рядом со мной сидели двое мужчин, меня везли в поместье Шакир Аль-Хариба, и дорога была долгой, а после машина начала барахлить. Она гудела и скрипела — кажется, кончился бензин, и мои охранники заволновались.

Я была привязана к двери, но даже если бы захотела — не смогла бы сбежать в пустыню без капли воды и связи, хотя теперь мне кажется, это не такой уж и плохой вариант умереть.

А еще я смогла осторожно вытащить нож из кармана одного из охранников и уже давно перерезала веревку.

Я ждала подходящего момента, чтобы сбежать в пустыню. Морально я уже готова была умереть здесь.

Охранники о чем-то спорили, машина все никак не заводилась, а после они начали звонить кому-то, просить помощи.

Я же не могла собраться, страх сковывал тело, ужас происходящего отравлял кровь. Я не была готова ни физически, ни морально к смерти, и курсов выживания в пустыне мне никто не проводил.

Я растерялась и дрожала, мне дико хотелось пить. От жажды то и дело казалось, что рядом со мной бутылка воды и я могу ее выпить, но, проверяя руками сиденье, я понимала, что там было пусто.

Мы застряли буквально посреди пустыни в самый разгар солнцепека, а после я увидела подъезжающий к нам фургон, который упорно приближался.

Мне было страшно, теперь я поняла, наконец, в каком Аду жил долгие годы Арман. И если всего за пару дней я столько ужаса увидела здесь, то что перенес Арман, какое горе и издевательства он здесь пережил.

Я теперь его понимала. Арман не родился Монстром. Его сделали таким в этом месте.

Глаза жгло от жары, я с трудом верила в происходящее. Я умру, перегрызу себе вены, но не лягу под этого старика, каким бы шейхом он ни был.

Я уверена, Арман это знает, и, кажется, ему просто все равно. Он приехал сюда за Настей. Похоже, именно она и есть его любимая рабыня — и это самое болезненное, что он вообще со мной сделал.

Я достала нож и направила на себя. Острое лезвие уперлось в живот. Я знала, что решусь, мне уже нечего было терять. Я сделаю это, как только из фургона выйдут еще охранники. Я не дамся им, потому что признаю руки только своего Армана.

Глава 33

«Девочка. Она родилась от одной тридцатилетней женщины, которая была у меня всего раз. Узнав об измене, этот рогатый муж тогда лично привел ее за руку в наш дом и орал до хрипа, проклиная здесь всех вокруг.

Он бросил ребенка в корзинке прямо под ноги Хамиту и, развернувшись, пошел прочь. Его избитая жена ушла, не обернувшись, потащившись за мужем, а я увидел крошечное существо в корзине. Я быстро спустился по ступенькам к ней и видел, что это была маленькая новорожденная девочка. У нее были черные, как у меня, глаза, и в целом она была похожей на меня, а не на свою кукушку-мамашу.

Я наклонился к ребенку, она сильно плакала, но мне не дали взять дочь в руки, а в шею уперся клинок.

— Назад, волчонок! Не трожь!

— Это мой ребенок. Отдай, Хамит!

— Она незаконная. Я говорил тебе предохраняться, щенок! Со всеми, даже если они пьют таблетки, даже если бесплодные! Ты кого хочешь осеменишь, дьявол! А теперь видишь последствия?! Вот что мне с ней делать теперь?

— Отдай мне. Хамит, прошу, отдай! Пожалуйста, я заберу ее себе, воспитаю, это мой ребенок, мой!

Но Хамит меня не слушал. Мое слово и желание не значили для них ничего.

— О Аллах, дай мне сил! Виам, набери воды! Аммар, заберите его.

Мне стало страшно тогда. Я не понимал, что происходит, я все обычаи их уже знал, но такого еще не видел.

— Что ты делаешь, Хамит, что ты будешь делать?! А?»

Ранее

Я думал, что уже самое страшное пережил, но я ошибался. Когда я вернулся вечером, Еси не было дома. Вскрыта дверь, и вещи на месте, а моей девочки нет.

Данте. Он нашел нас. Было слишком наивно полагать, что он смирится с моей волей, с моим желанием поступать так, как я хочу, а не как он приказывает мне.

— Что ты сделал? Где она, ЧТО