Клеймо бандита - Любовь Попова

В голове что — то перемкнуло. Потому что после этого случая она с ним видеться отказалась. Даже после того видео. Даже обиженная. Она все равно держит его на расстоянии. Неужели реально меня ждет?

Я закрываю глаза, легко представляя ее в ее комнате в общаге. Так же легко могу ее представить у себя дома. В постели. Стонущей мое имя.

Хочу ее себе.

Ту, которая не повелась на цветочки и красивые слова петушка, которого я к ней приставил, а оставила его и пришла ко мне.

Пришла ко мне несмотря на все то дерьмо, что я с ней творил. А возможно еще натворю, потому что порой не могу себя контролировать. Даже бокс не помогает. С ней нихера не помогает.

— А может клин клином? — интересуется Рус.

— Да пытался я трахать других баб, старался найти даже чтобы похоже было. Но ощущения не те. Словно кола без калорий. Ты вроде вкус чувствуешь, но понимаешь, что все не то.

— Тогда пора шевелить мозгами и подумать, что ты можешь сделать, чтобы она была с тобой, а ты не трясся над тем что ее похитят.

— Как сделать так, чтобы никто не посмел трогать девочку Абрамова? Как сделать так, чтобы никто не посмел даже подумать об этом.

Меня бояться, но слабости не простят.

Значит нужно запугать так, чтобы никто не посмел меня тронуть. Тронуть Соню.

И идея есть. Дикая. Ненормальная. И я уверен, что если однажды Соня узнает, что она принадлежит мне, то просто убьёт меня любым предметом, который попадется ей в руку.

И будет права. Такие как я не имеют прав на существование, такие как я не имеют права иметь семью и детей.

— Не знаю зачем это Русу, но в голове все встало на свои места.

Я потерял вкус к новым свершениям, а Соня мне его вернет. И пусть ей это не понравится.

Соне не повезло, потому что я эгоист до мозга костей. Ей не повезло, что она стала моей навязчивой идеей.

Ей не повезло, что она сама на мне подзависла. Хотя эта мысль и вызывает дичайшую жажду пойти к ней и взять то, что она так настойчиво предлагала мне в пятницу. Просто стоя там, на ветру, в своей новой курточке и белых кроссовках, которые она так любит рассматривать.

Со мной у нее будет много обуви, которую она так полюбила.

И каждый раз я буду ее трахать в разной обуви. Меня вставляют одинаково на ней кроссовки и туфли на каблуке. С ее ногами что угодно будет смотреться охуенно.

Жму руку Руса. Нахожу взглядом Матвея и прямиком иду к нему, одновременно набирая Соне.

Соня все еще обижена на меня и на мои редкие смс не отвечает.

Обижена на то видео, где я пялил одну шлюшку. Оно давно у меня было в телефоне. Сучку нужно было проверить на верность, и я проверил на себе и отправил видео ее тогда еще мужу. Сам не знаю, зачем сохранил. Но пригодилось.

— Соня трубку не берет.

— А должна? — Матвей колотит грушу. — Сейчас выясню, где она.

Он хмурится.

— Чего там?

— Она взяла билет на электричку до своей деревни. Через пол часа отправление. Сумка небольшая. Так что долго задерживаться не собирается.

А чего вдруг к родственникам сейчас? Она вроде перестала матери деньги отсылать. Нахер едет?

— Абрам, ты с ней спалишься.

— Разберусь. Скинь мне маршрут электрички. Я ее на станции ближайшей сниму.

* * *

Глава 26

*** Соня ***

За окном проносились деревья и маленькие деревенские домики. Раньше мне нравилось смотреть на природу Ленинградской области. Особенно снегом припорошенную.

А теперь мне дико хочется вернуться в город.

Выйти на работу.

Погулять по набережной.

Снова сесть за парту и слушать лекцию. Даже порой скучную.

А ещё ждать смс. Новое. Любое. От него. И пусть моя поездка ненадолго, но я уже скучаю по городской суете.

А может все дело в том, что я не хочу ехать домой.

Туда, где прошло мое детство, где я никогда не была счастлива. Даже странно, что сейчас я гораздо счастливее после всего, что со мной произошло.

Особенно при мысли, что Абрамов наблюдает.

Это знание приятно греет, хотя я и понимаю, что это временное явление. Уверена, что скоро в его жизни появится новая девушка, которая с лёгкостью затмит воспоминания обо мне. А может уже появилась. Та например, что была на видео.

При мысли об этом, в горле разливается неприятная горечь, как после крепкого чая.

Но я сглатываю ее и прикрываю глаза. Это все равно лучше, чем думать о том, что ждёт меня у матери.

Меня дёргает вперёд, так что приходится свою книгу крепче схватить. Электричка затормозила на очередной станции в таком же безликом поселке, в котором жила я.

В этом даже дома столь же печальные, как и все вокруг. Прям дежавю, от которого мурашки по коже. Не хочу возвращаться, пусть даже ненадолго. Судя по звуку, открылись двери, впустив морозный воздух.

В области температура всегда на несколько градусов ниже. Я кутаюсь в куртку и накручиваю шарф. Но меня все равно морозит настолько, что немеют пальцы, словно в предчувствии чего — то.

А потом я слышу шаги, твердые, словно кто-то гвозди мне в нервные окончания вбивает.

Но это ничто по сравнению с запахом ели и ментоловых сигарет, который буквально с ног сшибает.

Я закрываю глаза, смотря в окно и уже вижу, как в нем отражается темный силуэт словно из ниоткуда возникшего всадника апокалипсиса.

Живот крутит от волнения, в горле собирается тошнота, потому что я знаю, что несмотря на всю абсурдность и фантастичность, его появления здесь — это он. Мой апокалипсис. Моя личная 3атасворыа. Мой стокгольмский синдром. Абрамов Захар. Здесь.

Я всё понимаю. У меня даже мысли нет сбегать. Поэтому я спокойно поворачиваю голову и встречаюсь с темным тяжёлым взглядом, пробегающим по мне, обжигая ментально огненной плетью. В долгу не остаюсь и быстро осматриваю его на предмет малейших изменений. Волосы он решил окончательно отращивать, судя по всему бороду тоже.

Я вижу краем глаза, что он привлек не только мое внимание. На него смотрит и мать с ребенком, словно он планирует его сожрать. И старушка напротив меня, и даже парни в конце полупустого вагона. Все его боятся, но даже не понимают, насколько в действительности он страшный человек. А мне не