Симона Элькелес - Возвращаясь в рай

потому что он следует

за мной.

- Да ладно, Калеб. Имей совесть. Думай о нас, как о Фреди и Барни, Бени и Джери, Тельме

и Луизе. Ты знаешь,

что хочешь.

Я останавливаюсь и смотрю прямо на Ленни.

- Тельма и Луиза умерли в конце фильма. Они умерли, держась за руки. Это не заставило

тебя заплакать?

- Нет. Ты все еще должен обнять меня, помнишь?

- Нет, не помню.

- Так ты собираешься оставить меня здесь в затруднительном положении? Что, боишься, я

ограничу твой

образ жизни?

- У меня нет образа жизни, Ленни. Иди домой. У тебя же есть дом, да? - он не ответил. -

Ты сказал Деймону,

что едешь домой.

- Я солгал.

Дерьмо.

- Если ты еще не сообразил, у меня нет дома, куда бы я мог пойти. Я собираюсь в

палаточный лагерь, там по крайней мере место, где можно совершить четыре действия:

туалет, душ, побриться и поспать.

- Круто.

- Нет ничего крутого в этом, - говорю я Ленни.

Он похож на проклятую беспризорную собаку, которая следует за мной. Смотрю на него.

Обычно он быстрый на

дерзкие выражения, но не сейчас. Сейчас он выглядит встревоженным, как будто он

боится, что я собираюсь угробить его и оставить одного.

Я продолжаю идти, чувствуя дежа вю. Мэгги тоже следовала за мной, и посмотрите, куда

это привело меня.

Ленни идет около меня. Я не говорю ему отстать, потому что я думаю, что парень боится

оставаться один.

- Спасибо, Калеб. - говорит он через некоторое время.

- Только … не беси меня, - говорю я ему.

- Я не буду. Я обещаю.

Нам потребовался почти час, чтобы дойти до Счастливого кемпинга туристов. Я

регистрируюсь и плачу леди в

офисе кемпинга за место, которое обходится мне в семь долларов за день. Это стоило бы

мне двадцать два

доллара, если б я потребовал ванну, но мне ,вполне пойдет общий душ.

Как бы не было дешево это место, я должен найти наличные. В Иллинойсе как только

заканчивается лето, зима

тут же начинает активно подкрадываться. Я отморожу свою задницу и умру, если не

отправлюсь к тому

времени в Аризону.

Уже в сумерках мы покупаем пару хот-догов в маленьком местном магазинчике, семья,

которая расположилась

недалеко от нас, дает нам немного дров для растопки огня. Люблю великодушных

туристов.

После того, как я помылся в общей душевой Счастливого кемпинга туристов, я вытаскиваю

легкое одеяло,

которое я купил, когда жил в местечке Рио.

- Держи, - сказал я, передавая его Ленни.

- Я в порядке, - отвечает он.

Я смотрю, как Ленни сворачивает одну из своих рубашек в подушку, затем вытаскивает

пару треников от

своего спортивного костюма и кладет себе на лицо, оборачивая вокруг своего рта.

- Какого черта ты надел штаны на голову? - Спрашиваю я.- Ты дурацки выглядишь.

- Я не рискну вновь обгореть и получить комариные укусы на лице. Они не стиранные,

но…

- Нет, спасибо. - Только от одной мысли мне хочется блевать.

Слава богу, нам выделили место для лагеря, покрытое травой. Я расстелил одеяло на

земле. Со спальным мешком было бы классно, но я счастлив иметь небольшой кусок

земли для ночлега, не опасаясь быль арестованным полицейскими или потревоженным

другими бездомными.

- В самом деле, Ленни, почему ты здесь? - спрашиваю я. - Я серьёзно, дружище, что у тебя

за история?

- У меня нет истории, - говорит Ленни, поднимая штаны со своего лица. - Ты слышал, что я

рассказывал в

последние четыре недели во всех отвратительных деталях. Я напился, угнал машину и

загнал её в озеро.

Конец истории.

Он повернулся ко мне спиной, а лицом в противоположном направлении.

Я смотрю на небо, звезды и Луну, освещающие всю эту бесконечную Вселенную. Где бы

ни была Мэгги, в Раю

или в Испании, она будет смотреть на эту же Луну и на эти же звезды.

Будет ли она хоть когда-нибудь вспоминать меня? Будет ли думать о той ночи, что мы

провели в замке или о

прошлой ночи, когда мы спали в объятиях друг друга? Или она будет вспоминать те

моменты, когда мы

ссорились и пытались оттолкнуть друг друга как можно дальше, потому что так было

проще, чем признать и

принять то, что происходило между нами?

Черт. Мне лучше собраться и забыть о Мэгги Армстронг. Моя жизнь здесь, на этом

маленьком клочке земли,

арендованном за семь долларов… Я смотрю на Ленни… и видимо моя жизнь не станет

лучше в ближайшее время.

Самая жуткая пытка сейчас – это знание, что вряд ли удастся поспать. Когда все стихает, и

я просто лежу ночью, именно тогда мой разум возвращается к тем вещам, о которых я не

имею права думать.

- Это была машина парня моей мамы, - говорит Ленни, его голос прорывается сквозь

тишину.

Последний час он был настолько тихим, что я подумал, будто он уснул. Я полагаю, мне

следовало бы догадаться, поскольку он не храпел.

- Он собрал вещи и оставил ее пять лет назад, и я подумал, что он ушел навсегда. Я не мог

поверить, что она приняла его обратно. Хочешь знать, что он делал?

- Ты не должен говорить мне.

Я не сую нос в чужие дела, потому что не хочу, чтобы другие совались в мои. Я смотрю на

Ленни, который положил

ладони на глаза. Я никогда не видел его таким серьезным.

- Он прикасался ко мне, когда мамы не было дома.

– Черт возьми, Ленни. Это полное дерьмо. Расскажи мне об этом.

Тишина заполняет пространство, и он молчит какое-то время.

– Сначала я, правда, не понимал, что происходит, как будто мой мозг был оторван от

реальности. Мне было

всего двенадцать, когда это началось. К тому времени, как этот мудак свалил, я просто

хотел стереть его из

головы и забыть, словно ничего и не было. Я никому не рассказывал. Но, когда он

появился в марте, и мама

сказала, что предложила ему жить с нами, я испугался.

– Ты рассказал матери о том, что он с тобой сделал?

– Да, но она сильно разозлилась и назвала меня лжецом. В первую ночь, когда он

вернулся, я напился, украл

его машину и заехал в озеро. Мама даже не пришла на суд. Я слышал, что она вышла

замуж за этого хрена.

Деймон сказал, что я могу присоединиться к «Перезагрузке» вместо того, чтобы сидеть в

тюрьме. Я обещал

ему, что вернусь домой и решу все проблемы с матерью, но этого никогда не случится.

Она решила поверить