Сыграй мою невесту, бывшая (СИ) - Ксения Фави

никем не приходится. Майю же выдадут замуж…

— Хватит, мам! — взрываюсь. — Никто не выдаст замуж мою жену! Она будет со мною и с сыном! Всё! Я ухожу.

Маме нужно переварить информацию. Она явно радовалась в прошлом, когда мы расстались. А теперь должна уложить в голове, что на годы расставалась не только с ненавистной снохой, но и с внуком. Ей трудно все это принять.

Слова, которые она сказала сегодня… Мне хочется просто забыть. Хоть вряд ли получится.

Забрать ребенка, увезти… Пиздец.

Глава 20

Майя

На вопрос, как прошел разговор с мамой, Иван написал одно слово и то матерное. Ну, что-то такое я и ожидала.

Когда я узнала, что беременна, эта женщина уже исчезла из моей жизни. Подыграв папе и разведя нас с Иваном, она успокоилась. Наверняка старалась забыть о моем существовании. А внутри меня рос ее внук…

Катерина очень дорожит своей семьей. Можно сказать, она ею одержима. И сейчас ее наверняка разрывает от чувств. Мало того, что она четыре года не знала о внуке, так и сейчас малыш со мной.

Если бы я хотела её наказать, лучшей мести нельзя придумать.

Но конечно же, никакой мести я не планировала. Так вышло, так распорядились небеса.

Понятия не имею, как сложится дальше. Мне спокойнее от мысли, что Иван на моей стороне. Катерина всегда останется его матерью, но он любит меня и очень дорожит нашей семьей. И не даст в обиду.

Так что пока решаю отпустить ситуацию. Муж тоже говорит, что должно пройти время. И в следующие пару недель занимаемся только нами.

Помощники Никиты, супруга Лизы, сделали Ваньке новые документы. Теперь он — Иван Иванович Мурадов. Интересное сочетание имени и фамилии. Мы обе с Катериной дали нашим темненьким мальчикам исконно-русское имя. Наверное, это единственное, в чем мы со свекровью совпали.

Мне любопытно, что с отцом Вани, и есть ли у него какие-то родственники по нему. С другой стороны, если они не горят желанием общаться, нет смысла навязываться.

Сам Иван будет другим отцом… Я считаю так не из любви, а объективно. Вижу, как он тянется к малышу и хочет вникнуть во все заботы.

Он сам сказал Ванюшке, что он его папа. Тот закричал ура и решил похвастаться этим другу из бассейна.

Сын мал, чтобы что-то понять. Но он почувствовал папину любовь и поверил, что этот человек для него не посторонний. А все подробности спросит позже, если захочет. Когда подрастет.

Пока у него и так куча дел — на полдня малыш начал ходить в новый садик. Он в получасе езды от нашей квартиры. А вообще эта сеть частных садов есть по всему городу, и если что, нам хотя бы не придется менять воспитательную программу.

Ванька общительный и не привязан так уж ко мне. Я сильнее к нему привязана. А он со второго дня начал оставаться на три часа без меня в саду.

Сегодня я в очередной раз отвезла его и спешу домой. Хочу запечь к ужину утку. В холода все наше семейство тянет на мясо.

После садика мы с Ванюшкой поедем в мою студию танцев.

Мясо я заказала заранее, и оно сейчас лежит на медленной разморозке. Так что я оставляю свою машинку на подземной парковке и без промедления иду к лифтам. И там кое-кого встречаю…

— Майя!

Улыбчивая брюнетка забавно смотрится в модной мохнатой шубке белого цвета. Хотя заметно, что Зойка похудела. Страдает по своему Тёмочке или занялась здоровьем? Спрашивать не буду, конечно.

— Привет, Зой, — улыбаюсь искренне.

Из всего нашего с Ваней бывшего окружения мало кто был ко мне позитивно настроен. Зоя из таких.

— Привет, — оглядывает меня, встряхивает кудряшкам, — почему в гости не зашла? Не отпустил Мурадов?

Хихикает. Черные глаза так и лучатся позитивом. У Зойки яркая внешность — контраст белой кожи с темными волосами и глазами, лисий прищур, аккуратный прямой носик и пухлые губы. Пусть и подколотые, но удачно.

Не зря она популярна в сети, и сам Артем обратил на нее внимание.

— Ваня не тиран, — усмехаюсь, — просто дел много.

Зоя кивает.

— Понимаю, у вас же малыш. Ох, Май…

Знакомая явно мнется. Как будто хочет сказать и раздумывает, надо ли. Меня вдруг охватывает тревога. Ведь именно заговорив про Ванюшку, она опустила глаза.

— Что, Зой?

Зоя видит мои эмоции.

— Не хочу вмешиваться, но… Май, дело серьезное. Ты в курсе, что задумала Катерина?

Качаю головой.

— Не в курсе, но не удивлена…

— Она поставила на уши всех Ванькиных друзей! Хочет лишить тебя родительских прав!

Отшатываюсь. Эта женщина вконец сошла с ума?!

— С чего бы меня лишили прав? — ахаю.

— Она выясняет, общалась ли ты с кем-то, и как до Ивана жила. Есть ли у тебя заболевания.

— Какие еще заболевания?!

— Ну мол, отец у тебя идиот… Ее слова! И ты, вероятно, такая же.

Мои глаза так и расширяются.

— У нас в семье нет психических диагнозов! Ей самой бы не мешало провериться…

Зоя нервно хихикает. Гладит меня по плечу.

— Не расстраивайся, Май. Ничего она не нароет. Тёма сказал, у нее никаких зацепок.

— А вы снова вместе? — вскидываю бровь.

— Нет, — вздыхает, — позавчера пьяный ко мне завалил. Вот и разоткровенничался.

— Он помогает Катерине? — хмурюсь.

Зоя пожимает плечами.

— Мне про это не говорил. Но думаю, он в курсе, что ему Иван башку оторвет за такое. Так что дальше разговоров у него вряд ли пойдет… А вот тетя Катя…

— Она сделает всё, что от нее зависит, — киваю.

Зоя грустнеет.

— Расскажи Ваньке… Или хочешь, я скажу?

— Я сама с ним поговорю, — хмурюсь.

Не хочу впутывать приятелей во всю эту тему. Хотя придется сказать, от кого я услышала.

— Она, кстати, и папе твоему звонила, просила отдать внука. Но тот послал ее. Сказал, у него на этого ребенка свои планы.

Хватаюсь за виски. Кошмар! Знаю я отцовский план — выдать меня замуж вместе с малышом.

— Спасибо, Зой, за информацию, — говорю от души.

Машет рукой.

— Да не за что.

Прощаемся и идем каждая по своим делам. Вот только когда поднимаюсь в квартиру, все валится из рук. Так, надо бы выдохнуть…

Готовка все же немного меня успокаивает. Насчет папы я ничего нового не узнала. Только что теперь они с Катериной по разные стороны баррикад.

А вот сама мать Ивана… Неугомонная женщина!

Нет, я не верю, что меня можно лишить прав. Тем более, когда на моей стороне сам Ваня.