Линда Уиздом - Незваный гость

Когда она появилась на кухне, Тревис накрывал на стол. Он поставил графин с вином и тарелку с булочками.

– Не волнуйся, я ничего не разогревал в печи, – сказал он и налил вино в бокал.

Кали попробовала суп и поняла, что это куриная лапша, стоявшая в холодильнике вместе с булочками. Она не была голодна, но знала, что ей нужно поесть, чтобы головная боль, наконец прошла.

– А почему ты ничего не ешь? – поинтересовалась она, когда Тревис сел напротив нее.

– Я пообедал несколько часов назад.

Только тогда Кали поглядела на часы и обмерла – время приближалось к полуночи.

– Надеюсь, что мне все-таки удастся заснуть после столь позднего обеда, – с сомнением сказала она.

– Если так, то ты сможешь насладиться отличным мясом. Я очень старался и, по-моему, неплохо его зажарил, Кади посмотрела на микроволновую печь, заставленную полуфабрикатами, а после перевела взгляд на Тревиса.

– Да, я вижу, ты долго раздумывал, что приготовить. – Ей захотелось его немного поддразнить.

Он с облегчением вздохнул. Кали проснулась в лучшем настроении, чем он предполагал. Возможно, ее ненависть к нему, бушевавшая вечером, исчезла и больше не проявится.

Кали съела суп, булочку, выпила вино и откинулась в кресле.

– То, что ты сделал со мной, было чудовищно, – без церемоний заявила она. – Я поняла, почему ты так поступил, но сочувствия ты от меня не дождешься.

– Я на это и не рассчитывал.

– Какой же ты подонок!

– Да, но в равной мере любящий тебя мужчина.

Кали ждала от него иного ответа. Она с удивлением посмотрела на Тревиса, подумав, уж не ослышалась ли она. Но потом поняла, что не ослышалась, и это ее испугало.

Глава 10

Кали не просила Тревиса повторить последние слова, да и он не стал себя утруждать. Когда утро, наконец настало, она все еще была под впечатлением и не могла опомниться от его признания. Меньше всего она ожидала, что он скажет ей о своей любви. О вожделении, о страсти, это она допускала, но не о любви.

– О нет, мадам, сегодня за руль сяду я, – заявил Тревис, когда Кали сообщила, что ей нужно съездить в город за почтой. – Я надеюсь дожить до следующего дня рождения. К тому же я устал трястись и думать, что мой желудок вот-вот подскочит куда-то к горлу.

– Отлично. – Она сунула ключи от машины ему в руку и устроилась на сиденье сзади.

Тревис прекрасно знал, почему Кали была так сдержанна, пока они медленно ехали в город. Он признался ей в любви и, возможно, она просто не знает, как реагировать на обрушившуюся на нее новость. Все-таки ему надо было объяснить, что его чувства серьезны. Это не просто вспышка страсти, несколько ночей в постели, а затем – «Прощай, дорогая, созвонимся позже», как это случалось сплошь и рядом в кругу его знакомых. Как бы то ни было, он обязан убедить ее, что это не пустые слова.

Он последовал указанию Кали и притормозил джип на грязном клочке земли за магазином Дж. С.

– Я хочу забежать к Милли, вдруг у нее есть булочки с корицей, – пояснила она, выскочив из машины. – Она их отлично печет. Обычно я запасаюсь ими и кладу в холодильник. – Кали кивнула в сторону маленькой булочной.

– Я думал, что женщины в этом городке пекут булочки сами, – заметил Тревис и двинулся вслед за Кали.

– Так оно и есть, но у Милли свои особые рецепты, которые она держит в секрете.

Кали смутилась, когда к ним приблизилась пожилая пара. Она вымученно улыбнулась, в ее глазах улавливалось волнение.

– Привет, Том. Доброе утро, Сара.

Если бы взгляды способны были убивать, то Кали уже лежала бы на земле бездыханным телом. Они холодно посмотрели на нее, а выражение их лиц стало откровенно злобным.

– Из-за тебя мы лишились сына, Каллион. Надеюсь, ты не доставишь горя еще одной матери, – ядовито проговорила женщина, не спуская глаз с Тревиса, и вошла в магазин.

Кали побледнела и закусила губу. Она схватила Тревиса за руку и не отпускала его.

– Я… я не знаю, нужны ли мне булочки с корицей, – прошептала она и отвернулась.

Тревис заметил, как несколько женщин, увидев его с Кали, собрались в кружок и принялись негромко обсуждать их появление. Нетрудно было догадаться, о чем они говорили.

– Пойдем к Дж. С., – предложил он.

Кали покачала головой.

– Нет, я хочу вернуться домой.

Тревис положил ей руки на плечи и тихо сказал, глядя прямо в глаза:

– Мы сейчас же пойдем к Дж. С., и ты будешь вести себя так, словно ничего не случилось.

– Я не могу, – непослушными губами прошептала она.

– Можешь. И обязательно сделаешь. – Он подтолкнул ее к входу в магазин и провел внутрь.

Кали затаила дыхание и оглядела зал, обнаружив, что он пуст, если не считать его владельца.

– Привет, Дж. С. – Она заставила себя улыбнуться. – Как поживаешь?

– Неплохо, если бы не проклятый артрит. Он меня совсем измучил, – проворчал старик, вышел из-за прилавка и поцеловал ее в щеку.

Он сразу заметил смятение Кали.

– Отчего это ты так расстроилась?

Кали попыталась беспечно улыбнуться.

– Со мной все в порядке, Дж. С.

– Нам только что встретились некие Том и Сара. – Тревис назвал их по имени, хотя сразу догадался, кто они такие.

Дж. С. тяжело вздохнул.

– Они убиты горем, и для них существует лишь одна сторона медали. – Он повернулся к Тревису. – Это родители Гаролда. Они всегда обвиняли Кали, что она увела у них сына. Так и не поняли, что это он рвался отсюда изо всех сил. Впрочем, и она тоже. Но он считал себя лучше других, а ее ни во что не ставил. – Дж. С. крепко обнял Кали. – А еще они возненавидели ее за то, что она добилась ордера на его арест, если он вернется в страну. Думают, что она вынудила его скрыться. А то, что он увез с собой Черил, для них в порядке вещей.

– Они считают, что по моей вине лишились сына, но забывают, что я потеряла дочь, – прошептала она.

Все трое несколько минут молчали, потом Дж. С. тяжело поднялся.

– Дай-ка я посмотрю твой список и подберу, что у меня есть. Кстати, я получил для вас письма. – Он взял список и скрылся за дверью.

Кали принялась нервно расхаживать по магазину, пока Дж. С. наполнял пакеты и разбирал почту. Она увлеклась просмотром новых книг и не заметила, как Дж. С. кивнул Тревису и провел его в заднюю комнату.

– Надеюсь, что я ошибся, – сказал он, понизив голос, и протянул Тревису конверт с иностранной маркой. – Но, если я прав, не оставляй Кали одну, когда она его откроет. А лучше не показывай до поры до времени.

Тревис поглядел на темно-синие неразборчивые строки на голубой бумаге. Обратного адреса не было, но тревожное чувство, охватившее его, подсказало, кто послал это письмо.

– Вы правы, – медленно проговорил Тревис, продолжая смотреть на конверт. – После всего происшедшего ее надо поберечь.