Кимберли Рэнделл - В полночный час

Однако девушке все-таки пришлось отложить применение полученных знаний на незнакомых и ни о чем не подозревающих мужчинах. Но она сделала это вовсе не потому, что испугалась предупреждения Валентина об опасности «роковой привлекательности». Вероника просто слишком уставала и вообще была слишком занята, пытаясь отыскать сведения о жизни Клэр Уилбур для своего призрака.

Ее поиски начались с нескольких телефонных звонков насчет некоторых документов, которые могли бы помочь ей. Сначала Вероника позвонила в канцелярию областного суда Лафайетта, где ее отослали в статистическое управление Нового Орлеана. Там девушке сказали, что ей нужно обратиться в архив актов гражданского состояния Луизианы, располагающийся в городе Батон-Руж. В пятницу она узнала, что в архивах хранятся все свидетельства о рождениях и смертях, браках и разводах, акты переписи населения и другие документы округа Орлеан — современного Нового Орлеана и его окрестностей — с 1790 года до середины двадцатого века.

Вероника могла запросить копию свидетельства о рождении Клэр по почте и подождать требуемые три-четыре недели или отпроситься в субботу на половину дня в библиотеке и рано утром поехать прямо в Батон-Руж.

Двухчасовая поездка на автомобиле показалась ей лучшим вариантом, особенно если учесть, что она не знала, с чем ей придется там столкнуться. Что, если там не окажется свидетельства о смерти Клэр? Что, если там окажутся сведения о ребенке? Если Вероника будет там лично, то она сможет получить больше информации — в зависимости от своих находок.

Решение было принято. В пятницу после вчерашней смены девушка сразу же рухнула на кровать, как только зашла к себе в квартиру. Как обычно, Валентин разбудил ее в полночь для следующего урока.

— Сегодня вечером не получится, — сказала Вероника, спрятав голову под подушку. — У меня болит голова.

— Тогда я заварю тебе чаю. — Валентин направился на кухню.

— Лучше приготовь кофе! — крикнула девушка ему вдогонку. — Черного — и через несколько минут я буду бодра и весела.

Попробовав густой горький напиток, она скривилась:

— Ну и гадость!

— Давай положу тебе сахара.

— Нет, мне нужен именно такой. — Вероника зажала нос и сделала огромный глоток ужасного напитка. После четвертой чашки она действительно смогла разлепить веки и комната больше не расплывалась у нес перед пазами. — Гораздо лучше. Так что нас ждет сегодня вечером?

— Сегодня вечером мы перейдем к поцелуям.

— Наконец-то! — Вероника закрыла глаза и зажмурилась. — Я готова.

— Не совсем. — Валентин вложил ей в руки тетрадь и ручку. — Вот теперь ты готова, милочка.

— Я думала, что мы будем целоваться.

— Мы будем писать о поцелуях, — сказал призрак и начал расхаживать по комнате. — Так вот, есть несколько видов поцелуев: легкое прикосновение закрытыми губами, «поцелуй бабочки», страстный поцелуй…

Валентин остановился и пристально посмотрел на Веронику:

— Ты не записываешь.

— На самом деле я надеялась на маленькую демонстрацию. — В голосе девушки слышалась мольба — горячая, отчаянная мольба. Вероника, не отрываясь, смотрела на рот Валентина, на его слегка выдающуюся вперед нижнюю губу. У него были необыкновенно прекрасные губы для мужчины — чувственные губы. — Я лучше запоминаю материал, когда могу прочувствовать его на практических занятиях своими руками… вернее, своими губами.

Валет ин задумался, затем нахмурился и сердито посмотрел на девушку. Наверное, эта идея не показалась ему слишком хорошей, потому что он снова начал расхаживать по комнате и рассказывать о поцелуях, почти не обращая внимания на Веронику.

«Вечно мне не везет», — думала девушка, забираясь в кровать. Прошло уже довольно много времени после того, как Валентин растворился в воздухе, оставив Веронику в компании с неудовлетворенными гормонами и мечтами.

Но от этой компании ей не было совершенно никакого проку. Всегда девушке доставалось одно и то же, а она была готова для большего и желала получить его.

Черт возьми, когда Вероника наконец-то решила предаться удовольствиям, она обнаружила, что объект ее вожделения обладает несгибаемой волей! Призрак с железной силой воли и правилом «не прикасаться к девственницам».

А вдруг он тоже размышляет о своем невезении?

Да, Валентину определенно не повезло в жизни еще больше, чем ей.

Вероника пришла к этому выводу, находясь на цокольном этаже здания архива актов гражданского состояния Луизианы в Батон-Руже и изучая свидетельство о смерти на экране аппарата для просмотра микрофильмов. Выяснив судьбу Клэр, она решила поискать сведения о Валентине и нашла свидетельство о его смерти.

Валентин был убит.

Девушка чувствовала себя так, словно кто-то подло ударил ее в живот.

Но тут вмешался ее внутренний голос, напомнив, что все это случилось сто пятьдесят лет назад и фактически стало древней историей. Все должны когда-то умереть, а убийства были обычным делом, газеты постоянно писали о таких случаях.

Этот факт немного утешил ее. Но это был не какой-то незнакомый человек, о котором она случайно прочитала в газете, — это был Валентин.

Призрак, успокоила себя Вероника, просто призрак.

Но сто пятьдесят лет назад он был настоящим, живым человеком…

— Ты был убит! — выпалила девушка, влетев поздно вечером в квартиру после восьмичасовой смены в библиотеке и пронзив Валентина обвиняющим взглядом.

Валентин сидел в кресле, вытянув перед собой длинные ноги и скрестив их. Призрак выглядел таким красивым, таким живым, таким настоящим…

Вероника тряхнула головой, отгоняя прочь смущающие ее мысли, и дала волю своему раздражению.

— Почему ты не сказал мне об этом?

Валентин выключил телевизор и повернулся к ней:

— Ты никогда не спрашивала меня, милая.

Она действительно не спрашивала. С того самого момента, когда Валентин впервые появился перед ней, девушка ни разу не спросила его о прошлом — о том, каким он был человеком… раньше. Он появился как сон, потом превратился в призрака, и Вероника решила смириться с таким положением вещей.

Но чем больше она узнавала его, тем более настоящим он казался — более соблазнительным и поэтому более опасным.

«Не спрашивай, — сказала себе девушка. — Просто оставь все как есть, не открывай рта и займись своими собственными проблемами: учебой, работой и планами на будущее».

— Что же случилось? — Неужели этот печальный, озабоченный голос — ее собственный? Черт возьми, так оно и есть. И хуже того: он полностью отражает ее чувства.

— Ты и в самом деле хочешь это узнать?