Стейси Браун - Сбежавшая невеста

В громадной бальной зале собрались сливки лондонского света. Когда дворецкий объявил: «Маркиз и маркиза Оверфилд», четыреста пар глаз обратились на леди Далтон. У нее внутри все перевернулось.

— Сейчас меня стошнит, — тихо прошептала она.

Алекс прижал ее ближе и заверил тоже почти беззвучно:

— Нет. Этого не будет.

Сопровождая ее по мраморной лестнице, он поклонился нескольким знакомым и быстро отвел свою жену к стене сверкающей бальной залы.

— Что-нибудь не так с моим платьем? — спросила Кара. — Боюсь, оно слишком открытое, милорд.

— Вовсе нет, — заверил он ее, ободряюще потрепав по руке.

— Тогда почему все смотрят на меня, будто у меня на носу громадная бородавка?

— Это потому, что вы самое красивое создание, которое они видели в жизни.

Кара бросила на него недоверчивый взгляд. Он улыбнулся в ответ. Остановив лакея, он взял с подноса два бокала пенящегося шампанского.

— Выпейте, — сказал он, вкладывая бокал в ее дрожащую руку. — Это успокоит нервы.

Отпив глоток, Кара оглядела залу, надеясь, что, несмотря на внутреннее замешательство, она выглядит спокойной.

Большая сильная рука сомкнулась на ее запястье, и глаза ее в удивлении расширились. Но муж просто дружески улыбнулся.

— Идемте, — проронил он, выводя ее из переполненной залы. — Есть вещь, которая поможет вам расслабиться.

Они скользнули через золоченые двери и вышли в пустынный коридор.

— Куда вы меня ведете? — спросила она, оглядывая великолепие убранства.

Он остановился посредине мраморного холла.

— Сюда. — И она оказалась в его объятиях.

— Что вы делаете?

Губы его искривились в волчьей усмешке.

— Помогаю вам расслабиться, моя дорогая.

Она увидела дьявольский отблеск в его глазах и узнала знакомое чувственное выражение. Его взгляд остановился на ее губах. Он сейчас меня поцелует. Прямо здесь, в холле!

— Алекс, — крикнула она, борясь с ним. — Вы с ума сошли? Вы же не посмеете... Нас могут увидеть!

Оглядевшись кругом, он согласился.

— В самом деле. Сюда. — Он увлек ее под мраморную лестницу и склонился над ней, упершись рукой в стену и обводя пальцем нежный овал лица.

Голова слегка кружилась.

— Я... я не думаю...

— И не надо, — проговорил он тихим бархатным голосом.

Она проглотила комок и посмотрела на его ослепительную белую сорочку, пытаясь вернуть себе самообладание. Его объятия всегда производят на нее сокрушительный эффект. Сердце прыгало, ее бросило в жар, все мысли мгновенно улетучились из головы. Боже, какое же удивительное, ни с чем не сравнимое ощущение!

— Я... я не хочу, чтобы вы меня целовали, — запротестовала она, переводя дыхание.

— Лгунья.

Жадные губы нежно ласкали ее рот. Отдаваясь огненному поцелую, она раскрыла губы, обняла его за шею и привстала на цыпочки, всем телом приникнув к нему. Сильные руки гладили ее спину и бедра...

Внезапно Алекс оторвался от нее; темные глаза сверкнули страстью. Боже, как он хочет эту женщину! Но сейчас не время и не место. Со стоном сожаления он крепко обнял ее.

Кара, прижатая щекой к его рубашке, слышала, как бурно колотится его сердце. Закрыв глаза, она слегка улыбнулась, довольная, что он так возбужден их горячими объятиями.

— Вы, кажется, говорили, что не хотите целоваться со мной? — поддразнил он ее.

— Я и не хотела, — прошептала она, все еще трепеща от волнения.

Ее невинность восхищала его. Она не походила на его пресыщенных светских приятельниц. Это было что-то очень новое и свежее.

Он улыбнулся ей.

— Я не жалуюсь, — проговорил он, нежно погладив ее по щеке. — Но в следующий раз, когда вы оживете в моих объятиях, пусть это будет дома, ладно?

Покраснев до корней волос, она кивнула.

— Нам лучше присоединиться к остальным, — хрипло сказал он, — или они начнут интересоваться, куда мы подевались.

Он галантно предложил ей руку, и она положила на нее свою дрожащую ручку.

Как только они проскользнули в зал, лорд Резерфорд помахал Алексу и проложил себе дорогу сквозь толпу гостей.

— Кара, — сказал Алекс, хозяйски обнимая ее за талию, — вы помните Дэниела Резерфорда?

Лорд Резерфорд блеснул дружеской улыбкой и склонил белокурую голову.

— Добрый вечер, Кара, — произнес он, запечатлевая поцелуй на ее протянутой руке. — Вы становитесь все прекраснее каждый раз, как я вас вижу.

Кара улыбнулась.

— Вы слишком снисходительны к бедной провинциалке, милорд.

Он отрицательно покачал головой.

— У меня много достоинств, миледи, но снисходительность не входит в их число.

— Громко сказано, милорд. Не сомневаюсь, впрочем, что ваша неснисходительность не помешала вам свести с ума очень многих женщин.

Дэниел рассмеялся.

— Ваша жена очаровательна, Алекс.

Алексу, однако, не нравилось, как Дэниел смотрел на Кару. И чересчур любезно улыбался. И слишком интимно смеялся. Это действовало Алексу на нервы.

— Могу я пригласить вас на танец? — спросил Дэниел, склоняясь над рукой Кары.

Кара бросила взгляд на мужа. Он собирался танцевать с ней первую кадриль сам. Недовольно хмурясь, он сухо кивнул. Кара грациозно подала руку лорду Резерфорду и позволила увлечь себя в круг танцующих.

— Меня интересует, — заметил Дэниел, когда они оказались в центре круга, — почему Алекс запер такую блестящую женщину в деревне.

Кара слегка покраснела.

— Я очень люблю сельскую идиллию, — сказала она с улыбкой.

— И прекрасно в ней себя чувствуете?

— Конечно.

— Если бы вы были моей женой, мадам, я бы с вас глаз не спускал, — прошептал он.

— Ах, но я не ваша жена, милорд.

— Печальный факт, миледи, — ответил он, целуя ей руку.

Между тем Алекс, наблюдавший за ними, с каждой минутой все больше злился. Флирт Дэниела был возмутительным. В это мгновение Алексу ничего так не хотелось, как дать своему другу по физиономии.

— Понравилось? — процедил он, гневно сверкнув глазами, когда танец окончился и Дэниел подвел Кару к мужу.

Ее улыбка угасла.

— Да... — неловко пролепетала Кара, не понимая, что могло случиться с Алексом. Минуту назад он ее целовал. А сейчас казался готовым совершить убийство.

— Скажите мне, — спросил он колко, — разве шептать что-то на ухо партнерше во время кадрили строго необходимо?

Дэниел улыбнулся другу и взял бокал шампанского.

— Разумеется. Особенно когда танцуешь с такой чудной партнершей.

— Да, она чудная, — раздельно и четко произнес Алекс, — как вы, без сомнения, заметили. И я попрошу вас впредь держать руки и глаза подальше, — закончил он, допивая шампанское.