Кимберли Рэнделл - В полночный час

Валентин выпрямился и начал расхаживать по комнате.

— Но мне нужно знать это. Черт возьми! Я должен это знать! Разве я могу спокойно себя чувствовать, когда у меня на душе такое? Я не могу. Я просто не могу!

— Но ты ничего не сможешь сделать, чтобы загладить свою вину, Валентин. Это произошло так давно. Нельзя допускать, чтобы чувство вины так терзало твою душу.

— Вины? — Валентин повернулся к девушке и скептически посмотрел на нее. — Ты действительно так думаешь?

— А разве это не так?

— Боже мой! Конечно, нет, — улыбнулся Валентин. — Это надежда, Вероник, надежда.

— Ты надеешься, что это твой ребенок?

Улыбка увяла, и лицо призрака стало серьезным.

— Пойми меня правильно. Я, конечно, сожалею об обстоятельствах этого зачатия, но ребенок — мой ребенок. — Неподдельная радость согнала печаль с его сурового лица. — Я никогда не смогу сожалеть о таком замечательном чуде!

Скажи мне, кто родился — мальчик или девочка?

— Девочка.

— Дочь? — Валентин закрыл глаза, наслаждаясь этим известием. — Дочь… Я был единственным сыном в семье, — продолжил он, — последней надеждой отца на продолжение рода. Но мне не повезло, и если бы не Клэр… Может быть, Клэр… — Валентин в отчаянии потряс головой. — Мой дух не сможет успокоиться, пока я не узнаю, мой или не мой это ребенок. — Он пристально посмотрел на Веронику. — Тогда наконец я смогу пересечь границу миров и успокоиться. Тогда, и только тогда.

Эти слова заставили девушку задрожать. Валентин был временным в этом мире — сегодня здесь, а завтра уйдет.

Он был безопасным. Но от осознания возможности его ухода у Вероники неожиданно засосало под ложечкой.

Это все из-за ее работы. Она не могла позволить ему уйти, пока не закончит ее. Вероника освоила всего двадцать шагов! Кроме того, полученные знания пока не были закреплены с помощью практических занятий.

Ей нужен Валентин. И не только из-за этой курсовой работы, добавила про себя Вероника, почувствовав на своих губах его долгий пристальный взгляд и ощутив странный трепет во всем теле. Это было предвкушение, возбуждение, желание — нестерпимое, отчаянное, страстное желание. Ей хотелось сказать: я хочу тебя здесь и сейчас.

— Ну и что мы теперь будем делать? — спросил Валентин.

Вероника глубоко вздохнула и постаралась укротить свои мятежные гормоны.

— Возможно, есть еще какие-нибудь записи, которые смогут пролить свет на судьбы Клэр и Эммы.

— Эмма? — улыбнулся Валентин, словно пробуя на вкус имя дочери. — Эмма — это прекрасно.

— Я поеду в «Небесные ворота» на следующей неделе и посмотрю, что там можно найти. Тем более что в субботу утром я свободна.

Валентин посмотрел девушке в глаза.

— Спасибо тебе, Вероник.

Эти необыкновенно нежные и какие-то странно тоскливые слова задели девушку за что-то, запрятанное глубоко под се страстью и бушующими гормонами. Вероника с трудом подавила это чувство.

— Не благодари меня.

— Почему?

— Потому что у нас с тобой взаимовыгодная сделка: я помогаю тебе — ты помогаешь мне. Это только выгодная сделка.

У этого призрака нет никакого сочувствия, никакого сострадания и никаких человеческих чувств! Он просто призрак — сегодня здесь, а завтра там, — свободный от всяких условностей призрак.

— Так что у нас запланировано на сегодняшний вечер. профессор любви?

Озорная усмешка появилась на красивом лице Валентина, и сердце Вероники забилось в предвкушении.

— Поцелуи! — объявил призрак.

— Но я думала, что мы уже прошли поцелуи вчера вечером.

— Да, но сегодня будут практические занятия.

— Этого только не хватало! — воскликнула девушка через десять минут практических занятий, когда к ней в дверь постучал Дэнни.

— Что такое с тобой стряслось? — спросил Дэнни, когда Вероника впустила его в квартиру.

— Стряслось?

— Ну да. Ты же сама позвонила мне на автоответчик и сказала, что тебе требуется помощь и чтобы я сразу же шел к тебе. Я подумал, что ты заболела. Твой голос показался мне очень… странным и осипшим.

— Ну погоди, я еще с тобой разберусь! — тихо прошептала Вероника в сторону.

— Что ты сказала?

Девушка кашлянула:

— Я… я сказала, что мне просто показалось, будто я простудилась.

— Тогда в чем же заключается твоя чрезвычайная ситуация?

— Я… э-э… заказала пиццу и не хочу есть ее в одиночестве.

Дэннц озадаченно взглянул на Веронику;

— Пицца? И это твоя чрезвычайная ситуация?

— Еще мне показалось, что я слышала шум.

— И ты позвонила мне? — Юноша подозрительно осмотрелся и перешел на шепот. — Но я не подхожу для таких вещей, Ронни. Тебе надо было позвонить в полицию.

— Да все нормально, Дэнни! Оказалось, что это была просто… м-м… Принглз. Я нашла ее, но уже после того, как позвонила тебе. Поэтому я решила предложить тебе отведать пиццы в качестве компенсации за то, что вытащила тебя из дома в столь поздний час. — Вероника взглянула на часы — половина первого. — Эй, а разве тебе сейчас не надо заниматься с Вандой?

— Я уже занимался с ней, но потом ушел, потому что мне надо было идти к ветеринару. Мой пес заболел гриппом.

— Но у тебя нет собаки.

— Я знаю.

— А кроме того, я не слышала, чтобы — собаки болели гриппом.

— Ванда тоже не слышала. Так что тебе повезло, иначе пришлось бы есть пиццу одной. — Дэнни направился к холодильнику, достал апельсиновый сок и отпил прямо из пакета Заметив, как нахмурилась девушка, он добавил:

— Не переживай, я куплю тебе другой. — Потом юноша сделал еще один огромный глоток. — Черт возьми, это у тебя так жарко или просто у меня жар?

— Несомненно, это у тебя жар, — улыбнулась Вероника. — Неужели ты так и не сказал Ванде о своих чувствах?

— А разве стал бы я выдумывать байку о несуществующей собаке и ветеринаре, если бы сказал?

— Знаешь, Дэнни, Ванда на самом деле могла бы удивить тебя. Вдруг она тоже любит тебя и просто не знает, как тебе об этом сказать?

— Может, так, а может, и нет. Причем второе гораздо более вероятно, чем первое. Итак, когда же будет пицца? — Юноша включил телевизор и развалился в кресле.

— Чего же ты ждешь? — раздался над ухом Вероники шепот Валентина. Девушка обернулась и увидела, что призрак стоит прямо перед ней.

— Исчезни отсюда!

— Он не может меня видеть. Меня могут видеть только те, кто верит в меня, — напомнил ей Валентин.

Девушка повернулась к Дэнни и увидела, что тот смотрит на нее вопрошающим взглядом.

— Ты что-то сказала?

— Э… я спрашиваю, может, тебя угостить пивом?

— А я и не знал, что у тебя есть пиво.

— У меня его нет, но если бы было, то я обязательно угостила бы тебя.