Жертва трясины - Джана Делеон

ткнул в карту и прикатил сюда. Скорей всего, если Полетт не решит всё рассказать, мы никогда ничего не узнаем.

— Картер чертовски разозлится, — высказалась Герти.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на Иду Белль, та вытаращила глаза.

— Необходимо ему сообщить, — заметила я.

— Но как? — спросила старушка. — Даже если мы придумаем какую-нибудь диковинную историю, как раскрыли истинную личность Теда, нам все равно не удастся отдать фотографии шантажа, не разоблачив тебя с Герти.

Откинувшись на спинку стула, я пыталась сообразить, каким образом донести информацию до Картера, не замазав нас — но все тщетно. Какая досада. Наши знания послужили бы важным звеном для раскрытия преступления. Теда бы похоронили, Полетт уехала бы из города, а убийца оказался за решеткой — все, как и хотел Картер. К тому же это обелило бы имя Иды Белль. И единственное препятствие для того чтобы и помощника шерифа осчастливить, и с подруги подозрения снять — я со своей ложью.

— Чертова неразбериха, — пробурчала я наконец.

Хозяйка кивнула.

— Как бы мне не хотелось с тобой соглашаться, но на сей раз мы конкретно вляпались.

Лицо Герти вытянулось, когда ее все еще затуманенное сознание догнало наши слова.

— Со своими попытками помочь мы только усложнили Картеру работу.

— Не совсем, — возразила я. — Подумайте сами. У Картера не было причин обыскивать дом Теда, а без этого он никогда не нашел бы эти фотки. И если бы снимки не оказались у нас, а их забрали те воры, то и мы не имели бы никаких доказательств.

Герти немного оживилась.

— Получается, мы сохранили улики.

— Можно и так сказать.

Ида Белль вздохнула.

— Только вот мне от них толку нет.

Меня ошеломило пораженческое настроение двух самых отважных женщин, которых я когда-либо встречала, и мое сердце слегка ускорило ход. Такие хорошие дамы и, что еще важнее — мои подруги. Я обязана была все исправить.

Выпрямившись в кресле, я посмотрела на них обеих.

— Улики нам очень даже пригодятся.

— Навряд ли, — возразила хозяйка.

— С их помощью мы поймаем преступника. Разве не таков был план с самого начала? — Я открыла наш список подозреваемых и указала на экран. — Один из этой четверки, вероятно, и есть убийца. Нам нужно выяснить, кто именно.

— Как? — поинтересовалась Герти. — Вряд ли виновник добровольно признается, если мы просто спросим.

Я постукивала пальцами по кухонному столу:

— Вот бы нам завтра на похоронах поприсутствовать.

— Господи, зачем? — удивилась Герти.

— К толпе присмотреться, — догадалась ее подруга.

Я кивнула.

— Интересно было бы посмотреть, как эти четверо поведут себя на службе.

— А если они решат, что им лучше просто остаться дома? — заметила Герти.

— Нет, — возразила я. — Посчитают, что это будет как-то подозрительно. Все, кого шантажировали, знают о существовании снимков и что если те всплывут, Картер притянет участников за убийство Теда.

Хозяйка кивнула.

— Жертвы шантажа, включая убийцу, наверняка пойдут в похоронной процессии и притворятся, будто скорбят вместе со всеми. Именно поэтому здорово было бы понаблюдать, кто будет держаться напряженно или неестественно.

Герти вздохнула.

— Смысл ясен, но мы не можем пойти на похоронную службу, не вызвав кучу проблем.

Подруга пристально посмотрела на нее.

— Нет, но мы могли бы пошпионить на кладбище.

— Сомневаюсь, — ответила та. — Некоторые жители мгновенно настораживаются, стоит тебе только подойти к почтовому ящику. Как ты собираешься разглядывать кладбище, если считаешься главной подозреваемой?

Её подружка усмехнулась.

— Издалека.

— О, — протянула Герти, потом распахнула глаза и выпрямилась на стуле. — О, отличная идея!

— Можете меня ввести в курс дела? — попросила я.

— Греховодное кладбище лежит на окраине города, с тыла граничит с болотом. Туда идёт только одна дорога. Байю протекает сразу за деревьями, перед болотом.

В моей голове начала складываться картина.

— Значит, вы собираетесь прокрасться по байю и последить в бинокли за похоронами из-за деревьев?

— Да, — ответила Ида Белль, — вот только есть проблема со склоном.

Герти нахмурилась.

— Я и позабыла, но там действительно косогор от кладбища к деревьям. Вероятно, плохо будет видно.

— Тогда придется забираться на деревья, — объявила Ида Белль.

— О нет, — возразила я, проигрывая в голове миллион разных финалов этого сценария и не находя ни единого удачного. — Подглядывать за похоронами уже рискованно, а если Иду Белль еще и заметят, это только ухудшит ее положение. Да к тому же сидеть на деревьях — значит просто напрашиваться на неприятности. — Я посмотрела на Герти: — Запамятовали недавний случай… во дворе Теда? Или засаду, когда мы пытались найти убийцу Пэнси?

Та слегка покраснела, но отмахнулась.

— Да такое с любым могло произойти. Но я согласна насчет того, что Иде Белль не стоит там показываться. Так что, похоже, дельце придется провернуть нам с тобой.

— Ни за что, — мотнула я головой. У меня было больше шансов продефилировать во время службы по центру Католической церкви, чем втащить Герти на дерево, не переломав нам ребра.

— Понятно, не самый лучший план, — тихо проговорила Ида Белль, — но иного у нас нет.

Я вздохнула, уже зная: пусть мне претит сама затея и куча всего может пойти не так, но завтра мы с Герти залезем на деревья и устроим слежку за похоронами в бинокли. Вариант хоть и никудышный, однако только он имелся у нас на данный момент.

— Я в деле, — сказала я. Конечно, лазать по деревьям с Герти опасно, а если нас поймают, это может переполнить чашу терпения Картера. Если легонько поворошить мое прошлое, прикрытие осталось бы неизменным, однако тщательной проверки оно не выдержит.

И все равно на этот риск мне требовалось пойти.

Это был наш последний шанс.

* * *

Когда я дотащилась домой, было уже около трех часов ночи. Я чувствовала себя измученной, у меня все болело и зудело, и впервые в жизни я реально превратилась в нытика. Ворча и жалуясь, поднялась по лестнице, и даже горячий душ не помог. Истинная личность Теда повергла меня в шок, такого я совершенно не ожидала. Теперь в голове царил настоящий кавардак, словно кто-то загрузил кусочки головоломки в пушку, а потом из нее выстрелил.

И теперь, перебирая миллион разрозненных пазлов, мне предстояло решить: важный ли этот кусочек или просто интересный. К сожалению, день выжал из меня все умственные и почти все физические силы. Уже давным-давно пора было лечь. Если Бог существует, он даст мне выспаться. В конце концов, с Герти и деревьями мне потребуется как выносливость, так и смекалка.

Я с трудом натянула нижнее белье, майку и шорты. Пожалуй, следовало сделать пару заметок на ноутбуке, прежде чем мысль ускользнет,