Ляля для босса. Это наша дочь! - Саяна Горская

Тамерланом на их просторную кухню. Из огромных панорамных ночной город мигает нам огнями, а на безоблачном, но уже тёмном небе, даже проглядываются звёзды.

Ярослава отрывает взгляд от книги и приостанавливает движение рук, которыми подкачивала Василису.

Переводит взгляд сначала на мужа, а потом на делегацию за моей спиной.

Привстаёт немного, поправляя чуть растрепавшийся пучок на голове.

– Ой, у нас гости… – Чуть округляются миндалевидные глаза. – А мы никого не ждали сегодня. Да вы проходите, не стесняйтесь. Стас, ты, как всегда, без предупреждения! – Взгляд с упрёком в мою сторону. – Мог бы хоть сказать, чтобы я в порядок себя привела. А то людей пугаю…

– Не переживайте, мы всего на минуту заглянули, – робко переминается Варя с ноги на ногу. – Мы зашли извиниться.

– Извиниться? За что?

Тамерлан снова ржёт конём.

– Нет, Яся, ты только представь! Вот этот юный гений, – с хлопком кладёт ладонь Тёме на плечо, – взломал нашу систему защиты!

Ярослава смотрит с улыбкой на Артёма.

– Да, нынешние дети, конечно, совершенно на нас не похожи. Я когда беру в руки телефон, с трудом нахожу даже галерею. А подростки, кажется, могут взломать хоть пентагон.

– Не все… – Бурчит Тёма, и Варя снова тычет его в спину.

Ну, горд пацан за собственные скиллы, чего ты, женщина.

Поощряй. Чтобы не сдохло оно в зародыше.

Варя отводит взгляд.

– Нам очень жаль, что так получилось. Правда. Артём не хотел этого. Он не специально. И он…

– Варвара, – перебивает Тамерлан. – Мы вас уже поняли. Вы не хотели, оно само. Мы претензий к вам не имеем, и со Стасом уже эту ситуацию обсудили. Я думал, вы в курсе.

Варвара резко оборачивается ко мне через плечо. В глазах молнии.

Упс…

Не ругайся, ладно уж. А как бы я иначе тебя сюда затащил, м?

– Что-то я подзабыл сообщить об этом Варваре, – развожу руками. – Память дырявая. Сами понимаете, возраст.

Ярослава ставит на плиту чайник. Одной рукой поддерживает за попу Василису, которая расфокусировано и сонно пытается разглядеть всех нас.

– Присаживайтесь, я сейчас чай налью.

– Давайте я вам помогу. Скажите, что делать, – делает нерешительный шаг к ней Варвара.

– Не переживайте, Варя. Я справлюсь. Вы садитесь, отдыхайте.

Тамерлан тут же оказывается рядом с женой, ловко перехватывает Васю.

– Отдай мне мою принцессу, моя очередь.

Я помню Тамерлана, когда Василиса только пришла в их семью. Мне казалось, что он съехал с катушек. Целыми днями присылал мне фотки своей дочери. Болтал только о ней.

Честно говоря, мало что изменилось с тех пор.

А я всё время этих разговоров пытался избегать. Да и вообще детей в целом сторонился – не потому, что не люблю. А потому, что запретил себе даже мечтать об этом.

Поставил точку на желании стать отцом.

Тамерлан подходит с Васей к Соньке, машет её ручкой.

– Привет, подружка.

– Привет, подружка, – делаю то же самое я Сонькиной рукой.

Девчонки улыбаются, обнажая розовые десна. А Соне удаётся даже прихвастнуть белоснежным зубиком.

– Смотри, Васют, она такая же, как ты. Вам сколько? Месяца четыре?

– Полгода.

– Такая она у вас малышка.

Варя смущённо и напряжённо отворачивается.

Ей будто неудобно.

– Она не очень хорошо набирает вес, – краснеет.

– А она у вас на смеси или на грудном? – Спрашивает Ярослава.

– На смеси.

– А какая у вас смесь? – Яся лезет в кухонный шкаф, достаёт баночку. – Попробуйте вот такую. Очень качественная. У нас Василиса на ней стала хорошо набирать, педиатр нас хвалит.

Варя задумчиво крутит баночку в руках.

Отдаёт Ярославе.

– Это очень дорогая смесь.

Ярослава смущена.

Она трясёт головой и касается плеча Вари в примирительном жесте.

– Да, простите, я вообще не в своё дело лезу… Так, что я там хотела… Что-то…

Бормоча себе под нос, Яся создаёт впечатление бурной деятельности.

– Женщина, сядь и не суетись, – мягко припечатывает её к стулу Тамерлан. – Сейчас мастер чайных церемоний всё сделает сам.

Он достаёт свой любимый пуэр, который ему коробками возят прямо из Китая. Начинает что-то магичить.

У Тамерлана реально своя особая система приготовления чая.

Варвара потерянная стоит среди кухни. Жмётся поближе к Тёме.

Они пытаются привычно скучковаться, сбиться в стаю, будто окружающий мир опасен и враждебен.

Чёрт, и я прекрасно понимаю, почему она себя так чувствует.

– Варь, – закрываю её собой от остальных. – Купим смесь. Скажите, сколько нужно.

– Не нужно, – упрямо.

– Пришлю курьера. Возражений не приму.

Поджимает губы.

Тут же размыкает их, словно хочет что-то сказать, но не успевает.

– А у меня тут варенье есть! – Радостно кричит Ярослава. – Малиновое. Бабулечка моя из деревни передала. Своё, домашнее. Любите?

– Люблю, – скромно улыбается Варвара.

Меня топит от её улыбки.

Почаще бы она это делала и я, кажется, стал бы самым счастливым мужиком на свете.

Яся пыжится, пытаясь открыть банку.

Тамерлан без слов забирает, откручивает.

Яся целует мужа в щёку.

И так у них всё слажено, словно они – один механизм.

Вот это и есть, наверное, настоящая семья. Когда вам не нужно объяснять ничего друг другу.

Да, у вас может быть не всё гладко в отношениях – ведь я ещё помню, через какое дерьмо Яся с Тамом прошли, но…

Сейчас они здесь. Вот в этой конкретной точке, когда каждый из них на сто процентов уверен: что бы ни случилось, он всегда может положиться на своего партнёра.

И я хочу, чтобы Варя могла на меня положиться.

Но она пока дикая немного – шипит и огрызается, когда я пытаюсь подойти ближе.

А мне хочется, наверное, не просто ближе, а в упор. Смести к хренам собачьим её границы, встряхнуть хорошенько за плечи и сказать: «Отдавай уже мне свой рюкзак, упрямая ты девчонка! Я сам понесу!».

Варя, словно услышав мои мысли, поднимает на меня взгляд.

В огромных глазах немой вопрос.

Качаю головой.

Так, ты потише как-нибудь присваивай её в своей больно голове. А то палишься, Сташевский.

И всё-таки хорошо внутри…

***

Едем по вечернему городу.

Держу руль крепко, будто это спасёт от мыслей, которые взрывают голову.

Я тоже семью хочу. С лялькой. С женщиной, которая уютно обнимает за плечи со спины.

Но я так привык уже к иному