Ляля для босса. Это наша дочь! - Саяна Горская

маршруту, который выбрал для себя много лет назад, что перестроиться теперь сложно.

Как там это делается-то? Как намерения обозначаются?

Просто ходить рядом и рычать – это не подкат. Это лажа какая-то.

А красиво я не очень умею.

Потому что обычно отношения с женщинами у меня строятся на прагматизме и простом желании удовлетворить физические потребности. Варя же удовлетворят потребность иную – глубокую и очень болезненную.

Когда ты пол жизни живёшь с установкой, что на построение крепких романтических связей ты не способен, то сложно убедить себя в обратном. К тому же, Варя молодая и красивая, у неё вся жизнь впереди. С какой стати ей вообще связываться со мной?

Нет, я, конечно, ещё огонь.

Однако, что будет через двадцать лет?

Мда, жопа какая-то.

Варя сидит рядом, молчит, смотрит в окно. Её пальцы лежат на коленях, она изредка теребит край пальто. Вся в себе.

И чем ближе к дому мы подъезжаем, тем глубже в себя проваливается Варя.

Тёма на заднем сиденье увлечённо что-то листает в телефоне.

Соня дремлет, тихо посапывая.

Паркуюсь у шлагбаума.

Варя, не поднимая на меня глаз, открывает дверь и выходит. Словно в трансе каком-то.

Открывает заднюю дверь, забирает Соньку.

– Варвара, до свидания? – Недовольно хмурюсь.

– А? А… Да, извините… До свидания.

– Тёма, задержись на минуту, поговорить нужно, – бросаю через плечо.

В зеркало заднего вида ловлю Варю.

Она многозначительно моргает что-то брату, будто отдаёт команду. Бледные губы беззвучно шевелятся.

Что за секретики, м?

– Командир, ты иди. Я догоню сейчас.

– Ладно… – Сквозь зубы.

Захлопывает дверь.

Тёма сосредоточенно ждёт, пока я начну.

А я не знаю, с чего начать…

– У Вари что-то случилось?

– У Вари? Почему?

– Не знаю, она какая-то задумчивая последние полчаса.

– У неё такое бывает. Наверное, снова решает какие-то проблемы в уме.

– А проблемы есть?

– Ну… Да когда их нет? Не то, чтобы проблемы… Так…

– Тём, ты можешь мне всё сказать. Я помогу. Ты же умный мальчик, и мне не нужно тебе объяснять, что у такого человека, как я, достаточно связей, влияния и денег для того, чтобы решить ваши проблемы.

Тёма смущённо отворачивается.

– Да мы вывозим…

Молчит.

И я молчу.

Что за упрямцы? Что он, что Варвара.

Обоих воспитывать надо.

– Так ты об этом поговорить хотел?

– Да. Точней… Слушай, Тём, у твоей сестры кто-нибудь есть?

Он хмурится, явно не понимая вопроса.

– В смысле?

– Ну, есть у неё парень? Ухажёр? Поклонник?

– А-а-а! – Тянет широкую лыбу. – Варька нравится?

– Я этого не говорил, – тоже улыбаюсь. – Так что?

– Да вроде нет, – он пожимает плечами, потом задумчиво добавляет: – Хотя… Она как-то сказала, что втрескалась в мужика на работе.

В груди будто щёлкает предохранитель.

– В кого? Имя.

– Не помню точно. Вроде Костя.

Сжимаю пальцы на руле.

Всё-таки Аблонский, гад?

Да что она в нём нашла?

Уволю нахер…

– Стас, слушай… – Прерывает мои карательные планы Артём. – Варя вообще-то велела не рассказывать. Сказала, что сама справится со своими проблемами. Она всегда так говорит, и всегда справляется. Но я знаю, что она устала. Очень. А как ей помочь я не знаю, поэтому…

– Тём, ближе к делу, – перебиваю.

Он мнётся. Мимолетом смотрит на Варю, которая топчется по кругу у подъезда с переноской в руках.

– К нам тут Марьяна заявилась.

– Сестрица ваша?

– Угу. Отвоевала Варькину комнату. Решила, что будет у нас жить. Варю это напрягает, но она ничего не может сделать.

– А почему бы просто не выставить её?

– Она Сонькой шантажирует. Говорит, заберёт её, если Варя не разрешит остаться. Марьянке вроде как идти некуда… С мужиками голяк, вот она и ищет, к кому на шею присесть. Не умеет она за собственный счёт жить.

Я резко оборачиваюсь к нему.

– А разве родительские права на Соню у неё?

– Угу, у неё. Она ж вроде как мать…

Да, мать года. Памятник таким надо.

Чёрт.

Вот же змея.

Я прекрасно помню Марьяну. Благо, память у меня работает прекрасно и свою функцию выполняет.

Марьяна склочная, беспринципная и абсолютно пустая внутри.

Пустая настолько, что её даже просто трахать неинтересно.

Но шантаж Соней – это всё слишком, даже для таких меркантильных тварей.

– Ясно. Ладно, я подумаю, что можно сделать. Молодец, что рассказал.

– Ты только это…

– Варвара не узнает. Слово мужика.

Тяну Тёме кулак.

Он отбивает.

– Спасибо, – выходит, хлопает дверью.

Сижу в машине до тех пор, пока Варя с Тёмой и Сонькой не скрываются за подъездной дверью.

Варя…

Маленькая, хрупкая. И совсем уж непосильная ноша на её плечи вечно обрушивается.

Сколько ещё она вывезет в таком ритме?

Все эти проблемы нужно срочно решать.

И я решу. Обязательно решу.

Для неё.

Глава 31

Стас.

Подъезжаю к дому.

Тоскливо становится от мысли, что я поднимусь сейчас к себе, а там – тишина.

Ужин, который приготовила Варя есть. Ароматы горячей домашней еды есть. Но вот самой Варвары нет.

А мне очень надо. Кажется, я никогда ничего так сильно не хотел.

С ней рядом тепло. Просто по-человечески тепло.

Даже когда она молчит, от неё всё равно веет вот этим всеобъемлющим ощущением любви ко всему живому.

Тянутся к ней поломанные и неправильные.

И я тоже – поломанный и неправильный, хоть и научился компенсировать и маскировать это за деньгами и статусом.

А по факту – у меня в груди такая же чёрная дыра, как и у неё.

Как подступиться? На хромой козе к ней не подъедешь.

Мне нужен хоть какой-то план. Хотя бы план плана.

Поднимаюсь не к себе, а к Тамерлану. Не хочется в одного сейчас торчать, потому что я снова мыслями залипну в Варю.

Дверь приоткрыта.

Не снимая пальто, прусь на кухню, откуда доносятся голоса.

Тамерлан, стоя у кухонного гарнитура, заваривает в прозрачном чайнике пуэр.

Макс Куравин сидит на высоком барном стуле, нетерпеливо отбивает пальцами по столешнице островка.

– Двери закрывать не учили вас?

– О, Сташевский, – отбивает мне пятюню Куравин. – Да мы тебя ждали. Так и знали, что явишься.

– А где женщины ваши?

– Мои ускакали к Алиске. Готовят пирог какой-то.

– Малиновый, –