Стейси Браун - Сбежавшая невеста

— Это неважно, — промолвил он со злобой.

Кара сделала шаг назад. Что за странный человек. Глаза ее с сомнением остановились на незнакомце.

Есть в нем что-то подозрительное. Даже демоническое. Внезапно почувствовав страх, она бросила взгляд на дверь.

Заметив ее тревогу, он улыбнулся, меняя манеру говорить.

— Chérie, простите меня, я не собирался быть таким таинственным. Просто меня здесь подстерегает опасность. Как вы знаете, работа вашего отца была конфиденциальной. Я не хотел бы, чтобы нас подслушали.

Кара заколебалась.

— Но в том-то и дело, месье. Я очень мало знаю о работе своего отца. И не понимаю ваших слов об опасности. Как может наш невинный разговор повредить вам?

— Простите меня, chérie, я не хотел вас обидеть. Мне казалось, вам будет приятно увидеть старого знакомого вашего отца. — И он повернулся, чтобы уйти.

Она остановила его.

— Нет, подождите. Пожалуйста, месье, простите мне мое недоверие. Я хочу знать всех друзей моего отца. Так мало людей, которые могут мне рассказать что-нибудь о нем.

Он вновь обернулся, наблюдая за ней из-под тяжелых век.

— Я буду счастлив рассказать вам все, что знаю. Может быть, — добавил он, кривя губы, — встретимся снова? Завтра?

Тщательно взвесив это предложение, она закусила губу. Этот человек каким-то образом связан с прошлым ее отца. Но его необычное поведение вызывает опасения. Он ведет себя как-то странно.

Она уже собралась согласиться на тайную встречу, когда услышала, как ее зовет Алекс. Очевидно, француз тоже услышал. Прежде чем она ответила, странный маленький человек перепрыгнул через ограду балкона и исчез в темноте сада.

Кара в изумлении глядела ему вслед. Любопытный человек.

— Вот и вы. Я искал вас повсюду. Очень нехорошо так надолго исчезать. — За ее спиной возник Алекс.

Она была слишком встревожена странной встречей, чтобы ответить. Дрожь пробрала ее до костей.

Алекс обнял ее.

— Вы совсем замерзли. Тут холодно. Пойдемте внутрь.

Благодарная за своевременную помощь, она с радостью согласилась, и они вернулись в шумный зал. При ярком свете Алекс сразу понял: что-то встревожило ее. Она была бледна как призрак.

— С вами все в порядке? — спросил он, с тревогой глядя в ее бледное лицо.

— Все будет хорошо, — ответила она со слабой улыбкой. — Но я хотела бы уехать домой, если вы не возражаете.

— Мы только что прибыли. До ужина еще бездна времени. Вас что-то встревожило, Кара. Что?

Она покачала головой, не смея открыть правду о странной встрече.

— Не будьте смешны, — заметила она небрежно. — Головная боль. Ничего больше.

Кровь бросилась Алексу в голову.

— Вы встретили кого-то на балконе? — грубо спросил он.

Пусть воображает худшее!

К несчастью, ее простодушное лицо отразило истину. Она кого-то встретила. Но вряд ли это ее любовник.

Как он мог выпустить ее из виду? Она не готова для общения с хищными светскими волками, обряженными в костюмы джентльменов.

— Кто был этот мерзавец? — рявкнул он.

Несколько человек обернулись, заинтересовавшись скандалом.

— Алекс, прошу вас, — еле слышно сказала Кара. — Вы устраиваете сцену.

— Я сделаю больше, если вы не назовете мне его грязное имя, — прошипел он.

Качая головой, она яростно прошептала:

— Вы не понимаете.

— Я понимаю, — прорычал он. — И не желаю быть рогоносцем. Особенно когда мне нельзя даже коснуться вас.

Ну и ну! Как похоже на негодяя! Допустить, что она имела полуночное свидание с любовником!

— Вы говорите смехотворные вещи.

Он знал, что она лжет. И это взбесило его сверх всякой меры. Дьявольщина! Куколка созрела для рук распутника. Ему ли не знать!

Схватив Кару за руку, он протащил ее через толпу к двери. Беспомощно семеня за ним, она едва успевала извиняться перед изумленными свидетелями сцены.

Стащив по мраморной лестнице, он практически швырнул ее в карету, так что она едва удержалась на сиденье.

Вскочив вслед за ней, он хлопнул дверцей и вперил в нее яростный взгляд. Черт возьми! Он живет как монах, а маленькая негодяйка наслаждается жизнью.

— Я вилял хвостом достаточно долго, — прорычал он. — И не собираюсь оставаться монахом, пока вы разыгрываете из себя кокетку.

— Разыгрываю кокетку? Вы сошли с ума? Как вы смеете тащить меня через весь зал и бросать в карету, как непослушного ребенка? Я в жизни не переживала такого унижения.

— Нет? — Он зловеще приподнял бровь.

— Вы действительно негодяй.

Он угрожающе склонился над ней.

— Я знаю, что сегодня вечером вы кого-то встретили. Назовите мне имя, Кара.

— Ну, — пролепетала она, испуганная его диким выражением, — вы будете жестоко разочарованы, милорд, но я не могу его назвать.

— В таком случае я сделаю собственные выводы. Есть несколько хорошо известных стервятников, которые питаются невинными женщинами, особенно молодыми вдовами и безнадежно несчастными женами. Я вызову их всех по очереди.

— Но это нелепость! Говорю же вам, я никого не встречала.

— А я Вам говорю, что вы не умеете лгать, — бросил он. — Подумайте обо всей крови, которая будет на ваших руках!

Господи, он говорит всерьез.

— Вы действительно готовы на это безумие?

— Это зависит...

— От чего?

— От вас. Что вы предпочитаете, Кара? Бессмысленное кровопролитие на заре или простое признание? Выбор за вами. Да, — добавил он с ледяной усмешкой, — забыл вам сказать, что я превосходный стрелок.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Вы свободны весь вечер, Фаулер, — коротко бросил Алекс, отпуская дворецкого.

Фаулер глянул на растрепанную Кару и пробормотал:

— Очень хорошо, милорд.

Взяв со стола свечу, Алекс повел Кару за руку вверх по лестнице к себе в кабинет. Открыв дверь, он пропустил ее вперед и проследил за ней взглядом, когда она подошла к камину погреть ледяные руки. Он не мог поверить, что невинная красавица-жена способна на обман. Однако она с кем-то встречалась на балконе, в этом он был уверен.

Поставив свечу, он подошел к ней сзади. Он стоял так близко, что она чувствовала его дыхание на шее, но он не коснулся ее.

— Взгляните на меня. — Она не шевельнулась. Тогда он взял ее за плечи и повернул к себе лицом. — Вы не ответили мне.

Она недовольно отвела взгляд. Подняв ей подбородок, он заглянул в гневные синие глаза. Настойчивый взгляд, казалось, проникал ей в душу.

— Так что же?

Кара тяжело вздохнула.

— Очень хорошо, милорд. Поскольку я не желаю быть виновницей гибели несчастных людей, застреленных в цвете молодости, у меня нет выбора. По-видимому, я должна сказать вам.