Пьер Рей - Вдова

Рони услышал только то, что хотел услышать — она сказала: «Когда хочу…»— и ухватился за эти слова как утопающий за соломинку, стараясь как можно спокойнее и мягче спросить о главном.

— Значит, тебе хотелось переспать со мной?

— Да.

Ему бы остановиться, но он не удержался и задал следующий вопрос:

— Почему?

Лон весело рассмеялась.

— Ну не за твои же красивые глаза! А чтобы достать мою мать.

Рони ощутил, как к горлу подкатывает тошнота. Если опустить голову, то его вывернет прямо на ковер.

— Ты… Ты ей об этом расскажешь?

— Конечно… Попробуй только не дать мне денег. Перед его глазами закачалась стена, заплясало окно…

И потом все разом рухнуло и исчезло.

Вопли Джереми ударили по ее барабанным перепонкам. От неожиданности Пегги дернулась, откинула голову назад. Зернышко икры сорвалось с ее волос на грудь и соскользнуло на кровать.

— Она вернулась? — рычал Джереми.

— Черт тебя подери! — взбесилась Пегги, глядя на жирное пятно на простыни.

— Что ты там бормочешь?

Пегги резко смахнула остатки икры тыльной стороной ладони. Несколько икринок с размаху прилепились к бледно-розовому абажуру.

— Я говорю: черт тебя подери! — повторила Пегги. — И прими, пожалуйста, к сведению: мне наплевать, вернулась она или нет. Но если ты не сменишь тон, то очень скоро об этом пожалеешь!

— Ах так! Зачем ваша милость таскалась к Арчибальду Найту с этой стервой Нат? Тебе мало вонючих арабов? Нужно было еще откопать и эту старую мумию.

Пегги схватила с подноса кофейник и шарахнула им об стену. Задыхаясь от ярости, она затараторила со скоростью пулемета, выплескивая из себя все, что в данный момент приходило в голову. В другое время она, возможно, и не решилась бы говорить о подобных вещах, но сейчас ее понесло.

— Ты что, за мной шпионишь? Отлично! Тогда разреши сообщить последнюю новость: я выхожу замуж!

На другом конце провода воцарилось молчание.

Пегги наслаждалась произведенным эффектом. В своем воображении она даже слышала, как скрипят, тяжело поворачиваясь, извилины Джереми, обдумывая услышанное.

— Повтори-ка!

— Не притворяйся! Ты прекрасно слышал! Я выхожу замуж!

— За араба или за эту столетнюю рухлядь?

— За кого прикажете? Больше я не могу себя содержать сама!

— Пегги, Пегги! Ты сошла с ума!

— Зарплаты у Аттилио мне, по-твоему, хватает, да?

— Пегги! — патетически воскликнул Джереми, окончательно сдаваясь. — Мы готовы тебе помочь! Честное слово!

— Прибереги эту милостыню для своей партии!

— Пегги!

— И не трать денег на свадебные подарки, я вышвырну их в мусорную корзину.

Обессиленная схваткой, она швырнула телефонную трубку. Что ж, придется для правдоподобности подкрепить слова делом. Эта невероятная помолвка должна состояться! Только бы у Арчибальда Найта не хватило свинства испортить ее затею. Все должно решиться в ближайшие дни.

Глава 6

Это было ужасно. Что ни придумывай — не поможет: его приперли к стенке. Если он даст девчонке денег, Пегги рано или поздно обвинит его в содействии побегу дочери. Если Лон денег не получит, то расскажет матери о том, что переспала с ним. И в том и в другом случае его не похвалят. И тогда, как и все слабохарактерные люди, Рони решил сложить руки и положиться на волю судьбы. Будь что будет. Может быть, Лон блефует? Ну что же, эта выяснить не трудно. И он произнес довольно твердо:

— Я не могу одолжить тебе эти деньги. Твоя мать обвинит меня в том, что я потакаю твоим причудам.

— Предпочитаешь, чтобы она обвинила тебя в изнасиловании?

Рони побагровел.

— Это ложь! Ты сама залезла ко мне в постель.

Лон рассмеялась.

— Ну и бред! Подумайте, семнадцатилетняя девушка совратила пятидесятилетнего мужика!

— Но это же правда!

— Между нами говоря, ты совершенно прав. Только кто тебе поверит? Все, у меня время не резиновое. Даешь мне пятнадцать тысяч? Да или нет?

Рони уперся с отчаянной храбростью труса.

— Нет.

— Отлично, у тебя был выбор. Я звоню Пегги.

Ему бы в эту минуту закричать, заспорить, обнять ее, ударить, попытаться переубедить — словом, хоть что-нибудь сделать. Но Рони даже не пошевелился. Словно в кошмарном сне он увидел, как Лон сняла телефонную трубку, набрала номер и сказала спокойным и уверенным голосом:

— Эмили! Это Чарлен! Пригласите, пожалуйста, маму.

В присутствии матери Джереми всегда чувствовал себя трехлетним ребенком. Допусти он хоть какую ошибку, она, не задумываясь, влепила бы сыну пощечину, что Джереми даже и не удивило бы. Железная леди, воспитанная на железных принципах — Господь Бог, Деньги и Абсолютная власть, — Вирджиния Балтимор не допускала, чтобы дети, плоть от плоти ее, были людьми иной закалки.

— Мой бедный мальчик! Все это так несерьезно.

— Мама, сейчас не те времена. В наши дни политика совсем иная — она куда жестче и беспощаднее!

Мать рассмеялась.

— Скажите пожалуйста! По-твоему, то положение, которое ты занимаешь с рождения, — игра случая? «Сначала мы!» — вот что было девизом твоего деда, великого Стивена Балтимора I. — Подбородок Вирджинии дернулся по направлению к портрету основателя династии, висевшему на стене над многочисленными изображениями членов клана Балтиморов. — И ты полагаешь, что твой отец… — Новое движение подбородка. Старая женщина перекрестилась, — …достиг вершин власти по счастливой случайности? Цель оправдывает любые средства! Цель и слава Господня!

— Мама…

— Знаешь, как мы с твоим отцом представляли вашу карьеру… Скотт должен был занимать пост президента с 1961 по 1969 год. После него Питер — до 1977.

— Но мама… Скотта убили. А Питер умер!

Она смерила его холодным презрительным взглядом.

— На все воля Божья. Ни Скотт, ни Питер не искали смерти. Ты же должен был победить на следующих выборах и продержаться у власти до 1985 года. Мне бы дожить до того момента, когда к власти придет Кристофер Балтимор III, мой внук…

— Мама! Наша судьба не всегда в нашей власти!

— Ерунда! Наша воля сильнее любых поворотов судьбы!

— Все не так просто, — пробормотал Джереми.

— А я что говорю? В противном случае на президентском месте мог бы оказаться самый распоследний негр. К Пегги у меня нет ни капельки уважения, что я не раз повторяла твоему брату. Сейчас речь о тебе. Твоя партия должна победить на выборах! Если Пегги можно нейтрализовать, сунув ей чек, — так в чем же дело? И поосторожнее с Арчибальдом Найтом — это еще тот обольститель!